ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Баласур похоронен в Челви? Так вот куда меня звал тот черный незнакомец!

— Какой незнакомец?

— Он не назвался и сказал, что у меня осталось двадцать четыре оборота.

— Когда это было? — обеспокоено поинтересовалась колдунья.

— Сегодня, рано утром. А что?

— Надо торопиться. У вас осталось не так много времени. Думаю, незнакомец не врал.

— Но он даже не сказал, куда я должен прийти!

— В колдовской практике это обычное дело. Какое-то заклятие не дает возможности Баласуру направить вас прямо к себе. Влияние осуществляется через сторонние воздействия. Ко мне, я полагаю, вы попали тоже не без его помощи.

— Черт возьми! Я что, марионетка?

— Мы все — марионетки, в той или иной степени.

Ремесленник сидел с разинутым ртом, никак не участвуя в разговоре. Вдруг он встал и сказал:

— Извините, но я, пожалуй, пойду. Можно?

— Тебя кто-нибудь держит? Ступай.

Ремесленник неуверенно попятился, быстро раскланялся и бегом помчался по лестнице вниз.

— Почему он убежал?

— До него, наконец, дошло, что находиться рядом с вами смертельно опасно.

— Однако, я никому не угрожаю!

— Ошибаетесь. Мне, кстати, тоже уже жутковато.

— И что делать?

— Склеп Баласура. Спасение там.

— Спасибо, — Дорвинд решительно поднялся с кресла. — Тогда пойду разберусь с этим Баласуром. Намекните мне только, где это старое кладбище.

— Я пойду с вами, — Леванта выразительно посмотрела на Дорвинда. — Если позволите.

— Зачем? Это же опасно.

— Я всегда любила опасности. Поэтому и выбрала свою профессию. Думаю, сейчас мне дается шанс прикоснуться к великому волшебству. Я не должна его упустить.

— Хорошо. Но я не обещаю вас защищать.

Колдунья хитро улыбнулась.

— Этого не требуется. Защищать нас буду я.

Она подошла к шкафу и извлекла из него несколько склянок и мешочков. Все это Леванта сложила в дорожную сумку, которую повесила через плечо. На шею колдунья надела несколько амулетов самого диковинного вида. Здесь были и восьмиконечные звезды, и сушеные лапки каких-то загадочных зверюшек, и блестящие переливчатые кристаллы. На запястьях и лодыжках Леванта застегнула странной формы браслеты, в одну из ноздрей вставила маленькое колечко-серьгу из небесно голубого металла. Поверх котт колдунья накинула серый плащ с капюшоном, на ноги обула прочные кожаные башмаки.

— Я готова.

Окинув Леванту взглядом с головы до ног, Дорвинд довольно хмыкнул:

— Теперь я верю, мы зададим Баласуру жару!

6

Кладбище встретило Дорвинда и Леванту завыванием ветра между надгробий и уханьем местного филина. Лунный свет струился сквозь кроны редких деревьев, скрашивая местность в серебристый цвет. Заросшая травой тропинка вела между покосившимися оградами и раскрошившимися памятниками к ряду невысоких строений — Древним Склепам.

Найти склеп Баласура оказалось не сложно. Его имя было начертано на барельефе изображавшем героя с двуручным мечом.

— Сюда, — указала на полусгнившую дверь Леванта.

Дорвинд без большого труда освободил проход, и по поросшим мхом ступеням они начали спускаться вниз. Колдунья извлекла из сумки пузырек с прозрачной жидкостью, которая светилась во тьме, и использовала его в качестве фонаря. В другую руку Леванта взяла небольшой суконный мешочек, предварительно ослабив завязку у его горловины.

— Это что такое? — поинтересовался Дорвинд.

— Мое оружие. Уносящий порошок. Если хоть одна крошка такого порошка коснется кого-то, не защищенного специальным заклинанием, у того есть все шансы мгновенно отправиться в произвольную точку пространства. Так что будь осторожнее, если мне придется это применять.

— Кажется, применение боевой магии запрещено на территории Мотарии. Ты рискуешь иметь неприятности с Законом.

— Сейчас мы рискуем гораздо больше, имея дело с Баласуром.

Преодолев тринадцать ступеней, спутники очутились в небольшом помещении, площадью двадцать на двадцать шагов. Ступив на пол, Дорвинд почувствовал, что под ногами набросано что-то твердое, но мелкое. На каждом шагу, сапоги задевали какие-то предметы, с шорохом отскакивающие в стороны или с хрустом ломающиеся. Леванта опустила руку с пузырьком! фонарем, и содрогнулась. Весь пол был усыпан человеческими костями. Ребра, позвонки, фаланги были разбросаны кругом как в виде вполне целостных скелетов, так и их фрагментов.

— Черт возьми! — воскликнул Дорвинд. — Здесь полегла уйма народу. Мне это не нравится.

— Честно говоря, мне тоже. Но мы должны добраться до того места, где захоронен Баласур.

Преодолевая страх и отвращение, Леванта двинулась вперед. Внезапно по склепу пронесся порыв ветра. Входная дверь с грохотом захлопнулась. Огонек в пузырьке потух. Буквально несколько мгновений в склепе стояла гробовая темнота. Потом раздался скрежет, и одна из стен стала разъезжаться в стороны. В открывающемся проеме мерцал бледно розовый свет.

Когда глаза Дорвинда привыкли к свету, он увидел источник этого сияния. На что-то подобное он и настраивался, когда спускался в склеп, но реальность всегда ужасней ожидаемого. На небольшом пьедестале возвышалась человеческая голова — голова мужчины лет пятидесяти с залысинами и сединой у висков. Из-под кожи лица струился розоватый свет, заливавший склеп.

Голова открыла глаза.

— Я — Баласур. И ты пришел на мой зов, — голос звучал хрипло и не особенно разборчиво.

Дорвинд представлял себе Баласура несколько иначе. Варвары всегда были лохматыми и бородатыми, с лицами нетронутыми влиянием интеллекта. Здесь же покоилась голова гладко выбритого цивилизованного человека.

— Да. Чего ты от меня хочешь?

— Серьга. Достань ее.

— Дорвинд вынул из кармана серьгу и зажал в руке.

— Что я получу взамен, Баласур?

Глаза головы блеснули жадным огоньком.

— Вставь серьгу в мое левое ухо. Ты не пожалеешь об этом.

— Что я буду с этого иметь?

— Золото, женщин, власть! Сколько пожелаешь. Слово Баласура.

Дорвинд дернулся в сторону головы, но был остановлен окриком Леванты:

— Стой! Он лукавит. У него в глазах написана ложь.

— Молчи, женщина! — взвизгнула голова. — Тебя сюда никто не звал!

— Но она права. Давай договоримся о конкретной сумме, Баласур. И половина вперед.

— Я думаю, лучше поступить несколько иначе! — начала Леванта и вдруг вскрикнула от боли.

Дорвинд резко обернулся и успел заметить, как человек в черном извлекает клинок из тела колдуньи. Леванта повалилась на пол, обливаясь кровью.

— Ты поступишь так, как говорит Повелитель, — меч человека в черном уперся в грудь Дорвинда. — Иначе умрешь. Тут же.

— Конечно, конечно, — Дорвинд обдумывал создавшееся положение, но ничего стоящего быстро изобрести не мог. Кроваво-красные капли, стекающие по долам обнаженного клинка, завораживали, рисуя будущее в мрачном свете.

— Серьгу, — приказала голова.

Под неусыпным контролем человека в черном, Дорвинд приблизился к Баласуру и вставил ему в ухо серьгу.

— Ну, а теперь что?

Голова блаженно улыбнулась. Серьга вспыхнула багровым сиянием, которое тут же затопило склеп.

— Свершилось, — прохрипел Баласур.

Человек в черном упал на колени. Дорвинд отступил на шаг, невольно заслонив рукой единственный глаз от неестественно яркого света.

Баласур обретал тело. Из обрубка шеи стали расти плечи, переходящие в мускулистую грудь и мощные руки. Появившийся за несколько мгновений, торс продолжился рельефными ягодицами, толстым половым членом и сильными ногами. Полыхающий алым светом великан упирался головой в потолок склепа.

— Я снова жив, — провозгласил похожим на раскаты грома голосом Баласур.! Я сделал это!

— Повелитель! Я твой верный слуга! Я сопровождал серьгу из самой Хриании. Я следил, чтобы она вовремя меняла носителей, не попадала в руки дурных людей, — человек в черном бросился благоговейно целовать стопы великана. — Моя преданность тебе беспредельна!

6
{"b":"44096","o":1}