ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Доктор Салгрейв выпил и стоял над земляной кучей, слегка пошатываясь.

Бледный молодой человек разглядывал куртку в яме.

- Может быть, - сказал он.

- Что может быть? - спросил Адам.

- Может, это тот, в кого я попал, - сказал молодой. - Я попал в одного, когда они лезли через стену, - он погрузился в задумчивость. - Да, - сказал он, - но тогда это вполне мог оказаться тот сукин сын, который... - он умолк и пощупал пустой рукав.

Доктор Салгрейв перестал покачиваться. Глаза его широко распахнулись, взгляд остановился. И вдруг, ни с того ни с сего, толстяк опрокинулся на кучу земли. Невзрачный попытался поднять его.

- Поднимите ему голову повыше, - сказал невзрачный. - Помогите его перевернуть.

Моис помог.

- Черт возьми, у нас и воды-то нет, - жалобно проговорил невзрачный. И перенести мы его не сможем, - он подставил колено под бесчувственную тушу. Спящий захрапел.

- Этот сукин сын дышит, - презрительно сказал Джед Хоксворт. Пока он стоял и смотрел на толстяка сверху вниз, презрение постепенно сошло с его лица. Его место заняло что-то другое, оно росло, поднималось из внутренних глубин - то была ярость, или боль. Он отвернулся и отошел к стене, глядя вдаль, на равнину. Разгорался закат.

Невзрачный смотрел на потное лицо, на маленькие закрытые глазки, утонувшие в складках кожи, на толстые губы, болезненно пыхающие при каждом хриплом выдохе. - Старина Мардохей - неплохой человек, - сказал невзрачный. - Просто ему никогда не везло.

- И теперь вряд ли повезет, - сказал бледный молодой человек, - он ведь выкапывает этих людей безо всякого разрешения.

- Он говорит, что разрешение есть, но могу поспорить, что нет, сказал невзрачный.

- Никакой мы тут удачи не дождемся, - сказал молодой. - Дождемся, что нас посадят за решетку за то, что с ним пошли.

- Но кто-то же должен был с ним пойти, - сказал невзрачный. - А что, если бы он тут всю ночь так провалялся, и рядом никого не оказалось, - он взглянул на Адама, ища поддержки. - Он не такой уж плохой человек. Когда он работал здесь врачом, он спас жизнь Салу. Правда ведь, Сал?

Молодой кивнул.

- Говорят, что правда, - ответил он.

- Когда Сал был мальчишкой, - объяснил невзрачный, - у него распухло горло. Он бы помер, если бы док, - он кивнул, указывая на лежащую груду, если бы док не отсосал гной. Через трубочку.

Туша слабо шевельнулась, и губы испустили вздох.

- Не всякий стал бы отсасывать гной, - сказал невзрачный. - От этого и умереть можно, если внутрь попадет.

- Из кувшина он тебе что угодно высосет, хоть бы и гной, - сказал бледный молодой человек.

- Он спас тебе жизнь, Сал, - с легким укором сказал невзрачный.

Джед Хоксворт оторвал глаза от равнины и повернулся к говорящим. За их спинами возле ямы на корточках сидел Моис. С помощью прутика он пытался приподнять край куртки с лица мертвого уроженца Северной Каролины.

- Моис, - сказал вдруг Джед Хоксворт.

- Дасэр, - отозвался Моис.

- Ты, черный сукин сын, убери свои лапы от этого человека, - сказал Джед.

Моис отдернул руку.

Сидя в темноте футах в двадцати от костра, где сидели Адам и Джед Хоксворт, Моис оторвал взгляд от армейского котелка. Он ел, но неожиданно перестал жевать. Так и застыл с последним не проглоченным куском во рту, который оттопыривал щеку и даже проглядывал между неплотно прикрытыми губами.

- Мистер Хоксворт, - наконец произнес он тихо.

Джед не подал виду, что слышит. Он покончил с едой и сидел, скрестив ноги, глядя в огонь и прижав лезвие ножа к подошве левого ботинка, но не точил. Оно давно уже не двигалось.

- Мистер Хоксворт, - повторил Моис голосом таким же печальным и тихим, но более четко.

Джед оглянулся. Посмотрел на него издалека.

- Да, - сказал он без всякого выражения.

- Мистер Хоксворт, - сказал Моис, - все время, пока я был с вами, вы ничего не сделали. Вы ничего не сделали ни для меня, ни против меня. До сегодняшнего вечера.

Джед отвел взгляд от негра. И начал бережно водить лезвием по подошве ботинка.

- Мистер Хоксворт, - очень тихо проговорил Моис, - вы кое-что сделали нынче вечером. Вдруг взяли да сделали.

Джед Хоксворт не обращал внимания. Его нож ходил по подошве.

- Мистер Хоксворт, - сказал Моис печально и тихо, - никто не должен звать меня черным сукиным сыном.

Джед Хоксворт медленно перевел взгляд на Моиса Толбата. И снова отвернулся к огню, погрузился в глубокие раздумья.

- А я это сделал, - сказал он чуть погодя.

- Мистер Хоксворт, - сказал Моис, - я не хочу, чтобы вы это сделали ещё раз.

Смотревший в костер человек не шелохнулся, взгляд его был прикован к огню. Но он сказал:

- Если ты чего-то не хочешь, у тебя всегда есть вот эта дорога.

Он помолчал, потом добавил:

- Она ведет в две стороны. Можешь выбрать любую.

Моис ничего не сказал. Он глядел вниз, в котелок. Он нашел в нем последний кусочек хлеба. Он вытер хлебом края, где ещё оставалось немного жира, и задумчиво отправил в рот. Вскоре он встал и направился к фургону, где залез под парусиновый тент. И полностью скрылся под ним.

Через некоторое время нож в руке Джеда Хоксворта заходил по коже подошвы, очень осторожно. Чуть погодя, Джед произнес, глядя в огонь:

- Меня изгнали из Северной Каролины.

Адам ничего не сказал. Он чувствовал: ночь давит на землю у него за спиной.

- Может, они оказали мне услугу, - сказал Джед, глядя в огонь.

Адам чувствовал: ночь и грусть давят на плечи. Они имеют вес.

- Если бы меня не прогнали, - сказал Джед, глядя в огонь, - я мог бы шагать вместе с ними вверх по этому холму. Я мог стать капитаном или полковником, и шагать вверх по этому холму. Я мог бы сейчас лежать там, наверху, и какой-нибудь черный ублюдок поднимал бы прутиком одеяло или какую другую тряпку, что прикрывала бы мне лицо.

Он помолчал.

Потом продолжал:

- Н-да, может, они спасли мне жизнь. Прогнав меня вон.

- Мистер Хоксворт, - сказал Адам. - Я уже говорил, что уважаю ваш поступок. Я знаю, почему вы так поступили и за что вас прогнали.

Джед перевел взгляд с огня на Адама.

- Ни черта ты не знаешь, - сказал он.

Он помолчал, глядя в огонь, потом сказал:

- Может, я и сам этого не знал. Не знал, почему так поступил. Долго не знал. Может, я думал, что просто люблю ниггеров, в чем меня и обвиняли.

32
{"b":"43790","o":1}