ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Группа крови
Фанзолушка
Музыка лунного света
Останься со мной
Туве Янссон: Работай и люби
Отшельник
Волшебник Севера
Жених-незнакомец
Вероломная обольстительница
A
A

– Я помню, как мой Генри поцеловал меня в первый раз, – сказал Ба.

– Дедушка?

– Да, хотя тогда он он еще не был ничьим дедушкой. Он еще даже не был моим мужем. – Ба улыбнулась, и ее взгляд обратился к чему-то давно прошедшему. – Он был таким красивым. Думаю, я полюбила его с первого взгляда. Однажды он повел меня на прогулку в сад моего отца. Он завел меня в грот – ну, ты его знаешь, Мэгги, – и поцеловал. – Ба тихо усмехнулась и сжала руку Мэг. – До этого меня никто не целовал, и я подумала, что это самая чудесная вещь на свете. Я только испугалась, что у меня сейчас подогнутся ноги.

– Точно! – воскликнула Мэг. – Я почувствовала то же самое. Так было каждый раз, когда Седж меня целовал. Это и… Это и кое-что еще.

– Внезапный жар и покалывание во всем теле? Особенно здесь?– Ба положила ладонь на низ живота девушки.

Щеки Мэгг запылали.

– Милая моя, не смущайся. Это чувствуют все женщины. С тем мужчиной, который им предназначен свыше.

– И как ты все понимаешь?– спросила Мэг. – Ведь именно поэтому я и подумала, что Седж и есть предназначенный мне мужчина. Поэтому я так бесстыдно и предложила себя. Он заставил меня испытать все эти ощущения. Меня с головы до ног как иголочками кололо. – Мэг снова покраснела, смутившись, что говорит о таких вещах. Да еще со своей собственной бабушкой! Но ей так много нужно было узнать. – Ба, это значит, что он и есть тот самый мужчина?

– Необязательно, – сказала Ба. – Мне не хочется верить, что человек, который оказался способен сделать подобное бесчестное предложение может быть для кого-то тем самым мужчиной. Это всего лишь значит, что он первый мужчина, который пробудил твои чувства. Особые ощущения, которые заставили тебя почувствовать себя женщиной. Когда-нибудь, милая, появится другой человек, который воспламенит тебя. Порядочный человек, который будет относиться к тебе подобающим образом.

– Ах, Ба, не знаю. Посмотри, как долго мне пришлось ждать этого!

Повернув голову, Мэг поймала бабушкин взгляд, и они обе рассмеялись.

– Ты только посмотри, как в этом сезоне тебя преследуют толпы молодых людей, – сказала Ба, когда они отсмеялись. – Вся гостиная уставлена цветами. И ни одного букета, насколько мне известно, от твоего драгоценного лорда Седжвика. Теперь, когда ты снова приехала в Лондон, а я умоляла тебя об этом все прошедшие годы, ты видишь, каким успехом ты пользуешься у мужчин. Любой из них может оказаться предназначенным тебе свыше, если только ты дашь ему возможность это доказать.

– Но никто из них не вызывает у меня тех же чувств, что Седж, – заметила Мэг. – Когда сегодня вечером я его увидела, то поняла, что ни к одному из этих джентльменов я никогда не испытаю того, что к Седжу. Все эти целования рук, стихи, комплименты и цветы ничуть меня не трогают. И в то же время при одном единственном взгляде на Седжа в бальной зале у меня подогнулись колени. Ни один другой мужчина не вызывает у меня подобной реакции.

– Но один сможет, – сказала Ба. – Когда-нибудь. Если ты будешь продолжать выезжать в свет, а не сидеть затворницей в Торнхилле, то станешь знакомиться со все новыми и новыми джентльменами. И в один прекрасный день, обещаю тебе, моя дорогая, в один прекрасный день при виде кого-то из них у тебя точно так же подогнуться колени, как и при виде этого недостойного человека.

– Ох… Но, Ба, я так его люблю!

– Да, я знаю, дорогая. – Пухлой рукой Ба обняла девушку за плечи и привлекла к себе. – Ничто не приносит такие страдания, как любовь.

– Мне кажется, я хочу вернуться в Торнхилл, – сказала Мэг, кладя голову на бабушкино плечо.

– Мне кажется, лучше не решать сгоряча, – сказала Ба. – Ты слишком взволнована, чтобы рассуждать спокойно. Кроме того, разумнее будет остаться в Лондоне. Мне бы очень не хотелось видеть, как ты спасаешься бегством.

– Разве я это делаю? Спасаюсь бегством?

– Возможно, – ответила Ба. – Не только от лорда Седжвика, но, как мне кажется, и от себя самой. А я никогда не видела, чтобы ты пасовала перед трудностями, Мэгги. Вспомни, как ты занимаешься лошадьми. Ты ставишь перед собой задачу и решаешь ее.

– Ты всегда говорила, что я такая же упрямая, как и длинная.

Ба засмеялась:

– А что, если я снова с ним встречусь? – спросила Мэг. – Мне кажется, я этого не вынесу. Что мне делать!

– После того, что он сделал, я бы рекомендовала нанести прямой удар.

Мэг уткнулась Ба в шею и улыбнулась.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

Прекрати смеяться, Джек. Это не смешно.

Лорд Пемертон помахал рукой, не в силах произнести ни слова из-за приступа хохота. Ноги откинувшегося в кресле и зашедшегося от смеха маркиза выстукивали по полу вдохновенную джигу, а рука хлопала по бедру.

– Джек, прошу тебя! – взмолился Седж.

Но его друг продолжал смеяться. Несколько джентльменов, привлеченных таким взрывом веселья, подошли поближе, чтобы узнать, в чем дело.

– Что это с Пемертоном? – спросил у Седжа лорд Элвенли, показав на Джека большим пальцем. – С чего это он так веселится, а?

Ответом на вопрос Элвенли стал новый приступ хохота, от которого Джек согнулся в кресле пополам.

– Говорю тебе, Седжвик, – сказал подошедший и вставший рядом с Элвенли Пудл Бинг, – ты должен сказать Пемертону, чтобы он держал себя в руках. Не очень-то подобающее поведение, сам понимаешь. Дурной тон и все такое. Очень дурной тон. А что его так развеселило, дружище?

– Если вы ничего не имеете против, – ответил Седж, раздраженный тем, что собралась толпа, – это дело личного свойства.

– Личная шутка, а? – спросил Элвенли.

– Совершенно верно, – сказал Седж.

– Тогда почему ты не смеешься? – спросил Пудл, нарочито растягивая слова, и, взяв между делом понюшку табаку, осторожно отправил ее в ноздрю.

– Про… прошу прощения, , джентльмены, – выдавил Джек, пытаясь взять себя в руки. – Надеюсь, я не помешал вашей игре. Это так… так…

Закончить ему помешал новый приступ хохота.

Седж уже горько пожалел, что, уходя с бала у Портлендов, повстречался с Джеком, что согласился пойти с ним к Уайту, а более всего, что поделился с ним своими страхами. До этого момента Джек был его лучшим другом. Но теперь Седжу хотелось его ударить.

– Видите ли, джентльмены, – все еще широко ухмыляясь, продолжал Джек, когда снова обрел способность говорить, – наш друг Седжвик недавно перенес удар по голове.

– Ах да, – протянул Пудл. – Кажется, я видел у него шрам. Весьма… вызывающе, Седжвик.

– И теперь, – с озорным блеском в глазах продолжал Джек, – бедняга Седж думает, что он мог… мог повредиться в рассудке. Вы только послушайте, он думает, что сошел с ума!

И Джек снова захохотал, вытирая салфеткой выступившие на глазах слезы.

– Что это он говорит про твое безумие, Седж? – спросил подошедший к собравшимся Альберт Хэрриот.

О, Боже, подумал Седж, Только не Альберт. Только этого ему не хватало.

– А что, мой милый мальчик, заставляет тебя думать, будто ты сошел с ума?– спросил Элвенли, приподняв уголки губ в пьяной улыбке.

– Подожди! воскликнул Пудл. – Не говори. Я попробую догадаться.

Вынув из жилетного кармашка монокль и постукивая им по подбородку, он прищурился, изображая задумчивость.

– Я понял! – объявил он, выдержав театральную паузу, поднял голову и возвысил голос: – Женщина!

Седж уронил голову, закрыл лицо руками и застонал, в то время как собравшиеся вокруг него джентльмены разразились грубым хохотом.

Седж поднял глаза и сердито глянул на полного мужчину, но ничего не сказал. Боже, и зачем он только притащился сюда? Он с таким же успехом мог спокойно прогуляться до дома и там, в одиночестве, спокойно предаваться своему горю. Все это было ему совсем не нужно.

– Он обнаружил, что не понимает женщин, – сказал Джек, – и, следовательно, решил, что сошел с ума.

– Ха! – вскричал Элвенли. – Если дело только в этом, то мы все самые настоящие идиоты.

47
{"b":"437","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Танос. Смертный приговор
Тайна нашей ночи
Однополчане. Спасти рядового Краюхина
Теория везения. Практическое пособие по повышению вашей удачливости
Век живи – век учись
Кастинг на лучшую любовницу
Его женщина
Наследник для императора