ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Петровы в гриппе и вокруг него
Фантастические твари: Преступления Грин-де-Вальда
Ключи от счастья. Книга жизни
Новый год на пляже
Эра криптовалюты
Воображаемые девушки
Потерять и обрести
Глотнуть воздуха. Дни в Бирме
Трансерфинг реальности. Ступень I: Пространство вариантов
A
A

Что в дальнейшем происходило в глубинах, куда проникла вода? Она, как ей положено от природы, искала выход. И находила. То ли по сети сравнительно мелких каналов, то ли сразу большими массами. Эта вода охлаждалась, пары ее конденсировались. В некоторых случаях она прорывалась на земную поверхность и смешивалась с влагой океанов. А в других заполняла малые и крупные пустоты на небольшой сравнительно глубине, образуя озерца, озера и, быть может, даже моря. Вырвавшаяся на поверхность из недр Земли вода очень быстро теряла свои особые свойства, а оставшаяся в глубине земной коры - сохраняла. Сохраняла потому, что не смешивалась с пресной водой рек и озер, с соленой - морей и океанов. В глубинные водоемы не проникала и дождевая влага. Эти водоемы были защищены от солнечного света и от космических лучей. В таком вот "законсервированном виде" вода, побывавшая в глубине Земли, могла сохраняться - и сохранялась! - многие сотни миллионов лет. А иногда, вследствие разных причин - эрозии, трещин в толще коренных пород и других, наделенная особыми свойствами вода просачивалась на поверхность. Это случалось нечасто, а к тому же особые свойства, как мы уже знаем, нестойки - они теряются от воздуха, солнечного света и соприкосновения с почвой. Однако за время существования человечества люди изредка находили "волшебные источники". Объяснить же ничего не могли. Так возникли сказки и легенды о "мертвой и живой воде", "напитке жизни" и всяких других. Интересно, что у разных народов эти легенды имеют общую основу: напиток жизни излечивает болезни, заживляет раны и дает долголетие. Не означает ли это, что в основе всех легенд лежат подлинные события, приукрашенные впоследствии воображением, искаженные суевериями, а в ряде случаев приспособленные для своих целей религиями? "Святая вода", например, "чудесные исцеления" и "воскрешения из мертвых"...

Егоровы давно покинули старый дом на улице Веснина. Они живут в просторной квартире на Фрунзенской набережной. В квартире много книг, на нижних полках стеллажей - коллекции минералов.

Обо всем говорят в доме Егоровых: о стихах и спектаклях, о хоккейных матчах, о двенадцатой симфонии Шостаковича... Но никогда не вспоминают о человеке со шрамом на виске, который был когда-то похож на главу семьи...

Настал день, когда в семью Егоровых пришла беда. Заболела Ксения. Поначалу стала часто забираться на тахту. Сил не хватало. "Старею, наверное, Алеша... Женщины ведь как? Не успела оглянуться - и уже в метро говорят: "Садитесь, бабуся..." Улыбка у Сени была растерянная. Потом начались боли в животе. Тут уж Егоров спохватился: кинулся к врачам, положил жену в клинику. Но самое тщательное обследование не дало никаких результатов. А Ксения слабела... Диагноз был поставлен лишь спустя полгода: абдоминальный туберкулез.

"Что это значит?" - спросил Егоров у врача. "Это значит, что инфекция проникла в брюшную полость. Поражен кишечник..." - ответил фтизиатр. "А это очень опасно? Я считал, что туберкулеза уже нет... У нас в стране во всяком случае." "Да, так принято считать. И это, в принципе, верно. Туберкулез искоренен, как социальное зло, понимаете?" Профессор для большей убедительности поднял длинный, как карандаш, палец. "Социальное... Но не биологическое. У нас очень невелик процент заболеваний туберкулезом легких, да и лечить мы эту форму научились неплохо. А ведь именно легочники - главные распространители инфекции. Даже во время войны и в первые послевоенные годы число заболевших почти не увеличилось. Значит, жизненные условия способствуют практически полной ликвидации туберкулеза через какой-то промежуток времени.

А относительно вашей супруги... Будем лечить. Потом она поедет в санаторий, в Горки. Это километров сорок от Москвы. Организм крепкий, будем надеяться на хорошие результаты..."

Время шло, множество лекарств было перепробовано в институте и в санатории, а Сеня все не выздоравливала. Ей то становилось лучше, прекращались боли, появлялся аппетит, то снова слабость валила на койку, и врачи хмурились, отвечая на вопросы Алексея Ивановича. Стали поговаривать об операции, хотя, как Егоров понял, и она не гарантировала выздоровления. И тогда он решился. Мертвая вода могла спасти, излечить Ксению. И не только ее. Егоров нагляделся на страдальцев вдосталь. И всем им - поможет "влага жизни".

Егоров с новой силой принялся за поиски. Им давно уж был намечен участок очередной экспедиции - поездка до сих пор откладывалась из-за болезни Ксении. А теперь Егоров решил не терять времени на сборы партии, он спешно вылетел один. И вот он в предгорьях Урала.

Это был не овраг - неширокая долина. По ее дну течет безымянная речушка. Где слой воды так тонок, что едва заметен, где заполняет глубокие ямы-бочаги, где падает с плоского камня крохотным водопадом и неумолчно журчит-звенит. По краям долины - галечные осыпи. Серые, коричневые, грязно-белые. Дальше - невысокие, крутые каменистые откосы. Корни лиственниц, пихт, кедров пробили камень и вцепились в откосы. Деревья поверху стоят стеной. Темные кроны, медные и каменно-серые стволы. Долина некруто изгибалась и сужалась в этом месте. Егоров сделал несколько шагов, скользя по гальке, и замер. За поворотом сверкнула алая полоса. Этот цвет был неповторим - он словно вобрал в себя отблеск тысяч ясных вечерних зорь. Он пламенел, как знамя. Как будто кровь великана застыла на откосе. У Егорова перехватило дыхание. Он замер, потом сделал шаг, другой... Да, это была она... Егоров подошел ближе и с ужасом увидел, что алая глина сухая. Ни единой капли голубой воды не скатывалось по ней. Алексей Иванович приблизился вплотную, провел ладонью по крутому откосу. Да, бархатиста, как лучшая замша... И даже чуть-чуть тепла... Но воды нет. Нет "влаги жизни". Ушла, исчезла...

Это был конец. Крушение надежд. Егоров опустил голову. Он не сразу понял, что под ногами его - не совсем обычная галька. Здесь - именно здесь - она была немного темнее, чем справа и слева. "Значит... Что это значит?" Мысль Егорова, сокрушенного неудачей, работала туго. "Это значит - галька влажная... А почему она влажная? Речка далеко... По соседству галька сухая. А здесь... Выходит, что вода стекает с откоса. То есть - из-под алой глины... А что, если..."

17
{"b":"44023","o":1}