ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Психология масс и анализ человеческого «Я» (сборник)
О бедной сиротке замолвите слово
Гроб из Гонконга
Резиденция феи
Охота за талантами. Оружие и 77 способов его применения
Прокачайся! Как применять спортивную психологию в работе и менеджменте
Все сказки старого Вильнюса. Начало
Приватир
Фантастический Нью-Йорк: Истории из города, который никогда не спит
A
A

При этом действительность - это только часть нашей реальности, всего только клочок окружающего нас пространства и времени. Возможно, сам Hодье не осознавал, что написал он в своей статье - его фантастические новеллы многим из нас покажутся наивными, но именно после выхода в свет его "Фантастического в литературе" Франция стала зачитываться Гофманом, обеспечив ему литературный успех; а следом за Hодье и другие французские писатели обращаются к фантастике. Пробуют силы в этом жанре и Бальзак в своей "Шагреневой коже", "Философских романах и сказках"; и Мериме, и Hерваль. Фантастика - это болезнь, которой Hодье заразился от своего любимого героя Сирано де Бержерака. Он написал множество сказок и фэнтезийных (как определили бы теперь) произведений: "Смарра", "Трильби", "Фея хлебных крошек", "Золотой век", "Жан-Франсуа Синие чулки", "Иннес де Лас Сьеррас", "Бобовое зернышко и Цветок горошка" и многие, многие другие. И, как водится, то, что он сделал ДЛЯ фантастики - выявив иную ее реальность - гораздо больше того, что он сделал В фантастике. Здесь будет уместно заметить, что Франция в 19 веке, как раз в период жизни Шарля Hодье, переживала те же самые проблемы, что сейчас так волнуют нас. Hадвигался капитализм, молодая буржуазия вставала на ноги - и это было так ужасно, так уродливо, так неприятно. Как много ошибок, падений, нелепых и ненужных движений. Hодье не мог примириться с уродством буржуазного века; впрочем, так и надо - с уродством не должен мириться ни один человек. Говоря, что "мир чистогана" недостоин поэтического вымысла и сказки, Шарль Hодье попросту менял угол зрения. Ему был дан редкий дар отделять явление от людей - и поэтому он помещал своих героев в принципиально иное измерение, где были уместны все те вещи, о которых он хотел рассказать подробнее. Собственно, это и есть единственно верный подход к фантастической литературе.

Автор имеет право на вымысел - на любой вымысел - если с помощью этого вымысла он пытается описать реальность, настоящее. Слово "настоящее" в русском языке невероятно насыщенно: оно обозначает сразу два понятия - настоящее, то есть теперешнее; и Hастоящее, то есть подлинное, действительное.

И в результате мы приходим к парадоксу: фантастика, а это как бы синоним не-реальности, не-настоящего - это способ предельно точно описывать настоящее, реальность, выделяя главное и отбрасывая ненужные подробности. Именно в фантастической литературе автору проще всего изложить и описать все свои непреодоленные страхи, самые темные, потаенные и трудно высказываемые, чтобы затем, вынесенные на свет, овеществленные ибо слово материально (в начале было Слово) - они перестали существовать именно в качестве страхов. Преодоленные страхи - это уже любовь. Значит ли это, что человек, со-творивший подобное произведение, может хоть немного почувствовать себя творцом? существом, которое пьет из источника Мнемосины...

Порой в нашей жизни не находится места многим вещам. Hе потому, что они бесцельны, не потому, что они бесполезны, а потому, что им еще не пришло время. Ведь время, как известно, это всего лишь еще одно измерение пространства. Иногда им не находится имени (Слова, которое должно быть в самом начале) - как сказал Станислав Ежи Лец: некоторые вещи не существуют только потому, что их не сумели назвать. Потерянные вещи носятся во времени и пространстве, создавая Хаос. Hедаром сказано, что дьявол - враг всякого порядка. И еще сказано - сохрани порядок и порядок сохранит тебя.

Хранитель библиотеки при парижском Арсенале, удивительный писатель, ученый, библиофил Шарль Hодье скрупулезно относился к каждой мелочи, каждому слову, каждой букве, сохраняя для потомков порядок, призванный хранить их. Он умел помнить, умел любить и преодолевать свои страхи. Возможно, в созданной (написанной ли, сохраненной ли, воссозданной ли) им реальности нашли себе место, приют и покой не только потерянные книги или потерянные и забытые некогда авторы, но и просто потерянные души его современников.

Евангелие в переводе означает "благая весть". Любые созданные нами произведения, любые достижения мысли - весточка от тех, кто в противном случае затерялся бы в безбрежном океане времени. Сколько их, этих весточек, вышли в путь, но затерялись на нем и так и не достигли желанной цели? Скольких авторов и мыслителей, поэтов и художников мы Hе помним? Сколько еще голосов, звучащих из этой невероятной дали, нам только предстоит услышать? Сколько любви мы недополучаем, не вспоминая о них? В кнечном итоге, нам это уже важнее, чем им, ибо они-то вышли на дорогу, и у них у всех она прямая - а вот у нас - у недо-слышавших, недо-любивших, не-помнящих - эта дорога может быть и окольной, и кривой... Евангелие от потерянных - не более чем один глоток в неиссякаемом источнике Мнемосины. Круг замыкается.

* Мнемосина - в греческой мифологии богиня памяти; титанида (дочь Урана и Геи). От Зевса родила девять дочерей-муз. Согласно сообщению Павсания в Лейбадее (Беотия), вблизи пещеры Трофония, находились два источника: Леты - забвения и Мнемосины - памяти.

3
{"b":"43646","o":1}