ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Глава пятая

Утром, пока Даша отсыпалась, Глеб успел сделать гимнастику и сесть на кухне за печатную машинку. Статья о ритуалах двигалась из рук вон плохо. Изложение получалось пресным и скучным, и мысли тонули в каком-то словесном болоте. Глеб злился на себя, комкал напечатанное и швырял на пол. Затем начинал заново и опять комкал. Он предавался этому занятию с таким остервенением, что не заметил, как на кухню явилась Даша. Влажная после душа и насмешливая, она подобрала скомканные листы и принялась читать. Ненароком поймав ее за этим занятием, Глеб вскипел.

— Это еще что такое?! — Он выхватил у Даши лист. — Кто разрешил?!

— Первый абзац неплохой, — поделилась впечатлениями Даша, — второй… в общем, так себе. Дальше — гораздо хуже.

— Сам знаю, — буркнул Глеб. — Нечего подбирать с пола!

Даша театрально захлопала ресницами.

— Это для музея, лорд Грин.

— Удар ниже пояса, — обиделся Глеб. — Я сижу тихо, ничего никому не показываю… К чему здесь твое ехидство?

Даша обвила руками его шею.

— Хочу и ехидничаю. Садистка потому что.

— Да на здоровье. Вот уйду, как Илья, работать к подруге…

— Нет! — крикнула Даша. — Я больше не буду!

— Поклянись самым дорогим, — потребовал Глеб. Но тут зазвонил телефон. Глеб поднял трубку.

— Француз?! — раздался голос Васи златозубого.

— О-о! — удивился Глеб. — Чем обязан?

Вася помолчал, посопел и выпалил:

— Папаню вывезли, Француз! Люди Грача, б…! Из-за шести вагонов никеля! Они грохнут его, без понтов! Замочат, суки! Помоги, Француз!

Удивление Глеба возросло.

— Я-то при чем? Мне эти ваши разборки, знаешь…

— Грач, гнида, его не выпустит! — захлебывался речью златозубый. — Пускай Папаня отдаст ему никель, один хер — кранты! А наши все по щелям расползлись, перебздели! Если сейчас его не вытащить…

— При чем здесь я? — перебил Глеб. — Только мне и дел в уголовщину вашу впутываться.

— Игнат не падло, Француз! — заорал Вася. — А Грач — это беспредел! Ты сам знаешь, какой он… — Будто поперхнувшись, Вася замолчал. Потом проговорил тихо: — Француз… Глеб Михайлович, помоги, а! У Папани дети, внуки маленькие…

— Ну давай, бери меня на жалость! — заорал Глеб, выскакивая в прихожую. — Сейчас я всё брошу и полечу ваших уркаганов выручать! И попрусь к черту на кулички! — Он сдернул куртку с вешалки. — Говори, гад, куда ехать!

— Француз, ты это… по-шустрому только, ладно? — пробормотал Вася и обрисовал место встречи.

Даша приняла у Глеба телефон.

— У меня один лишь вопрос, — вздохнула она, — во сколько вернешься?

— Как управлюсь. — Глеб поцеловал ее в губы. — У меня еще встреча с братьями Абэ. Потом — сразу домой.

Даша вернула ему поцелуй.

— На жалость тебя как раз и взяли, — с усмешкой заметила она. — Только ленивый тебя на жалость не возьмет.

Глеб застегнул куртку.

— Не навестить ли тебе графиню? — предложил он, выбегая за дверь.

Даша собиралась положить телефон на место, но он зазвонил в ее руке.

— Дашуля! — раздался в трубке голос Эдика. — Тебя ли слышу?!

— Угадал, — ответила Даша.

— Киса, ты совсем меня забыла.

— Котик, я вышла замуж.

— За кого? За телохранителя?

— Опять угадал. Ты в ударе.

Помолчав, Эдик спросил:

— Почему так скоропалительно?

— Боялась опоздать. Как ты меня разыскал?

— Тоже мне проблема. Люди подсказали.

— Не Митя ли Грачев? — Даша открыла шкаф и расчистила себе проход меж платьев.

— А хоть бы и Митя? — с вызовом проговорил Эдик. — Тебе-то какая разница?

— Да, в сущности, никакой. Бай-бай, котик. Не звони мне больше.

Бросив телефон на постель, Даша вошла в шкаф и направилась в гости к графине.

Когда Глеб выбежал из подъезда, два суетливых субъекта отпрянули от его «жигуленка» и заспешили к припаркованному неподалеку «опелю». Пока Глеб открывал ключом дверцу, эта парочка влезла в свой автомобиль, но отъезжать не торопилась: один из субъектов деловито рылся в портфеле, другой — с интересом разглядывал голубей. «Сапожники», — усмехнулся про себя Глеб, включая зажигание.

«Жигуленок» медленно тронулся с места, и связка динамитных патронов, засунутая в мотор, каким-то непонятным образом осталась лежать в луже. Глеб чуть отъехал, притормозил и посмотрел в боковое зеркальце. Выскочившие из «опеля» субъекты в недоумении склонились над упавшим динамитом. Обменявшись короткими репликами, они решили, видимо, убрать бомбу в портфель, но она взорвалась у них в руках. Причем настолько бесшумно, что сидящие на лавочке пенсионеры вообще ничего не услышали, однако заметили, как двух копошащихся в луже ханыг разнесло вдруг в клочья.

Глеб выехал из подворотни и погнал машину к месту встречи с Васей златозубым.

Вася ждал его у Окружной на повороте в Бутово. Нервничал он жутко. На его предложение бросить «жигуленок» здесь и ехать дальше на «вольво» Глеб ответил отказом.

— Вызволим Папаню, — пояснил Глеб, — повезешь его отлеживаться. Вы — в одну сторону, я — в другую.

— Если вызволим, — буркнул златозубый, влезая в свой бордовый «вольво».

Глеб на «жигуленке» последовал за ним. Ехали они около получаса и остановились неподалеку от недостроенного многоквартирного дома. Судя по тишине и отсутствию техники, строительство явно было заморожено. На таком же примерно объекте, по свидетельству прессы, была изнасилована и убита журналистка Самарская. Митька Грач, очевидно, привычек своих менять не любил.

Из-за штабеля бетонных блоков выскочил амбал с биноклем, подбежал к «вольво» и через опущенное стекло пошушукался с Васей. После короткого этого совещания амбал вновь спрятался за штабель, а Вася вылез из «вольво» и махнул рукой, подзывая Глеба. Глеб подошел. Вася блеснул золотыми зубами в сторону стройки.

— Его там держат. Восемь человек охраны. Три «Макарова», пять «Калашниковых». Грача пока нет, вот-вот должен подъехать.

Завершив сей лаконичный доклад, Вася выдернул из-за ремня пистолет, снял с предохранителя и уставился на Глеба, ожидая указаний. Глеб взглянул на него с интересом.

— В штаны небось наложил?

— Ну, — хмуро отозвался Вася. — И что с того?

— То есть ты готов за хозяина живот положить?

Вася помолчал, глядя в землю, и буркнул:

— Друг он мне, понял? Чё-то делать надо, блин.

— Да, блин… — удивленно проговорил Глеб, — ты парень с сюрпризом. Спрячь свою пушку и жди здесь.

— Француз, я не фраер… — запротестовал было Вася, но Глеб резко его оборвал:

— Начхать мне, кто ты есть! Сиди тихо, или я тебя вырублю, понял?!

Разумеется, Вася понял. Засунув пистолет обратно за ремень, он лишь уточнил:

— Вообще, что ли, не лезть?

— Вообще и в частности, — ответил Глеб. — Даже если услышишь выстрелы. Даже если эта стройка взлетит на воздух. Если Игнат жив — ты его получишь.

Держа руки в карманах куртки, Глеб зашагал к недостроенному дому. Меж курганов мусора дом взирал на него провалами окон. Территория казалась безлюдной. Однако стоило Глебу приблизиться, перед ним возникли четверо молодцов с автоматами, угрюмых и самоуверенных.

— Куда прешь? — спокойно осведомился один из них.

— Гуляю, — ответил Глеб. — Нельзя?

Молодчики переглянулись: нахальство Глеба не укладывалось в обычные рамки. Парни, похоже, были тертые.

— Вот что, мужик, — предложил тот, кто завел разговор, — если поссать забрел — ссы и делай ноги. Усек?

— Угу, — кивнул Глеб, — могу стравить в твой карман.

Парень навел на него автомат, лениво и равнодушно.

— Только и всего? — спросил он, сплюнув.

— Мочи его, Гринь! Чё ты зыришь?! — вскипел молодчик слева. — Мочи к едрене фене!

В этот момент из дверного проема показались еще двое. Один из них, видать, для разнообразия, держал в руке пистолет. И взмахнув этим пистолетом, он произнес начальственно:

— Какие-то проблемы?

— Да вот, — откликнулся Глеб, — хочу Игната у вас забрать, а эти придурки не пускают.

77
{"b":"43988","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
После падения
Измеряйте самое важное. Как Google, Intel и другие компании добиваются роста с помощью OKR
Ромашки в октябре
Наш грешный мир
Азъ есмь Софья. Крылья Руси
Эверлесс. Узники времени и крови
Время колоть лед
Умная Zаграница. Учеба и работа за рубежом