ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Адам кивнул. Да, он начал понимать.

- Забери их, - сказал старик, указав издали на золотые монеты. Забери, потому что ботинок - мой. Я заплатил за него тем, что научился жить.

Адам молча протянул руку и взял монеты. И подержал на ладони, разглядывая.

Итак, он везет из Баварии два подарка, думал Адам, глядя на зеленый берег, проплывающий мимо, - ранец со священными реликвиями, подаренный дядей, и ботинок, подаренный Старым Якобом. Он думал о том, как они попали к нему, об их обоюдной и равновеликой враждебности. Как в сказке, когда под влиянием какого-то магического заклятия, каждый из двух заколдованных подарков уничтожает волшебные свойства другого. В результате, молиться он не может, а ботинок никогда не ступит на землю Америки.

Глядя на далекий зеленый берег, он думал о сапожнике. Бедный Старый Якоб, думал он, ты заплатил такую великую цену за этот ботинок, и все ради того, чтобы быть обманутым.

Нет, без толку вглядываться в зеленый берег, ботинок никогда не пройдет по нему.

Он опустил глаза на солевую ржавчину и начал в прежнем ритме бить старым долотом по цепи. Потом почувствовал, что рядом кто-то стоит. Кто-то смотрел сверху на его незащищенные плечи. Он медленно повернул голову. Шагах в трех, облокотившись о поручни, стоял матрос и смотрел на него сверху, - коренастый, краснолицый, до костей просоленный морем человек с седеющими баками, с отвратительной трубкой, залихватски торчащей в углу рта, и серо-голубыми глазами, холодными, как зимний полдень в высоких широтах. Руки казались слишком красными и громоздкими для него, как тяжеловесные молоты, готовые в любую минуту приступить к работе. Одна рука лежала сейчас на поручне - так молоток покоится на наковальне в ожидании рабочего. Адам узнал в этом человеке одного из двух матросов, в распоряжение которых он поступил в то утро, когда майнгерр Дункан признал его негодным.

- Дурак ты, круглый дурак, - беззлобно сказал матрос, перегоняя черную трубку из одного угла рта в другой.

Долото Адама замерло на полпути. Слова матроса странным образом отдавались в голове, как эхо. Он чувствовал, что смотрит на человека, который их произнес, щурясь и помаргивая, как будто не расслышал или слишком туп, чтобы понять. Слова отдавались в голове, как эхо всей его жизни.

- Дурак ты, говорю, круглый, - повторил человек. И поскольку Адам продолжал пялиться, добавил обиженно: - Ты ведь говоришь по-английски, а? Я слыхал, ты в тот день говорил по-английски.

Адам кивнул.

- Охота, значит, попасть в Америку? - спросил матрос.

Адам опять кивнул.

- Тем более дурак, - сказал матрос.

Но все же вынул изо рта трубку.

- Слушай, - сказал он. - Рано утром мы сделаем остановку в Касл Гарден. Бросим там якорь, чтобы освободиться от первой группы паразитов.

- Кого? - не понял Адам.

- Эмигрантов, - пояснил матрос. - Там, внизу, их набито штук двести пятьдесят, - он ткнул концом трубки в палубу. - Больше, чем сельдей в бочке. Но мы избавимся от них в Касл Гарден. Повышвыривают их за борт на катера, и полетят - кто кормой вперед, кто чайником, кто кувырком. И тебе бы так лететь вверх тормашками, если бы этому доброхоту Дункану не приспичило возвернуть тебя домой.

Моряк наставил трубку на Адама, сурово пресекая всякие надежды.

- Э-э, нет, - сказал он, - ты особо губешки-то не раскатывай. Они всех галочкой помечают, паразитов-то, там тебе ни в жизнь не слинять.

Матрос ненадолго впал в задумчивость. Потом снова заговорил.

- После этого, - сказал он, - мы пойдем вверх по реке к месту стоянки. К тому времени уже свечереет. Как причалим, так начнется шум, гам и всеобщий тарарам. После того как господ пассажиров со всеми их манатками спровадят на берег, тут приходит черед остальных паразитов - тех, кто не мог оплатить проезд до Страны Свободы и посему записался в солдаты. Но теперь уж негодяи - то бишь Дункан и этот косоглазый пивной бочонок Голландец-голодранец - даже не почешутся никого пересчитывать. Просто спихнут их в теплые, заботливые руки Морской Пехоты Дядюшки Сэма. - Он замолчал. - Хо, хо! - вдруг загоготал он и снова замолчал, смакуя представшую перед его мысленным взором комичную картину.

- Ну слушай, - продолжил он. - Вот их спихнули. Стоит в этот момент поглядеть на их рожи. Ведь они всю дорогу думали о щедром вознаграждении о том, что им останется от восьми обещанных сотен долларов после того, как все агенты и вербовщики получат свою долю. Они думали о попойках или о девках, о том, как их произведут в сержанты, и как они разбогатеют. Единственное, о чем они не думали - это о возможности получить пулю в брюхо.

А тут они видят этот трап, ведущий к Американской земле, и вдруг все дружно начинают думать о возможности получить пулю в брюхо. У них это на рожах написано. Они пятятся, жмутся, липнут друг к дружке, как густая овсянка, храбрые, как овцы, и лица у них зеленеют, короче, ведут себя в точности как тот парень, который попросил палача: подождите, пожалуйста, минутку, я высморкаюсь. Вот тут приготовься.

- Приготовиться? - переспросил Адам.

- Да, дурак несчастный, ты будешь сидеть вон там, под пиллерсом, прятаться от греха подальше и со всей мочи долбить эту чертову цепь, как будто тебя за это бессмертием наградят. На тебя будет всем наплевать. Ни одна живая душа не даст за тебя не то что двух центов, но даже рыбешки, цыпленок ты дохлый. Интереса ты вызовешь не больше, чем солнечные блики на закате. Если у тебя есть какой-то скарб, чемодан или, может, мешок, лучше припрячь его там заранее. Чтоб как настанет подходящий момент, ты не вызвал подозрений. Подбери его незаметно. И тогда гляди в оба. Когда агент - этот чертов Дункан - спустит паразитов на причал, прямо в жаркие объятия Морской Пехоты Дядюшки Сэма, когда после команды "свистать всех наверх!" те, кто наверху, будут смотреть на тех, кто остался внизу, и смеяться или разойдутся по своим делам, ты со своими пожитками сиганешь за борт. Сделаешь вид, что ты - один из паразитов, которого в спешке забыли. Ведь, по сути-то, так оно и есть.

И никто, ни одна живая душа, тебя не остановит. Потому что в это время Морская Пехота поведет паразитов получать пулю в брюхо. Притворись, что спешишь догнать их. А вместо этого давай деру.

7
{"b":"43790","o":1}