ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Куриный бульон для души. 101 история для мам. О радости, вдохновении и счастье материнства
Проникновение
Умрешь, если не сделаешь
Женщина перемен
Вурд. Мир вампиров
Сад камней
Замок на Вороньей горе
Звездочёты. 100 научных сказок
Человек, который приносит счастье

У парадной двери нас поджидал улыбчивый лысоватый мужичок с усиками а ля Hitler, похожий в профиль то ли на зоотехника убыточного колхоза, то ли на лукошко с мухоморами. Это главный охранник, успел предупредить меня Миха, когда мы поднимались по мраморной лестнице. И что, теперь нельзя его бить по голове, пошутил я, как быка-производителя? Ты о чем, Ехан Палыч?

— О любви к ближнему, — отмахнулся я.

Два телохранителя, ограждающие хозяйскую тушку от неприятностей инфекционного мира, подозрительно пялились на нас, будто мы явились без приглашения и с мешком тротила, чтобы поднять в воздух капиталистическое едальное заведение с коммунистической символикой.

— Добрый вечер, товарищи, — выступил вперед мелкотравчатый а ля вождь, продолжая улыбаться нам так, будто мы доставили ему в дар царский скипетр. — Вас ждут-с.

— Кто? — не оставлял я надежду получить ответ.

— Вас ждут-с!..

Происходящее казалось мне странным, однако не до такой степени, чтобы прекратить поступательное движение вперед. Вперед-вперед, гвардеец, только смерть может задержать тебя. На непродолжительное время.

Нельзя сказать, что в ночном элитном клубе замечалось столпотворение народных масс. Это ладно, каждый кушает свой пирог и свою корочку. Самое интересное заключалось в том, что среди церемонных посетителей я не приметил ни одной дамы света или полусвета. Что самой по себе настораживало. Однако Мойша успокоил меня: мы находимся в мужском клубе бизнеса, где придерживаются традиционной сексуальной ориентации, но женский пол не подпускают по деловым соображениям. Что само по себе было похвально.

Мы прошли через зал. Предупредительный полумрак скрывал лица современных комбинаторов. Местечко было удобным, чтобы и кубинский аперитивчик цедить через тростинку и отечественные делишки обтяпывать.

В конце концов наш путь счастливо закончился — мы были приглашены в комнату, напоминающую гостевой холл. Располагайтесь, товарищи, сказали нам, чувствуйте себя, как дома, и мы с господином Могилевским остались одни. Я плюхнулся на удобный для любви диванчик. Обитый кожей холл был без окон и напоминал желудок гиппопотама, если я верно представляю внутренний мир этого экзотического животного.

— Миха, что за авантюра? — потянулся к сервированному столику, на котором горели куполами бутылки с заморским пойлом. — Нах… й весь этот маскарад, повторяю второй раз?..

— Знаю столько, сколько и ты, — признался мой осмотрительный приятель. — Сказали еще, что ты будешь приятно удивлен.

— Удивлен, что не бегу из этого вертепа, — и плеснул в фужер коньяк из французской долины Шампань. — Вожди всех народов, должно, переворачиваются от этих буржуазно-рабочих коллизий?

— Ты о чем?

— Да обо всем, — отмахнул рукой и поднял тост. — Ну будем здоровы, сукины мы дети!

Приятно чувствовать себя человеком, которого пригласили на праздник, пусть чужой, но ведь пригласили, черт дери!.. Значит, этим денежным мешкам что-то надобно от аграрного Ванька Лопухина? Что? Если дело касается программы «S», то здесь у нас интерес обоюдный. Возможно, господа-товарищи, прослышав о моих подвигах, хотят воспользоваться профессиональными навыками бойца специального назначения…

Всегда есть место подвигу. Первый осознанный мужественный шаг я совершил, если мне память, как блядь, не изменяет, в классе десятом. В ЦПКиО познакомился с миленькой фантазеркой. Она была чуть старше меня и парашютисткой. Кандидатом в мастера спорта СССР. Ее упругая попа вызывала у меня головокружение, и природный мой штык всегда был готов к атаке. Девушка это, очевидно, приметила и заявила, что будет моей, но на высоте шести тысяч метров. Над уровнем моря. Я крепко задумался о женском коварстве, однако решился на безумный шаг, хотя, каюсь, и задал вопрос, мол, отечественные парашюты лучшие в мире? Как и все, ответила кандидатка в мастера. И я благоглупо доверился ей, наивный романтик.

Каково же было мое разочарование, когда рискуя собственной молодой потенцией, про жизнь вообще умолчу, я увидел, как воздушные потоки, играя мной, как пылью, уносят мое обезумевшее и разболтанно-орущее тело прочь. От моей же мечты.

Ну да ладно, не всякая мечта сбывается. Но, когда я к своему глубочайшему облегчению заболтался на парашютных помочах, радуясь, что меня не вынесло в космос и не шмякнуло о земную твердь… словом, когда я праздновал победу над обстоятельствами, моему счастливому вздору вдруг открылась безобразная, бесстыдная картинка: да-да, моя простодушная прохиндейка занималась любовью с инструктором, вероятно, мастером спорта. Потому, что выделывали они такое?!. Что я решил удавиться на прочной стропе. Не успел — случилась мать-земля, в твердое тело которой я врезался копчиком. Ааааа, от боли я гуттаперчево прыгал по летному полю, проклиная свою светлую мечту о высокой, в прямом смысле этого слова, любви. В результате: её крах, да ушибленный скелет. Обидно. А что же сама фантазерка, мечтающая о значке мастера спорта. (По какому только виду?) Она возмутилась моим грязным предположениям: оказывается, у неё не открылся парашют и огромное спасибо инструктору, не пролетевшему мимо беды. И твоих пышнотелых форм, прибавил я про себя, удаляясь прочь от похотливой лгуньи. Впрочем, надо отдать спортсменке должное: её — разлюбил, а небо — полюбил. И даже отметил этот факт (о небе) в автобиографии, что обратило внимание отцов-командиров: ба, готовый, понимаешь, диверсант!

Вот именно, Ванечка, ничего случайного в этом подлунном мире нет. И даже то, что сейчас сижу в кожаной шкатулочке ночного клуба, как на облаке, и вкушаю душистый коньячок…

— Хорошо сидим, — напомнил я о себе. — Не пора ли объявить культурную программу, а то я за себя не отвечаю.

— Ты что, Ваня? — занервничал господин Могилевский.

— Мне скучно, друг мой Мойша, — соблаговолил объясниться. — Ежели пригласили, пусть развлекают. Или они хотят, чтобы я упился? И всю эту неземную красоту облевал? Это всегда, пожалуйста…

На этих нешуточных утверждениях появился человек, мне хорошо знакомый своими объемными контурами. Свет из открытой двери бил в глаза и я не сразу признал в толстеньком и упитанном….

— Хулио! — взвился. — Не может быть! Не верю своим глазам! Как ты здесь, братушка?!

— Ох, Ваньо, все такой же, чертушка!

Крепко помяв бока и прийдя в себя от восторга нечаянной встречи, упали на диван. Господин Могилевский странным образом исчез, и я с бывшим сокурсником остались одни. Конечно, тут же был поднят тост за веселое и анекдотическое прошлое, вах-трах! За великого Иоганна Себастьяна Баха, который соединил два любящих сердца. Крестник ты наш, Ваньо!..

— Во-во, как там наша Стелла, — вскричал я. — Не приехала на Родину?

— Родила богатыря, — признался со скромностью античного героя. Фредерико. Ему уже шесть.

— Поздравляю, — восхитился. — А на Родину не приехала?

— И девочку родила. Марго.

— Ну вы, дети мои, молодцы, — восхитился. — Таки не приехала?

— Ваньо, ты меня достал, — засмеялся приятель. — Все такой же: простой, как азбука… Сам-то как? Жена, дети?

— Девочка Мария и три жены, но бывшие, — признался и предложил немедленно выпить — за встречу и баб-с.

Хулио с философской задумчивостью принял предложение: эх, славное времечко было, Ваньо, когда у нас были одни победы. Над прекрасной половиной человечества. Увы, развел я руками, жизнь берет свое, теперь одни поражения. Жизнь берет свое, как женщина берет то, что берет, заметил мой друг. Вот именно, согласился я, для меня страшна не та баба, которая держится за понятно что, а та, которая хватает за душу.

— Душа — это святое, — глубокомысленно заключил Хулио.

И мы выпили за то, чтобы наши души всегда были свободными и чистыми, как это однажды уже было. В прошлой и счастливой жизни, когда нетленные фуги И. С. Баха кропили нас, как святая вода.

— Эх, Хулио, — потянулся с удовольствием. — Были и мы орлами.

— А я и сейчас это самое, — заклекотал мой бывший сокурсник. — Кондор! — И картинно причесал лысину. — А, красавиц?..

77
{"b":"44039","o":1}