ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Я помню все предания нашего мира, но этого не помню. А мне бы очень хотелось знать его и передать потомкам.

— Зато я знаю другую легенду, — молвил Глагирий, и голос его зазвучал торжественно и грозно. — Я знаю, что, покидая наш мир, Шисансаном поклялся отомстить за свое поражение и за то, что люди лишили его возможности научить свой народ любви. Там, где нет добра, рождается зло. Там, где нет любви, поселяется ненависть. Там, где нет правды, возникают химеры, призраки.

Понимаешь, человече, совершенной пустоты не бывает. На пустых местах прорастают семена Смерти.

— Как он отомстит?

— Он оставил здесь Мстителя, который восстанет из небытия, когда придет время. А время давно уже пришло.

Имя ему Шигауханам.

Вера его — Смерть.

Дело его — Уничтожение.

И этот бог аухканов уже не будет доверчивым и добрым, уже не будет стремиться к пониманию и любви. Он придет в наш мир, чтобы выполнить волю своего отца Шисансанома.

И я очень боюсь, что у него это получится.

Знаешь, что самое страшное?

— Что? — отчего-то шепотом спросил Кайнен.

— Право на его стороне. И Судьба должна быть за него. Во всяком случае, я не вижу причин, по которым он должен был бы пощадить нас.

— Может, он лучше, чем ты про него дума ешь? — отчего-то спросил Аддон.

— Может. Но у него не будет времени проявить лучшие свои стороны. Боги Рамора уже готовы сразиться с новым врагом, а способ им хорошо известен. Они опробовали его на наших предках — и, уверен, опробуют и на теперешнем поколении людей. Ведь боги могут жить и в мертвом мире.

— Если все предрешено, — упрямо повторил ; Аддон, — тогда отчего тебя так волнует история Руфа?

— Я не могу понять, был ли он нашей последней надеждой — и тогда горе нам, что он погиб, либо он был нашей погибелью — и тогда счастье, что его убили.

— Что уж теперь горевать о безвозвратно потерянном? — пожал плечами Кайнен.

— Не знаю, — честно ответил Глагирий. — Но меня не покидает ощущение, что я все-таки сложу легенду о Руфе Кайнене и клешнеруких воинах гневного бога. А мои предчувствия крайне редко меня обманывают.

Теперь пойдем в сад: я покажу тебе цветы, которые еще никто не видел.

Старец поднялся со своего места, и только теперь Аддон Кайнен увидел, что на его поясе болтаются узорчатые ножны без меча.

В том краю, где старик без меча оживляет цветы…

— Он знал о тебе, — выдохнул хранитель Южного рубежа, выпрямив не по-стариковски спину.

— Кто?

— Руф. После его… гибели Килиан отдал У не таблички с недописанной песней. «В том краю, где старик без меча оживляет цветы, где слепой прозорлив и ему даже жребий не нужен, в том краю, где влюбленным даруют счастливые сны, мы однажды сойдемся все вместе на дружеский ужин. Мы вернемся с полей, на которых давно полегли, возвратимся из тьмы, где до этого долго блуждали…»

Я запомнил, хотя, боги свидетели, вовсе не хотел запоминать. Мне и без того больно. А сейчас ответь: где твой меч, Глагирий?

— У меня его никогда не было, — тихо сказал мудрец.

Кайнен схватил Каббада за плечо и сильно встряхнул несколько раз, забыв о том, что гораздо сильнее, и не замечая, что причиняет другу боль.

— Что все это значит, прорицатель?!

— Понятия не имею, — ответил тот. — Именно поэтому мы с тобой и явились сюда.

4

Их оставалась жалкая горстка, держащая оборону у развалин крепости, в которой умирал Шисансаном.

Оборванные, грязные, потерявшие человеческий облик, люди шли на приступ бывшей твердыни аухканов. И им, людям, было уже все равно, какой ценой достанется победа.

Потому что люди могут забыть себя во имя любви, но гораздо чаще забывают себя в ненависти.

Он стоял рядом со своими воинами, готовясь дорого продать жизнь.

Боги Рамора уже не участвовали в битве. Они трусливо прятались за спинами смертных после того, как пали в сражении с Шисансаномом неистовая Стифаль, мудрый Ратам, Липерна, повелитель голода Руад и охотник Адгас, а также множество младших божеств и порожденных ими чудовищ.

Суфадонекса и Ягма зализывали многочисленные раны и больше не решались вмешиваться в противостояние людей и аухканов. Впрочем, все уже было ясно — люди подавили клешнеруких не умением, а числом.

Рамор должен был остаться во власти прежних хозяев.

Но Он все еще был жив, и это значило, что у него есть выбор…

5

— Я все еще жив, и это значит, что у меня есть выбор, — обратился Аддон к Эрвоссе Глагирию.

Тот стоял у ручья, печально склонив на плечо седую голову, и разглядывал плывущие по прозрачной воде лепестки.

Лепестков было много, и все они были свежие, розовые, будто выше по течению кто-то сыпал их из бездонного мешка.

Это было красиво.

— Ты думаешь, что у тебя есть выбор, — мягко поправил он Кайнена. — Такие сильные и неукротимые люди, как ты, или твой Руф, или прелестная Уйа, все время стараются принять верное решение, сделать шаг в ту или другую сторону, положить на чашу весов что-то настолько тяжелое, чтобы оно перевесило все остальное. Вы не сможете смириться с неизбежностью.

— Это правда, — согласился Аддон.

— Я восхищаюсь вами, но не уверен, что вы не находитесь в плену иллюзий. Возможно, боги давно предугадали каждый ваш шаг, расписали все роли и теперь вы — не более чем игрушки в их руках. Не стану отрицать и того, что бессмертные тоже могут оказаться всего лишь слепцами, ведомыми неведомо кем и неведомо куда.

— Допускаю, что ты прав, — глухо произнес хранитель Южного рубежа. — Но это не значит, что я перестану сопротивляться. Особенно после того что услышал от тебя и Каббада в последнее время. Даже если мне не суждено ничего изменить, я все равно буду пытаться изменить судьбу — и в лучшую сторону.

Если я правильно тебя понял, то нас в скором времени ждет возвращение клешнеруких. И все, что я видел и слышал, только подтверждает твой рассказ: пришло время, и нынешнее поколение должно рассчитаться за содеянное предками.

Я бы предпочел, чтобы все было иначе, но не получится, правда? И я вовсе не хочу, чтобы люди погибали из-за распрей, которым столько ритофо, что само небо не древнее их. Мне жаль аухканов, не научившихся любить, но это не причина, по которой их потомки могут спокойно убивать моих соплеменников. Я сотру чужаков с лица земли. :А если не смогу этого сделать, то по крайней мере приложу все силы.

54
{"b":"43662","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Дети – с небес. Уроки воспитания. Как развивать в ребенке дух сотрудничества, отзывчивость и уверенность в себе
Инженер-лейтенант. Земные дороги
Пляска фэйри. Сказки сумеречного мира
Неизведанные наслаждения
Небо Валинора. Книга первая. Адамант Хенны
Ругаться нельзя мириться. Как прекращать и предотвращать конфликты
В объятиях герцога
Красный Треугольник
Охотник: Правила подводной охоты. Третья раса. Большая охота. Операция «Караван»