ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Старый замолчал. Галина Анатольевна долго не появлялась, возможно, разыскивая, внезапно пропавшего юношу... Вероятно, пара на сегодня, закончилась. Группа тоже погрузилась в раздумья. Каждый обдумывал то, что они услышали от Николая. Когда подошло время конца пары, группа начала собираться до дома. Время было семнадцать - сорок пять. Я в это время был уже дома. Мне не хотелось ждать транспорт и я воспользовался способностью к полету. Я больше никого не убивал этой ночью. Я вернулся домой уставшим, после столь значительных трат энергии... Лена была в библиотеке, когда я вошел в дом, как все люди. Она была обнажена. Дома. Я же закрыв дверь, прошел к дивану в гостиной, и упал на него. Лена прошла следом, бесшумно шагая босыми ногами по ковру. - Слава, ты чем - то напряжен, - проворковала вампирка, - может хочешь расслабиться? - и села на меня верхом. Потом легла мне на грудь, начав целовать меня, в попытках расслабить. Мало - помалу, от этих поцелуев, по - вампирски нежных, я начал приходить в себя. Наверно... - протянул я, - ты почему... обнажена? - А что? - Лена надула губы, изображая подобие обиды. - Прости, я просто... не знаю... - рассеяно говорил я, - ты же знаешь, я люблю тебя... Я не хотел тебя обидеть... Просто... не ожидал... - А почему бы нам не ходить дома так... все время? Почему мы должны стеснять себя дурацкими нормами морали, выдуманными людьми? - Хотя... ты права... Ведь нам ничто... и никто... не мешает... Правильно, - бессмертная девушка обаятельно улыбнулась, не обнажая клыков, - так ведь легче... - Ты права... я даже не думал... об этом... произнес я, а потом добавил, - я сегодня невольно привлек к себе внимание преподавателя, у которого была в моей бывшей группе пара. Это была женщина, которую что - то обеспокоило. Она вышла в коридор, и увидела меня, рассматривающим стенд на стене коридора кафедры. Она спросила, жду ли я кого - то. Мой отрицательный ответ её обеспокоил...еще больше... так скажем... Я вынужден был в спешке покинуть корпус. - И как ты собираешься... навещать своих... друзей? - Не знаю... - задумчиво протянул я, но надо. Мы должны. Они либо отвернутся от меня... в частности, либо поймут... как все серьезно... - ... ты же понимаешь, дорогой, что было бы наивно... рассчитывать на их понимание... они - люди... мы бессмертны... - Понимаю...

Я смотрел на свою спутницу в ... нежизни... смотрел на её контуры, на лицо, в глаза... и видел её совершенство... вспоминая, что мы сами не так давно тоже были людьми... тогда как Лена медленно стягивала с меня куртку, футболку без рукавов. Сапоги, и черные джинсы... насвистывая какую - то мелодию, щекочущую слух. Я видел, как ниспадают на бледные, будто мраморные, плечи её прямые длинные черные волосы. Изящное тонкое лицо было чисто от косметики. И глаза ясны. Темно - синие озера порой, казалось, поглощали меня целиком, когда я подолгу смотрел в них. В них светилась любовь. Насчет которой я сразу не усомнился, но поверил в нее. Когда мы оба оказались обнажены, а одежда моя лежала в холле, мы прошли в нашу библиотеку, где стоял широкий разложенный диван, куда Лена повалила меня, так, что я плюхнулся в него спиной. Он был настолько мягким, что мне показалось, будто я утонул в нем. Он приятно щекотал кожу. Лена пошла вдоль стен, зажигать свечи, и восточные благовония, которые оказывается у нас были. Лена была моей темной богиней, видимой при свете множества свечей, она отражала их свет, и выглядела много прекрасней, чем в лунную ночь у реки. Присутствие рядом множества книг, придавало вечеру ещё больше романтики. И эротичности... Она подошла к дивану, и легла на меня сверху, прильнув губами к моим, я ответил на её поцелуй... Мы перевернулись, и теперь я оказался над ней. Я начал покрывать дюйм за дюймом её вечно юного тела, поцелуями, и чувствовал, как она разогревается, я уже слышал стоны, и посчитав, что Лена готова, вошел в нее, тоже возбужденный до предела. Перемежая фрикции, я двигался целуя её лицо, опускаясь на шею, потом, двигался к груди, путешествуя вокруг пышных холмов, неоднократно проходил по каньону... завершая "восьмерки", поднимаясь потом к соскам, покусывая их слегка клыками. Двигаясь возвратно - поступательно я в то же время двигался вниз. Лена двигалась лоном навстречу моим движениям, вскоре я почувствовал, что близка разрядка... И она наступила... сначала лена потекла... Она застонала от удовольствия... Потом, через пару секунд, я тоже испытал бурный оргазм... Я вышел из лона Лены, и упал рядом, обессиленный. Мы так и пролежали на диване до рассвета. Уставшие, но довольные, делились впечатлениями. Потом делились впечатлениями от... и признаниями в вечной любви... неугасающей... как наша жизнь под луной... В тот пе5риод мы занимались любовью. Как ненасытные маньяки, и каждый раз, был как первый... Для нас мир терял всякое значение... И кровь... Мы даже ночами забывали про охоту... Я прошу прощения, что пролетаю некоторые промежутки времени, в которые не происходит ничего серьезного, ибо насытившись, в городе, мы возвращались в дом, и я садился за чтение. До самого рассвета. Лена похоже, что - то пыталась писать сама. Или вела дневник. Я не интересовался её делами... хотя, может, стоило бы... Не знаю...

* * *

Потом наступил следующий четверг. Быстро и незаметно пролетела неделя. Вторая неделя ноября. Мы собрались в город. На последний визит, связывающий меня с группой. Мы не могли долго дожидаться транспорт, поэтому, полетели своими силами. Два почти невесомых теперь, тела, мне поднять трудности не составило. Мы преодолели расстояние порядка пятнадцати километров от города, за минут десять, не более. Уже в городе, мы повели себя как люди. Мы приземлились в темном дворике, между означенными ранее корпусами ТПУ. Одеты мы были, как подобает. Черные куртки, две косухи, кожаные сапоги, Я ещё в казаках, Лена в шнурованных ботинках. Мы вышли из темного двора. На освещенную улицу Усова. Мы успели ещё к началу пары. Просыпаясь с наступлением темноты, или с заходом солнца, тем боле, что я передал Лене часть своей крови. А значит... иммунитета к солнцу... Я спиной слышал смешки в наш адрес, но мы не обращали на них внимания. На этих студентов придет управа скоро. Смерть настигнет их в темной местности, когда они совсем не ждут удара... Мы шли к восьмому корпусу, полные спокойствия. Нам - то ничего не грозило. Ночь - наше время, и наша сила максимальна. Я не наблюдал никого из своей группы, однако увидел знакомую машину, точнее... ну да, правильно... Одну. Мы спокойно шли к восьмому корпусу. Поднялись на крыльцо и немного постояли тут. На улице, вдыхая свежащий ночной воздух. Постояв минут пять, мы прошли в корпус, минуя дежурных, проигнорировавших бледность наших лиц, или сочтя её за норму... Или... Одному богу известно... что они там надумали... Но вопросов у них не возникло явно. Только посмотрели они, две женщины, среднего возраста, как то странно. В них читался испуг. Но они боялись поднят панику, боясь, выставиться смешными... Мы прошли на третий этаж. Легко, без видимых усилий. И сели на подоконник, напротив триста пятнадцатого кабинета, который у нас считается ИНТЕРНЕТ - центром. Мы сидели совершенно молча. Каждый из нас думал о чем - то своем. А пара у моей бывшей группы, была где - то дальше. Либо в двенадцатой, либо в шестнадцатой аудитории. Пара шла уже около получаса, - я посмотрел на часы. В корпусе стояла гнетущая тишина. Только где - то далеко работал обслуживающий персонал корпуса. И все. Еще едва нарушал тишину стук клавиш. Кто - то работал за ПК, точно в триста пятнадцатой. Оттуда вышел тот, кого я презирал, будучи человеком. На его лице застыла ухмылка. Мне не очень хотелось пить его кровь, но я все же рванулся с места, и одним махом... движением неуловимой тени... одолел расстояние, разделявшее нас. Для него это было столь внезапно, что он даже не успел закричать... Я впился в его горло, схватив его так, чтобы он не мог вырваться... А потом его тело просто обмякло... Он потерял сознание. Я выпил из него почти всю кровь. И поволок в коридор. В его мертвых, теперь, глазах застыл страх... и тупое удивление, он считал меня последним ... я промолчу... теперь пришла пора ответить за свои слова. Ибо жертвой моей жажды оказался он. Я сказал, что парню плохо, когда мне кто - то встретился по дороге. Когда затащил его в туалетную кабинку, посадил на унитаз... и запер дверь. Потом вернулся назад, к Лене, ожидавшей меня. Она смотрела на меня глазами, полными удивления. - Прости, - произнес я, виновато улыбнувшись, - поддался слепой ярости. - Я понимаю... Слава, - попыталась утешить меня бессмертная девушка, - это тот, кого ты ненавидел? - Можно сказать так... - произнес я, все ещё с виноватым выражением на лице... и в голосе... - другого шанса могло не представиться... - Ладно, Слава, дорогой, давай забудем этот эпизод...

46
{"b":"44056","o":1}