ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Этой жизненной силы им тоже не могли простить.

Да, Суфадонекса и Ягма знали, как натравить своих приспешников на детей Шисансанома. «Они завоюют ваши земли, они уничтожат вас и возьмут в рабство ваших жен и детей, — громыхали наши боги. — Вы этого хотите?!»

И люди, глядя на то, какими были аухканы, верили бессмертным.

Ведь если бы человек стал таким же могущественным, как аухкан, он просто не оставил бы никаких шансов другим существам. Ибо человек по своей природе жесток и безжалостен. И он не верит, что кто-то другой, обладающий столь желанными ему силой и властью, не захочет использовать их во зло.

Я люблю людей, Аддон. Но я ненавижу человеческую подлость и предательство, жестокость и зависть. Ни могучий панон-тераваль, ни хищные тисго, ни ядовитые змеи не обладают этими качествами. Только человек — единственный во всех мирах и пространствах — способен лгать, убивать из прихоти и ради забавы, всю жизнь ненавидеть и в считанные минуты забывать добро.

Последняя битва состоялась далеко за морем.

В ней не было победителей, ибо боги Рамора уничтожили Шисансанома ценой жизни целого мира.

Потускнело солнце, высохли все реки, потрескалась земля, рухнули горы, сгорели леса и поля, погибли животные и рыбы. Мир был похож на мертвеца, много дней пролежавшего под палящим солнцем.

Жалкие остатки людей стремились на запад, туда, где еще теплилась жизнь, где было немного воды и деревьев. Но почти никому не было суждено дойти.

Что до Шисансанома, то его забрали на небо — он не погиб, ведь он бог не нашего мира. Уходя, он воззвал к своему уничтоженному народу, произнеся страшное пророчество.

«Да возникнет из наших костей какой-нибудь мститель!» — крикнул он.

И я очень боюсь, друг Кайнен, что создатель Югран услышал вопль величайшего из живущих.

Мир погиб. И на его развалинах Суфадонекса и Ягма стали делить власть с прежними повелителями. Они отправили в изгнание Лафемоса, заточили Луранудака в подземном царстве бога смерти и навеки разлучили Каббадая и Эрби.

У этих двоих отняли все, кроме бессмертия, и отправили скитаться по изуродованной планете. Они ничего не знают друг о друге с тех самых пор, но все еще не теряют надежды на встречу…

А теперь сверни с тропинки и следуй за мной. Этой дороги не видно , ее нужно знать…

4

— Знаешь, чего я не хочу больше всего?

— Чего же?

— Я не желаю знать, откуда тебе известно то, что просто не может быть известно смертным.

— Вполне объяснимое желание. И очень человеческое.

— Ты пугаешь меня, Каббад.

— Прости. Если это так, то лишь по той причине, что я и сам очень напуган.

— Странное ощущение, будто воздух сгустился и даже немного изменил цвет. Как если бы я смотрел сквозь толщу зеленоватой воды.

— Да? А я и не заметил.

— Ты слишком радуешься тому, что оказался здесь. Это похоже на радость узнавания. Каббад, отчего ты никогда прежде не говорил мне, что Эрвосса Глагирий живет так недалеко от Каина? Я-то думал, что на странствие к нему у меня уйдут долгие ритофо, что нам придется пересекать…

— Бушующие моря и заснеженные горные хребты? — с готовностью подхватил прорицатель.

— Какие хребты? — изумился Аддон.

— Когда-нибудь увидишь сам. А объяснять долго, да и неблагодарное это дело. Все равно что описывать, что такое вода.

Кайнен смотрел на него со странным выражением. Это можно было бы определить как благоговение, однако глава клана Кайненов такого состояния никогда не испытывал.

— Видишь ли, друг мой, — сказал Каббад, — всю жизнь ты задавал мне один и тот же вопрос, мучимый обыкновенным любопытством. А есть вещи, о которых не принято говорить за кувшинчиком вина во время дружеского ужина:

— Что же изменилось?

— Прежде всего — ты.

/Получается, что потерей любимой женщины я оплатил свое неуемное любопытство. Всего лишь любопытство — потому что, если бы мне сказали, что цена ответа такова, я бы никогда не задавал вопроса. Какая, в сущности, разница, есть ли на самом деле какой-то старик отшельник, хранит ли он некие знания о древнем сражении наших богов и кошмарных чудовищ? Что изменится в мире? Что переменится в моей жизни, если я узнаю, что он существует?

Один Каббад чего стоит — истинный кладезь знаний.

А Эрвосса Глагирий…

Блажь это была, не болев. Когда надоедало до одури воевать с варварами, чинить крепостные стены, делать опись оружия и запасать еду на случай осады, не грех было и помечтать о том, как я оставлю Каин на попечение Килиана, а сам отправлюсь в странствие на поиски загадочного старца.

Но ведь знал же, что никуда от Дибины не уеду. Просто развлекал себя, утешал, словно раскапризничавшегося младенца…/

— Раньше, — произнес Каббад тихо-тихо, но Аддон его все равно услышал, — ты просто развлекался этой мыслью. Тебе было интересно знать и приятно тешить себя иллюзией, что однажды ты объявишь Килиана главой клана и хранителем Южного рубежа, а сам отправишься в дальнюю дорогу. Ведь так?

И я понимал тебя, как никто другой. Человек просто обязан иметь право выбора. Безысходность иссушает душу и уничтожает само желание жить.

И ты инстинктивно искал спасения от предопределенности, от неизбежности своей судьбы в мечтах о том, как однажды бросишь свои постылые занятия — все эти кровавые битвы, смерти, которые, что ни говори, лежат и на твоей совести, — и разгадаешь тайну, которая будоражит умы уже не одного поколения мудрецов.

Зачем было лишать тебя такой мечты? Тем более что никуда бы ты не уехал из Каина без Либины, а разве ты рискнул бы подвергать ее опасностям и превратностям в долгих скитаниях?

— А теперь?

— А теперь сам факт существования старца может многое изменить и в твоей судьбе, и в судьбах других людей. Кроме того, одним своим поступком ты заслужил право увидеть Глагирия, ибо ты невольно приобщился к тайному и немногочисленному братству посвященных.

— Не очень-то я этому рад, — признался Кайнен. — Если все, что ты рассказал мне о наших богах, правда (а я чувствую, что это так), то и жить не хочется. И как прикажешь быть честным, порядочным, исполнять свой долг и любить, если наши небесные владыки на подобное просто не способны? Как нам жить с такими богами?

46
{"b":"43662","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Продающие тексты. Модель для сборки. Копирайтинг для всех
Ее сердце – главная мишень
Верь в меня
Scrum. Революционный метод управления проектами.
Синдром Золушки. Как избавиться от комплекса хорошей девочки
Механизмы работы мозга, которые делают нас богатыми. Понять, освоить, применить!
Красная угроза
2084.ru (сборник)
Франкенштейн, или Современный Прометей