ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Стать богатым может каждый. 12 шагов к обретению финансовой стабильности
Хищник
Шестнадцать деревьев Соммы
Доказательство жизни после смерти
Ключ от твоего мира
Тайная жизнь влюбленных (сборник)
АпперКот конкурентам. Выгоды – клиентам
Американха
Тёмные птицы

Джоселин медленно подошла к нему и обняла его за шею. Окружающий мир исчез для них. Ему было все равно, что будет с Коэном, он лишь краем уха слышал, как ему зачитывали его права.

Все, что он сейчас видел, о чем думал, – это была Джоселин, прижавшаяся к его плечу и содрогавшаяся от слез.

– Все кончилось, – говорил он, гладя ее волосы, – Коэн скоро опять будет за решеткой.

Она посмотрела на него.

– Я не поэтому плачу. Это моя работа, я проделываю это постоянно.

Что-то внутри него сжалось от радостного предчувствия.

– Тогда почему ты плачешь?

– Потому что я очень боялась, что потеряю тебя и у меня никогда не будет возможности сказать, как я сожалею.

«Рано радуешься», – предупредил его внутренний голос, назвав тысячу вещей, о чем она могла сожалеть. Может быть, она жалеет о том, что не предотвратила стрельбу, или о том, что так холодно попрощалась с ним. Он всеми силами старался отогнать от себя мысль, что она может сожалеть о том, что ушла от него в тот вечер.

– О чем ты жалеешь? – спросил он нерешительно.

Но она не успела ответить, так как полицейский по имени Чарли подошел к ним.

– Мне нужны ваши показания.

Донован и Джоселин разомкнули объятья.

Джоселин провела ладонью под глазами и, снова превратившись в железную леди, начала докладывать о случившемся, не забыв упомянуть об оружии Коэна, которое валялось где-то у дома Донована, откуда стрелял преступник.

Чарли задал несколько вопросов Доновану, закрыл записную книжку и сказал, что позвонит, когда они понадобятся.

После отъезда полицейских машин они снова остались одни. Некоторое время они молча смотрели друг на друга.

– Ты в порядке? – спросил наконец Донован, больше всего на свете сейчас желая, чтобы их не прерывали.

Но мгновенье ушло, и перед ним опять стоял строгий телохранитель со стальными нервами.

– Хочешь, пойдем ко мне, выпьем пива? У тебя ведь на сегодня больше нет работы? Мне кружка пива также не помешает, ведь никогда раньше я не участвовал в поимке преступника.

Джоселин улыбнулась.

– Почему бы и нет? Я люблю пиво.

Она согласилась!

Радость заполнила все уголки его существа. От обиды не осталось и следа. Он улыбнулся ей в ответ, понимая, что его счастливое будущее во многом зависит от следующего получаса.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Донован достал ключ из кармана и отпер дверь.

– Подожди. – Джоселин дотронулась до его руки. – Позволь мне осмотреть квартиру. Мало ли что.

Донован пропустил ее. Она ответственно относилась к своей работе, и он уважал ее за это, даже когда эта ответственность вставала на пути его надежд.

Он ждал у двери, пока она проверяла сигнализацию и осматривала комнаты. Наконец она вышла из его спальни.

Чего бы он не отдал, чтобы видеть ее выходящей оттуда каждое утро до конца своей жизни!

– Все в порядке? – спросил он, отложив пока надежды в сторону.

– Похоже, да. Так как насчет пива?

– Проходи. Чувствуй себя как дома.

Так странно было обращаться с ней как с гостем, в то время как еще недавно они спали в одной кровати.

Донован переоделся в джинсы и чистую рубашку, достал из холодильника две бутылки пива и, разлив его по кружкам, направился в гостиную.

Однако он застыл как вкопанный, услышав по радио песню Эрика Клэптона, ту самую, которую он включал в первые дни их знакомства. Он вспомнил, как она улыбалась, слушая ее, и он понял тогда, что под маской сурового телохранителя скрывается нежная женская душа.

Он тяжело сглотнул, подумав, что сегодняшняя встреча может закончиться так же печально, как тот вечер, когда после спора и обидных слов, брошенных друг другу, они были уверены, что расстаются навсегда.

– Вот и я. – Он подошел к ней и протянул стеклянную кружку. – Давай выпьем за то, что Коэн опять за решеткой.

– За это я выпью.

Они чокнулись.

– Давай присядем, – предложил Донован, чувствуя себя неловко. Он пытался быть любезным, в то время как ему хотелось обнять ее и говорить совсем другие слова.

Джоселин села на диван, сбросила туфли и поджала свои длинные ноги.

– Донован, я рада, что ты пригласил меня, потому что я хочу поговорить с тобой.

Донован нервно сглотнул.

– О Коэне?

Она серьезно посмотрела на него.

– Нет. Так получилось, что я искала тебя сегодня из-за Коэна, но я решила встретиться с тобой еще до того, как узнала о его освобождении.

Донован вспомнил, как в парке поднял глаза и увидел ее, стоящую перед ним. Тогда надежда затеплилась в его сердце. Но потом последовало разочарование…

Он молча ждал, пока она продолжит. Джоселин опустила глаза и стала вычерчивать длинным ногтем геометрические фигуры на мягкой обивке дивана.

– Я… я скучала по тебе.

Его сердце пустилось в бешеную пляску.

– Последние несколько недель были настоящим адом, – продолжала она. – Я не могла думать ни о чем и ни о ком, кроме тебя. Я сожалею, что наговорила тебе при расставании. Та неделя на озере была самым счастливым временем в моей жизни, а я все испортила.

– Ты ничего не испортила, – сказал он, нежно взяв ее за руку.

– Нет, испортила. – Ее голос дрогнул, но она продолжала смотреть ему в глаза. – Прости, что я была такой трусихой.

– О чем ты? – спросил он. Внутри него все дрожало.

– Я говорю, что вела себя как идиотка. Я боялась любить тебя, потому что отец и Том вселили в меня боязнь любви. Я боялась ранить свое сердце, но нанесла ему глубокую рану тем, что ушла от тебя. Надеюсь, что ты простишь меня за боль, которую я тебе причинила. Я хочу вернуть то, что было между нами, если, конечно, ты все еще…

Донован придвинулся к ней ближе и обхватил руками ее подбородок:

– Что я «все еще»?

– Что ты все еще меня любишь.

Вихрь неописуемой радости ворвался в его сердце и все перевернул там, выметая прочь все обиды и переживания.

Он вздохнул с огромным облегчением, словно сбросил с плеч невыносимо тяжелое бремя.

– Я тебя очень люблю, Джоселин, ты даже не представляешь себе, насколько сильно! Я полюбил тебя с той самой минуты, когда впервые увидел в дверях моей квартиры со стальным выражением на лице. Все время, пока ты работала здесь, я любил тебя, а сейчас, после всего, что между нами было, мое сердце просто разрывается от любви к тебе.

Она посмотрела на него, вся нежность и женственность. Его взгляд упал на ее влажные приоткрытые губы, и он почувствовал непреодолимое желание ощутить их вкус. Прочтя в ее глазах молчаливое согласие, он обнял ее за талию и прильнул к ее губам. Джоселин обвила руками его шею и страстно ответила на поцелуй.

Сколько дней и ночей он мечтал об этом мгновении! И все же никакая, даже самая смелая мечта не могла сравниться с реальностью, с чувством ликования, которое он испытывал, держа ее в своих объятьях, целуя ее губы, пахнущие пивом, пьянея от цитрусового аромата ее прекрасных волос.

– Я люблю тебя, – прошептал он ей в самое ухо. – Ты единственная женщина, которая заполнила пустоту в моей жизни. Только тебя я готов впустить в свое сердце.

– Не знаю, что я сделала, чтобы заслужить такое.

– Ты просто была собой.

Он опять поцеловал ее, с упоением вдыхая запах ее тела.

– Обещаю, что больше не отпущу тебя, – сказала она, откидывая голову назад, пока он покрывал поцелуями ее шею. – У меня было время подумать о наших отношениях, и я пришла к выводу, что это не простое увлечение. Я поняла, что это большое, настоящее чувство. И вот я здесь, и теперь уже навсегда.

Отстранившись, он пристально посмотрел на нее.

– Ты уверена в этом?

– Абсолютно.

Он поцеловал ее в лоб, затем встал с дивана.

– Я сейчас.

Она проводила любопытным взглядом его удаляющиеся шаги. Войдя в спальню, Донован подошел к сейфу и дрожащими руками набрал шифр.

В центре сейфа стояла маленькая, обшитая бархатом коробочка. Его сердце забилось быстрее. Он глубоко вздохнул и бережно вынул драгоценность.

26
{"b":"439","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Отель
Анатомия скандала
Дети судного Часа
Время свинга
Потому что люблю тебя
Академия Арфен. Корона Эллгаров
Все лгут. Поисковики, Big Data и Интернет знают о вас всё
Как убивали Бандеру
Черный человек