ЛитМир - Электронная Библиотека

– Как такое возможно? – спросил Арс. – Разве погибших во время боев, – он чуть заметно поморщился, – не хоронят на освященном кладбище?

– Стас погиб в первом же бою. И его убил Кощей, а не Упырь.

– Князь может поднять любого мертвого как упыря, я читала об этом.

– Но зачем?

Мой голос едва не звенел от осенившей меня догадки.

– Это вообще было очень странно: Стаса никак нельзя было назвать сильным бойцом, почему же его выставили против Кощея?

– И на что ты намекаешь?

– На то, что Стас не случайно вышел против Кощея!

– Может лучше ли расспросить его самого? – Глеб указал на упыря, открывшего красные глаза.

– Привет, Стас, – вежливо поздоровалась я и совсем невежливо начала допрос. – Какого черта тебе здесь понадобилось?

Упырь не шелохнулся, лишь смерил меня таким взглядом… Я мгновенно ощутила себя куском мяса на шампуре.

– Он еще не забыл, каково это – быть человеком, – на мой взгляд, несколько пафосно прокомментировал Глеб.

– Я ничего не скажу, – голос упыря был хриплым, абсолютно не похожим на голос Стаса.

Арс и Глеб переглянулись, словно переговариваясь без слов.

– Керен, у тебя есть иголка? – спросил рыжик.

– Да, – кивнула я, еще не поняв, – зачем?

– Давай.

Иголка у меня и в самом деле была, когда наемники ее увидели, могу без преувеличения сказать – они были в шоке.

– Для чего тебе такое страшилище? – непонимание в глазах Глеба, перемешанное с удивлением, было столь очевидно, что казалось забавным.

– А что ты подумал? Шить, конечно же!

– Что?! Ты любую одежду испортишь!

– Кроме кольчуги.

– Ну ты даешь… – Арс забрал у меня иголку.

О дьявол! Что они задумали? Неужели…

Я позволю им это сделать? Позволю пытать Стаса? После того как сама едва избежала подобного?

Неужели ответ будет «да»?

Могу ли я спокойно наблюдать за тем, как мои друзья станут мучить бывшего знакомого, чтобы узнать какую-то информацию?

Сидеть здесь, в этой комнате, слушать его крики или – хуже того – презрительное молчание?

Смогу ли я? А потом позволить тем же рукам, что будут пытать Стаса, обнимать меня?

Можно не сомневаться: если б от этого зависела жизнь Арса или Глеба – я сама бы сделала это.

Но ради неизвестности?

Да или нет? Отвечай, Керен! Не молчи, ради всего святого, не молчи!

Я многое себе позволяю, иногда слишком многое, но пытки все же перешагивают эту грань.

– Нет.

– Керен? Ты что?

– Вы не станете этого делать, – мой голос оказался совсем охрипшим, сама не знаю почему.

– Да ты что?! От того, что мы сейчас узнаем, может столько всего зависеть!

– Например?

– Наши жизни! Или ты забыла, где мы находимся и что делаем? Керен, это война. На войне и не такое приходится делать! Впрочем, ты же все-таки девчонка, тебе не понять!

– Но, Арс…

– Пойди прогуляйся, Керен. Мы понимаем, что тебе не хочется на это смотреть, – приобняв меня за плечи, Глеб подтолкнул меня к двери.

– Дело не во мне! – взорвалась я. – Я смогу выдержать и не такое зрелище! Дело в вас! Насколько далеко вы готовы зайти?

– Достаточно далеко для того, чтобы выяснить все, что меня интересует, – отрезал Арс и выкинул меня за дверь.

Я осталась стоять под дверью, впервые в жизни даже не представляя, что делать. Нет, выход-то из ситуации есть, да и не один. Вот только меня они не устраивают.

Жаль, что погиб Данила. Инг рассказал Глебу, ну а Глеб – нам с Арсом. Его убила та девчонка, которая убила Амелфу. Жаль – не только в том смысле, что я горюю о нем, а в том смысле, что они со Стасом были лучшими друзьями. Данила несколько дней убивался по Стасу. Они и приехали, как Глеб с Арсом, – в паре. Возможно, он смог бы уговорить Стаса рассказать что-нибудь.

Может, попытаться выяснить что-нибудь самой? Зачем Стас пришел ночью в мою комнату? Если я смогу что-то узнать, то докажу парням хотя бы то, что использование пыток было абсолютно ненужным, если уж не в моих силах остановить их.

Итак, начнем сначала. Стас – неплохой боец, но недотягивающий даже до моего уровня, что уж говорить о таких бойцах, как Арс, Глеб, Такеши, Инг, Григорий? А Данила – и вовсе очень слабый. Пожалуй, самый слабый в нашей команде. Был. Но, несмотря на это, в первом же бою Антон Михайлович выставляет Стаса против Кощея. А потом Данилу – против той девчонки. Возможно, он думал, что она совсем слабый боец. Но история о том, как она убила свою наставницу, разошлась шире некуда! По словам Инга, от Данилы осталась кучка пепла. Она просто сожгла его потоком пламени. Кто же она такая? Я еще не слышала ни об одном настолько сильном чародее на стороне князя, который был бы способен на нечто подобное. Если князь выпустит ее на ристалище и завтра, не избежать жертвы. Жаль, я не видела ее в бою. Может, она способна только на один решающий бросок, его-то и необходимо избежать. А Данила не смог. Ошибся. Как раз потому, что был очень неопытен.

Но я не ошибусь. Убить ее? Прямо сейчас. Отправиться опять, в тысячный раз, на остров князя и убить эту девушку, кем бы она ни была – велхвой, чародейкой или кем-то еще?

А если я ошибаюсь? Если ее сила куда больше, чем я могу себе представить, а она – секретное оружие князя? Не зря ведь ее охраняет Велимир.

Тогда я наверняка погибну. Ничего не доказав.

Может, попробовать с ней поговорить? Не просто ж так все считают, что она – человек?

Она похожа на обычную студентку, но никак не на воина. Точно ли седой назначает поединщиков, когда возможность выбирать у нашей команды? Не мог ли кто-то что-то поменять? Если девчонка не воин – то шансов отразить, например, нож, у нее нет.

Я с тоской посмотрела в воду на свое отражение. Надо же, и не заметила, как дошла до переправы. Что же делать. Как доказать ребятам, что их методы переходят допустимые границы?

Они ведь считают, что мое поведение – всего лишь неприятие женщины.

Что же мне придумать?

Хм. Пока мне только холодно и голодно. Если с первым я ничего не смогу поделать, поскольку возвращаться в комнату не собираюсь, а выскочила в тонюсеньком топике, то со вторым побороться можно. Кажется, у меня где-то были конфеты, припрятанные с ужина.

Что это?

Кусочек странной желтой, очень плотной бумаги.

«3. Наина Воронцова. Санкт-Петербург.

4. Илья Виноградов. Тихвин.

5. Ро…»

Наина Воронцова…

Наина…

Сто-оп!

– Проклятый упырь! – в сердцах крикнула девушка и скрылась в доме, захлопнув за собой дверь.

– Наина! – воскликнул Велимир.

Наина! Ту девчонку зовут Наина! И, судя по обрывку списка, жила она в Питере. А некто Илья Виноградов – в Тихвине.

Можно ли из этой информации сделать вывод, что Наина – все же человек? И зачем же она понадобилась князю? Откуда у нее волшебные силы? Может, ее напоили каким-то зельем и с ней происходит что-то подобное тому, что было со мной?

Нет, это вряд ли. Если я что-нибудь понимаю, то не было бы тогда необходимости составлять какие-то там списки – можно было бы нахватать первых попавшихся людей, в том числе и здесь, на Валааме.

Как Иванушка, например?

И все же нелогично. Зачем подчинять и обучать могущественным силам обыкновенную девчонку? Даже если она станет сильнее обычных велхв волшебной силой, то физически все равно ни с кем не справится. А лучший воин совмещает в себе все умения. Князю же нужны лучшие. Значит, все-таки есть что-то в этой Наине, без чего сила ей не подчинится.

Каким-то образом они составили список людей, которые соответствуют определенным параметрам. Похитили их или подкупили? Наина непохожа на похищенную (достаточно вспомнить, как она орала на упырей). Затем привезли на Валаам и тренировали. И теперь выпустят против нас. Чьи же имена в списке были первыми? И где находится Илья? Дома, в Тихвине, или здесь, в плену у князя? И кто пятый? Ро… Роман? Роза? Роксана? Рональд?

Это ни к чему не приведет.

57
{"b":"435","o":1}