ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Уваров Юрий

Величие и падение семьи Буссардель

Ю.Уваров

Величие и падение семьи Буссардель

* {Статья написана до публикации четвертого романа цикла "Буссардели" "Время любить", 1968 г. - В.Е.}

На фотографии: Фасад здания по адресу: Авеню Ван-Дейка, 5, описанного Филиппом Эриа в "Буссарделях".

Во второй половине прошлого столетия разбогатевшие парижские буржуа облюбовали себе живописную долину Монсо. Здесь выросли комфортабельные особняки, раскинулись фешенебельные кварталы буржуазного Парижа олицетворение богатства, могущества и роскоши финансовых тузов Второй империи, которые нажили в ту пору бешеных спекуляций огромные состояния. Всегда начищенные до блеска позолоченные решетки парка Монсо и примыкающие к нему громоздкие, неуклюжие серовато-грязные от времени здания и по сей день являют собой застывшее воплощение безвкусицы, богатого благополучия, размеренного и монотонного уклада жизни, подчиненного лишь одной цели неустанному накоплению денег. Уже почти сто лет передаются из поколения в поколение эти особняки, этот уклад жизни, этот культ наживы. В одном из таких домов на авеню Виллье живет летописец квартала известный французский романист и драматург Филипп Эриа. Здесь, в районе парка Монсо, одно за другим сменилось несколько поколений его родственников, здесь провел он свое детство. Писателю прекрасно знакомы быт, нравы, образ мысли среды, к которой он принадлежит по рождению.

В своей трилогии "Семья Буссардель", "Испорченные дети" и "Золотая решетка" Филипп Эриа со знанием дела воссоздает историю некоего семейства Буссардель, наделенного типичными чертами обитателей фешенебельных кварталов Монсо.

Подлинное имя писателя - Раймон Пейель. Он родился в 1898 году в Париже. Его родители были связаны родственными узами с верхушкой французской буржуазии, но принадлежали к ветви, отколовшейся от основного семейства. В семье будущего писателя издавна утвердились либеральные убеждения. Филипп Эриа любит вспоминать, что он правнук известной госпожи Зульма Каро', близкого друга Бальзака, страстной республиканки, часто критиковавшей знаменитого писателя за его тягу к аристократии. В письмах к Зульма Каро Бальзак высказывает немало интересных и глубоких мыслей. Филипп Эриа бережно, как реликвии, хранит шкатулку и табакерку, принадлежавшие Бальзаку. Воспитанный с детства в традициях уважения к великому французскому реалисту, Эриа на всю жизнь сохраняет любовь к этому писателю. Не раз называет его своим учителем.

Отец Филиппа Эриа, юрист по профессии, занимал крупные административные должности. Он отличался либеральными взглядами, был близок со многими прогрессивными деятелями своего времени, в частности был другом Эмиля Золя, Анатоля Франса. Его дом посещали видные писатели, политические деятели, художники, артисты. В атмосфере таких духовных и общественных интересов складывалось мировоззрение будущего автора "Семьи Буссардель".

Восемнадцатилетним юношей, едва закончив лицей, Филипп Эриа отправляется на фронт первой мировой войны. Он отказывается от поступления в офицерскую школу, куда мог бы легко попасть, используя обширные связи отца, и проводит войну в окопах рядовым солдатом. Подобно многим молодым людям его поколения, он возвращается с войны потрясенным. Его вера в буржуазное благополучие была подорвана. Демобилизованный солдат 1919 года, Раймон Пейель не может некоторое время найти свой путь. Уютные особняки его процветающих и еще больше разбогатевших родственников и даже культурная, либерально настроенная семья его отца представляются юноше, только что вышедшему из грязи окопов, чуждыми и далекими. Раймон Пейель еще дальше, чем его отец, отходит от идеологии долины Монсо. Он делает шаг, вызвавший суеверный ужас и бурю негодования у его буржуазных родственников: отказывается от предложенной отцом административной карьеры и идет в актеры. Дабы окончательно отмежеваться от своей респектабельной родни, он выбирает себе сценическое имя: Филипп Эриа. Именно под этим именем и приходит к нему известность. Филипп Эриа становится талантливым киноактером. Он снимается в 25 фильмах. Затем переходит работать в театр, где еще больше утверждается его артистическая слава. Однако в 30-е годы имя Эриа-актера начинает отступать перед именем Филиппа Эриа-писателя. Некоторое время эти два имени сосуществуют, но к 1936 году писатель берет верх, Филипп Эриа бросает сцену и становится профессиональным литератором.

Его первые литературные опыты относятся к тем годам мучительных поисков своего пути, которые переживает Эриа, вернувшись в 1919 году с фронта. Он публикует тогда рассказы еще слишком "литературные", ученические: "Эльдорадо" (1922) и "Дон Жуан и Фауст" (1922). Затем на несколько лет его литературная деятельность прерывается. И только в конце 20-х годов он снова, и на этот раз уже уверенно, берется за перо. Впоследствии в своей автобиографической книге "Возвращение по следу" Эриа объясняет, почему он стал писателем: "Разочарования моей юности, разлад с семьей и с любой средой, в которую я попадал, вызвали у меня потребность рассказать о своих конфликтах, запечатлеть свои наблюдения, найти себе утешение хотя бы в этом. Мне хотелось также с помощью художественных образов бороться против произвола властей, банальности мышления, против лжи и лицемерия, против ханжеского общественного порядка".

Таким образом, Филипп Эриа воспринимает с самого начала свою писательскую деятельность как результат своего столкновения с буржуазной действительностью. Поэтому уже в первых книгах, порой еще литературно несовершенных, писатель выражает свое отрицательное отношение к капиталистическому миру, показывает острый конфликт человека с буржуазной средой.

Однако ранние романы Филиппа Эриа были еще в значительной степени отягощены натуралистическими элементами. Первое произведение Эриа, которое сразу же принесло ему известность, был роман "Невинный" (1931), удостоенный премии Теофраста Ренодо. Писатель сатирически изображает крупную чиновную буржуазию, рисует портрет дипломата в ранге посла господина Сен-Дона-Верье, хитрого и ограниченного человека. Вся его жизнь, все существование окружающих его людей построены на ханжестве, лжи, лицемерии. Самоуверенными, чванливыми ничтожествами выглядят и его друзья - чиновная знать Французской республики. Эриа рассказывал впоследствии, что прообразами его героев послужили реальные лица, крупные административные деятели, сослуживцы его отца. Дети господина Сен-Дона-Верье чувствуют себя чужими в этом напыщенном и фальшивом мире. Они внутренне протестуют против ханжества буржуазной морали, стремятся сбросить с себя ее путы. Но социальное разоблачение в этом романе растворяется в изображении патологического эротизма, половых извращений, что уводит писателя в сферы, далекие от жизни, в камерный мир интимных переживаний персонажей. Такое снижение социальной значимости произведения за счет уклона в описание различных сексуальных аномалий характерно почти для всех ранних книг писателя, не сумевшего еще в те годы твердо встать на путь реализма.

1
{"b":"43906","o":1}