ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Особенности кошачьей рыбалки
Занавес упал
Вторая брачная ночь
Она
Одно воспоминание Флоры Бэнкс
Нежданное счастье
Очарованная мраком
Dead Space. Катализатор
Жених-незнакомец

– Да так. Тебе не понять. – Представила я: вот стану такой красивой, вернусь в наш мир – и что мне там делать? Быть самой красивой женщиной планеты? Ага, это в нашем-то мире… Да мне ж никто проходу не даст – начиная с сопливых подростков и заканчивая близорукими стариками. Не-е, такая жизнь не по мне. Мне нужно Арса спасти. И точка. – Ну так ты выполнишь два наших желания?

– Ну взгляни же на меня, какая я красивая…

– И какая дура, – закончила я таким же тоном. – А вот это что, знаешь? – к прекрасной шейке жар-птицы прижалось лезвие Виты.

– З-знаю…

– Выполнишь два желания?

– С-сейчас же. Только отпусти меня.

– Выполни – и отпущу.

Жар-девица неуклюже хлопнула в ладоши – и мы все трое оказались у ручья Русой Росы. Я незамедлительно убрала Биту с горла птички.

– Проваливай, – равнодушно велела я, приняв от девы зуб и опускаясь на колени перед Глебом, лежавшим без сознания.

– Принесла зуб? – спросила Русая Роса, не обращая никакого внимания на наемника.

– Да. – Я протянула зуб русалке, морщась от боли в сломанной руке. Может, стоило бы и поорать по такому случаю, но уж очень ситуация была неподходящая. Вот спасу Арса и вволю наплачусь на его плече.

– Молодец. Не думала, что вы справитесь. И как только догадалась выпустить птицу на свободу? Обычно ее из клеток да цепей и на мгновение не выпускают.

– Воду, – все тем же равнодушным голосом велела я. Русая Роса пожала плечами, но нырнула куда-то на дно. На какую-то секунду мне показалось, что она меня обманула, и я уже готова была броситься за ней следом, чтобы хоть силой, да выбить из русалки волшебную воду, но вот она все же всплыла сама и протянула мне два пузырька – точно таких же, как и те, в которых кощеевские зелья лежали.

– С красной крышечкой – мертвая вода, с зеленой – живая. Не перепутай.

– Тут на одного только или на него, – я кивнула на Глеба, – тоже хватит?

– Дай ему глоток мертвой воды, да и сама попей, но смотри, помни: живую только умершим дают. Глотнешь сама – сразу умрешь.

Наверное, мне все же хватило сил удивиться, потому что Русая Роса добавила:

– Ходят же всякие байки, что, мол, если девушка живой воды выпьет, то сможет приворожить кого захочет. Но это байки, байки и только, – все, кто пытался так поступить, мертвы уже.

– Спасибо, – неуклюже поблагодарила я, раскупоривая бутылочку с красной пробкой. Экономя, вместо одного глотка капнула на язык пару капель.

И тут же вскочила – каким лишь чудом не разлила остальное, – щипало десны, горло горело огнем, рука раскалилась, казалось, дотронься я до воды – зашипит и пар пойдет…

Прошло все так же внезапно, как и началось – остались на руке кровавые лохмотья разодранной кожи, но кость определенно срослась, хотя у меня было ощущение, что не очень-то надежно – слишком мало воды выпила. Но я переживу. Глебу налью чуть больше – у него, судя по изгибу спины, и вовсе позвоночник сломан. И как только дышит до сих пор – понять не могу… Да и ребрами легкое пропорол – кровавая пена на губах пузырится, значит, второе легкое цело.

Тело наемника скрутило дугой, едва мертвая вода коснулась его языка, и заполыхало огнем, который исчез через пару секунд, оставив лишь выгоревший контур на траве.

– Глеб? – Я коснулась его лица. Температура вроде нормальная, дышит… Почему же в себя не приходит?

– Тело не может убедить сознание, – высказалась вслух наблюдавшая за мною Русая Роса.

– Как же мне тогда его обратно тащить? – растерялась я. – А времени-то всего ничего осталось…

– Невелика беда твоя, помогу напоследок. Хорошим людям – отчего ж не помочь-то? Бери его за руки и держи крепко.

Едва я выполнила просьбу русалки, как все исчезло. Совсем. И тут же появилось – только это уже был трон князя. Я смотрела на толпу нечисти перед собой, а они ошарашенно смотрели на нас.

Вот, наверное, так чувствует себя заяц, попавший в силок прямо у норки и слышащий уже лай гончих…

Только я – не заяц!

И Вита в моих руках появилась словно сама – так быстро было мое движение. Что они могут мне сделать? У меня Вита – а значит, и регенерация. Чем больше тварей я убью, тем больше ран закроется. А убить меня одним ударом – не выйдет. Я все же воин. Настоящий воин.

– Стойте! – раздался женский голос у дверей. Нечисть удивленно расступилась, желая посмотреть на того, кто рискнул им указывать. – Стойте! Это говорю вам я, Галина Дарей Лунная! Мой отец зашел слишком далеко, мой народ страдает, и я пришла защитить его! Эта девушка помогла мне, и сегодня я велю вам отпустить ее. Я выступаю против князя Венцеслава Лунного, я его дочь, наследница трона по праву! Выступите вместе со мной, и кончится эта угнетающая тирания!

Под шумок я взвалила Глеба на плечо и поковыляла к выходу. Вряд ли бы мне удалось далеко уйти, потому что в тот момент, когда я вышла из тронного зала, ноги подкосились и я чуть не упала, но не уронила Глеба – его поймали…

– Инг! Такеши?!

– Тсс! Пойдем отсюда быстрее, пока они не опомнились! – Инг подхватил Глеба. – Галина не знает, сколько сможет их удерживать.

Как только я поняла, что драться сразу за три жизни – свою, Глеба и Арса – не придется, силы покинули меня. Ноги внезапно начали заплетаться, я бы упала, споткнувшись на ровном месте, если б Такеши не поймал меня. Да, кажется, это входит у меня в дурную привычку – покидать остров нечисти на чьих-нибудь руках.

Нас с Глебом бережно погрузили в лодку. На той стороне уже поджидали Григорий и Андрей.

– Где Арс? – немедленно спросила я.

– Пойдем. – Григорий тут же повел меня к корпусу.

Я упала на колени рядом с телом Арса. Надо будет потом поблагодарить Галину – Григорий сказал, это она присмотрела за телом, а то я так просто бросила и умчалась… Вот было б смешно, если б его похоронили…

Крошечные пузырьки в моих руках нагрелись, но мне было страшно открывать пробки – а вдруг я все же опоздала?..

– Не медли, Керен! – поторопил Глеб, с трудом севший рядом.

Мертвая вода.

Дрожащими руками я влила ее в рот Арсу.

Ничего.

Нет – вдоль раны появились крошечные огненные искорки, тянущие за собой тоненькие золотые ниточки, которыми они штопали рану. Совсем непохоже на то, что происходило со мной и Глебом.

Подождав, пока рана оказалась зашита, я стала открывать второй пузырек, что удалось мне лишь с третьего раза – так сильно дрожали у меня руки. Даже не знаю с чего бы это – от того ли, что я так переживала, или от усталости и напряжения последних двенадцати часов?..

Сверкающей струйкой волшебная вода полилась в рот Арса.

Секунда – и ничего. Глеб встал и наклонился надо мною, сжав мое плечо рукой.

Стало так тихо, что мы все услышали легкий вздох. Тут же все заглушил победный клич – и я не сразу поняла, что это ору я.

– Арс! Ты жив!

От счастья закружилась голова, и усталость последних часов придавила меня к земле…

Наина рисовала на тонком листе бумаги какие-то закорючки. Ей было абсолютно неважно, что с ней будет…

Интересно, почему?

Карандаш тихо заскрипел, и бумага порвалась. Сквозь маленькую царапину был виден узор одеяла.

Она опять порвала бумагу, и вскоре лист был изорван, как будто когтями.

В конце концов, не так уж и важна сторона. Наина уже выяснила, что у нее маловато порядочности и она может убить. Убила ведь – Амелфу и этого… как его… Данилу. А ведь он был человеком, «ей подобным», был…

Именно – был. А что, оказывается, убийство для нее – несложная вещь, она может с этим справиться.

Тогда – чего же она лежит тут, переживает, как будто она…

Наина скомкала лист бумаги и со злостью швырнула его в стену – словно он был в чем-то виноват.

Она помнила, как Данила пытался увернуться от потока пламени, который она обрушила на него. Вспомнила слезы, страх, ненависть…

– Да они все равно выиграют! Тебе-то чего? Они выиграют пять циклов, они установят прежний порядок на Земле, и никакое язычество им не помешает! – прошептала Наина, и решительно поднялась с кровати. – Ты не сможешь ничего изменить. Ты – рядовой воин армии язычества, ты сгинешь вместе со всем этим богопротивным сбродом, тебе нечего терять!

55
{"b":"435","o":1}