ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

«А ты, мир?! Зачем ты был сотворен таким несправедливым?.. Неужели мне уже никогда не встать на ноги? Скажи, неужели я так и буду всю жизнь мучиться своим одиночеством? Ах, если бы я могла ходить, пусть прихрамывая, но если бы это только было возможно!.. Пусть, пусть бы я не узнала счастья разделенной любви! Но если бы я смогла пойти, даже опираясь на трость, я бы нашла способ избавиться от одиночества. Я бы взяла на воспитание девочку-сироту и посвятила бы ей всю свою жизнь… Но зачем обманывать себя: мои-то мечты недостижимы. А другие, как у них? Или человеку всегда свойственно стремиться к недостижимому?..» Ах, если бы не случись этого злосчастья… Она никак не могла забыть тот день… Ей было восемь лет. И весна в разгаре… (Как же в тот год бушевала весна!..) Дильбар поднялась на крышу дома, чтобы дотянуться до ветки черешни. И вдруг сорвалась вниз.

Она упала и потеряла сознание. Нет, наверное, потеряла не полностью. Потому что, когда теряют сознание, не чувствуют ничего. А у нее перед глазами появились какие-то красноватые тучи. Она ничего не видела, кроме этих сгущающихся туч. Будто кто-то толкнул ее в огонь, и все тело превратилось в языки пламени, они смешивались с клубами красноватого дыма и расстилались по небосклону. Она помнила, ясно почувствовала тогда, что дух ее парил под облаками.

Потом она спустилась на землю. Как же трудно мне было войти в бренное тело, которое корчилось от боли…

Мама говорила ей, что она очнулась через минуту, а ей казалось, что прошли тысячелетия…

Ах, если бы тогда время остановилось хоть на миг.

Тогда бы мама, выбежавшая на мой крик, успела бы поймать меня на лету…

Дильбар, застонав, вновь расплакалась. Голову так заломило от боли, что она, не стерпев, застонала. Казалось, кто-то тянул ее за волосы и выдирал по волоску.

Даже отчетливо слышался дребезжащий звук обрываемых, как струны, волос. Тело ее отяжелело. А потом вдруг застыло.

Девушка перестала ощущать свое тело. Она словно вся превратилась в слух и сделала усилие, чтобы понять таинственные, — неизвестно откуда доносящиеся звуки. Ей казалось, что стонал мир. Но слышала она не мир, только не знала этого…

Над тихим горным кишлаком завис на высоте около полукилометра небольшой космический корабль, один из тех, что несколько последних лет все чаще и чаще попадались на глаза жителей Земли и которые земляне нарекли загадочно и кратко — НЛО, неопознанные летающие объекты. Вот такой НЛО, пролетая в полночь, когда все в кишлаке уже спали, над этим горным районом, и направил луч неизвестного землянам света на дом, где жила Дильбар. В считанные секунды умные приборы прочитали, расшифровали и выдали на экраны информацию о судьбе девушки.

И слышала Дильбар не стоны мира, а голоса двух инопланетян, — экипаж корабля, — проникшихся болью девушки.

Сейчас инопланетяне обсуждали, как помочь девушке с Земли. Они не могли вернуть ей здоровье: для этого нужно было время. Но, прочитав на экранах, о чем мечтала Дильбар, они поняли, что в чем-то всетаки сумеют помочь этой несчастной. Закодировав информацию, астронавты передали ее девушке, облучав в течение нескольких секунд, после чего космический корабль взмыл вверх и взял курс к расположенной в нескольких тысячах километрах от Земли стационарной космической станции-базе.

А девушка пребывала в своем странном сне, и сознание ее по-прежнему бодрствовало. Она никак не могла понять, каким образом и откуда ей в голову приходят такие необычные мысли и видения.

… Вот девчушка тянет свою пухлую ручонку к спеющим черешням. Но не дотягивается. Она даже не почувствовала, как очутилась на краю кровли. Две яркокрасные черешни приковали к себе ее взор. Если бы ей удалось их сорвать, она повесила бы ягоды на уши, будто это сережки. Девочка вцепилась в листья и наклонила к себе толстую ветку. Ветка распрямилась и увлекла ее за собой. Дильбар закричала от страха.

У нее не было сил удержать эту толстую ветку, и она сорвалась вниз. У девочки что-то оборвалось в сердце, и она зажмурила глаза. Однако…. на какой-то миг зависла в воздухе. И выбежавшая из дому мать успела поймать девчушку…

Когда утром Нигера принесла завтрак для Дильбар, то пришла в смятение при виде золовки. Та была бледна, как стена, и лежала с крепко зажмуренными глазами, а лицо ее выражало примирение со всеми страданиями, выпавшими на ее долю, словно Дильбар уже предстала перед судом вечности. Нигера поставила поднос на хан-тахту, слегка дотронулась до безжизненных ног Дильбар, боязливо потрогала ее лоб. Холод под пальцами заставил девушку отпрянуть и закричать:

— Ой, ой, Дильмурад-ака, идите быстрее сюда!..

Видя, с какой поспешностью забежал в комнату сестры Дильмурад, заторопился к ней и Даврон. Пульс девушки еще прощупывался.

На Дильбар брызгали холодной водой, пробовали тормошить — ничего не помогало.

Тогда Даврон побежал за своим другом-врачом, жившим в соседней махалле. А немного погодя подъехала и «скорая помощь», вызванная Дильмурадом.

— Это не летаргия, а кататония, — горячась, доказывал врачу «скорой помощи» друг Даврона Азиз, — видите: больная лежит, свернувшись калачиком, как плод в утробе матери.

— Ну и что, а вдруг больной во время сна стало холодно и она приняла такую позу, чтобы согреться, — стоял-на своем врач «скорой помощи»…

…А Дильбар слышала их разговоры, но слышала как во сне; ей казалось, что слова эти доносились откуда-то издалека. В какие-то моменты она, окруженная красными облаками, падала в пропасть, иногда растворялась в глубинах бескрайнего неба, и у нее от этого то и дело начинало перехватывать дыхание. Ее воспоминания о годах детства были безмятежными и ясными, последующие же — путаными и диковинными. Она проживала какие-то моменты из жизни матери, бабушки и еще каких-то незнакомых людей. В сознании девушки оживала память предков… Девушка чуть не закричала от боли, которая сдавила ей голову. Но почему-то крика не было слышно. Она попыталась шевельнуться.

Осторожно подвигала руками и ногами. Кажется, мысли обретали ясность. Она открыла глаза, приподнялась и удивленно огляделась по сторонам…

Горстка людей, уцелевших после кровопролитной бойни, измученных, истощенных, в жалких лохмотьях, схоронилась в ветхой юрте, поставленной в зарослях саксаула. Люди спали. Девушку стало мутить от смрадного запаха в юрте, и она потихоньку пробралась к выходу и, высунув голову наружу, стала жадно вдыхать; свежий воздух. Она увидела большую и яркую утреннюю звезду, и та напомнила девушке пррнзительный взгляд прекрасных глаз ее любимого. Сердце защемило от тоски по нему. Ей расхотелось жить, и она уже раскаивалась в содеянном. Зачем она бежала со всеми в обличье старухи, или мать пожалела? А теперь, голодная, иззябшая, она хоронит одну за другой пожилых женщин своего племени, такая теперь у нее жизнь.

Она была любимой дочерью вождя племени. Она гордилась своими могучими богатырями-братьями.

Мать же берегла единственную дочь как зеницу ока.

И девушка росла гордой и прекрасной.

В тот ужасный день, на рассвете, на них внезапно напало соседнее племя. Враги взяли верх над ними.

Уцелевшую горстку людей — нескольких старух (среди них была и девушка) и одного старика — они гнали до самой пустыни и оставили их там умирать голодной смертью. Лишь когда вражеские воины скрылись из виду, девушка скинула с себя старушечье одеяние.

Старичок, увязавшийся с ними, узнав девушку, весь преобразился, даже в глазах забегали искорки. Еще бы, девушка могла стать продолжательницей рода и возродить их истребленное илемя. А девушка по красноречивому взгляду старика поняла его намерения, убавила шаг. Ухватилась за сухощавую руку матери.

Перед глазами девушки возник ее родич, раненый в битве и истекавший кровью. Когда же она вспомнила своего младшего брата, пронзенного стрелой в горло, а потом еще соплеменника, который бился, как заколотое животное, в предсмертной агонии, то застонала.

Девушка на четвереньках выползла из юрты. Небо было усыпано звездами. Глядя на эти бесчисленные светила, снова вспомнила глаза любимого. Вдруг ей показалось, что из бездонной небесной глуби к ней идет статный юноша, черноволосый, черноглазый, с пламенным взором. Она закрыла глаза в ожидании, когда Же кэноша окончательно спустится с небес и прижмет ее к груди. Ее охватила пьянящая страсть и жажда его горячих поцелуев. В этот миг до ее слуха донесся таинственный отдаленный гул…

2
{"b":"44091","o":1}