ЛитМир - Электронная Библиотека

До жилища дракона он добрался без проблем. Даже завалящие разбойники не пытались преградить ему путь, а все расспросы о других чудовищах, способных прикончить пятерку рыцарей, ни к чему не привели.

Миновав очередной холм и хвастливую табличку «Вы попали, Бозел.», сэр Дейн оказался перед входом в пещеру, служившую обиталищем дракона, и трижды протрубил в рог, вызывая чудовище на бой.

Сразу же после этого он поднял перед собой огромный зеркальный щит, ибо предательская струя пламени, пущенная из глубины пещеры, была излюбленным ответом любого дракона на брошенный ему честный вызов.

К великому удивлению сэра Дейна, струи пламени не последовало, и вообще долгое время ничего не происходило. Рыцарь устал держать перед собой щит и опустил его, положив руку на копье и готовый в любую минуту броситься вперед. Главное, думал он, – поразить дракона сразу же по выходе из пещеры, пока он не успел расправить крылья и взлететь. Потому что, если он взлетит, тут уж и сам сэр Ланселот ничего сделать не сможет. А может быть, даже и король Артур.

Потом сэр Дейн услышал песню. Как это ни странно, песня доносилась из глубины пещеры, хотя всем известно, что драконы не поют. Несмотря на то что исполнитель жутко фальшивил, молодой человек сразу же узнал довольно популярную в рыцарских кругах песенку «Нас подберут из-под доспехов…». Она повествовала о длительном кровопролитном сражении и погибшем в нем молодом рыцаре, приготовившем дорогой подарок своей молодой невесте, но не успевшем его вручить.

– …смахнет слезу старик-маркиз, – завывал голос из пещеры. – И молодая не узнает, какой у парня был сюрприз!

Когда певец вышел из пещеры на солнечный свет, сэр Дейн увидел средних лет человека в роскошном бирюзовом камзоле. Цвета его одежды были очень насыщенны, и сэру Дейну показалось, будто сама кожа человека отливает зеленоватым. Певец не был вооружен, даже завалящий кинжал не висел на его поясе.

Странно, подумал сэр Дейн. Что этот тип делает в пещере дракона и почему он до сих пор жив? Неужели он опередил меня и прикончил чудовище? Но как? Разве драконы обладают столь тонким музыкальным слухом, что их может доконать бездарное пение? Если так, этот способ следует взять на вооружение. Гораздо проще, чем размахивать мечом…

– Добрый день, благородный сэр, – приветствовал рыцарь певца. – Позвольте представиться. Я – сэр Дейн, рыцарь Круглого стола.

– Хорошо, что не Овального кабинета, – заметил певец.

– Боюсь, я не расслышат вашего имени, благородный сэр…

– Это потому, что я его не назвал, – сказал Бозел. Наиболее прозорливые читатели уже догадались, что это был он, а водить за нос наименее прозорливых автор не собирается. – Причина и следствие, дорогой друг. Как ни крути, а нам никуда не деться от причинно-следственного закона. Я не говорил, поэтому вы и не расслышали. Это же очевидно.

– Э… Но кто вы такой, благородный сэр?

– Начнем с того, что я не сэр, – сказал Бозел. – Хотя в недостатке благородства никто меня упрекнуть не сможет. Ответьте мне, дорогой друг, вы поверите, если я назовусь драконом?

– Боюсь огорчить вас отказом, благородный сэр, но не поверю, – сказан сэр Дейн. – Вы не похожи на дракона.

– Знаю, – вздохнул Бозел. – И этому тоже есть причина.

– А где дракон? – поинтересовался сэр Дейн. – Неужели я опоздал и его успел сразить кто-то другой?

– Не совсем чтобы опоздали, дорогой друг, – сказал Бозел. – Не совсем.

– То есть дракон еще не сражен? – уточнил сэр Дейн.

– Именно так, – заверил его Бозел. – И знаете ли, этот дракон вовсе не жаждет быть сраженным.

– Я могу понять его чувства, – сказал сэр Дейн. – Но тут уж ничего не поделаешь. Драконы существуют для того, чтобы рыцари их сражали.

– Видизм в чистом виде, – заметил Бозел. – Не допускаете ли вы, что сами драконы могут придерживаться другой точки зрения относительно занимаемого ими места в этом мире?

– Боюсь, что я не готов к подобной дискуссии, – признался сэр Дейн. – Ибо я никогда не смотрел на мир с точки зрения чудовищной твари.

– Конечно, вы не готовы, – согласился Бозел. – Обозрение мира через прорезь в боевом шлеме крайне сужает кругозор, вы не находите? Обедненное восприятие всего многообразия жизни является одной из наиболее очевидных проблем современного рыцарского сословия. Вам даже в голову не приходит поставить себя на место существ, которых вы истребляете. И вы явно преувеличиваете опасность, исходящую от представителей другого вида. За последние двести лет рыцари переколошматили куда больше народа, чем все так называемые чудовищные твари, вместе взятые.

– Я не потерплю оскорблений в адрес благородных рыцарей, – заявил сэр Дейн. – Если вы тотчас же не прекратите, я буду вынужден вызвать вас на бой.

– Считайте, что я уже прекратил, – сказал Бозел. – Вы желаете со мной о чем-то побеседовать или я могу идти по своим делам?

– Для начата я хотел бы узнать, кто вы такой.

– Разумно, – сказал Бозел. – Всегда следует знать, с кем имеешь дело. Поскольку вы уже не поверили моему заявлению, что я дракон, давайте будем считать меня представителем интересов обитающего в здешних краях «чудовища», уполномоченным вести переговоры со всеми лицами, желающими вступить с оным в непосредственный контакт.

– Секундант, – догадался рыцарь.

– Типа того.

– Никогда не слышат, чтобы у драконов были секунданты.

– Все когда-нибудь случается в первый раз, – сказал Бозел. – И как его секундант, я хотел бы прояснить некоторые детали. Насколько я понимаю, вы прибыли сюда с целью убить дракона, интересы которого я представляю?

– Сразить, – поправил его рыцарь.

– Пусть будет так, хотя я предпочитаю называть вещи своими именами, – сказал Бозел. – А чем объясняется такой интерес к скромной персоне моего доверителя? Разве он разорил какое-либо из находящихся по соседству крестьянских хозяйств?

– Насколько я знаю, нет.

– Похитил какую-нибудь принцессу или другую благородную деву?

– Ответ отрицательный.

– Напал на купеческий караван? Осадил чей-то замок? Спалил посевы?

– Я ни о чем таком не слышат.

– Тогда почему же вы стремитесь сжить бедолагу со свету? – поинтересовался Бозел.

– Э… А разве самого факта, что ваш доверитель является драконом, недостаточно?

– Для меня – недостаточно, – сказал Бозел. – И я не сомневаюсь, что и для моего доверителя тоже. Я хотел бы знать, что именно побудило вас отправиться в путь и бросить вызов обитающему здесь дракону?

– Мерлин, – честно признался сэр Дейн.

– Я совсем не удивлен, – пробормотал Бозел. Судя по всему, Мерлин обладал монополией на организацию подобного рода мероприятий. – А Мерлин не объяснял, чем мой доверитель так ему насолил?

– Нет, – сказал сэр Дейн. – Видите ли, я – человек маленький и у меня есть свое начальство. Я лишь делаю то, что мне скажут, выполняю полученные приказы…

– Эйхман тоже так говорил и чем дело кончилось? – вопросил Бозел.

– Чем? – поинтересовался рыцарь. – Боюсь, я впервые слышу о благородном сэре Эйхмане.

– Никакой он не благородный, – сказал Бозел. – И даже не сэр. Мерзавцем он был каких мало. Даже ваш кровопийца Ланселот по сравнению с Эйхманом – сущий ангел.

– О! – впечатлился сэр Дейн.

– Ого, – сказал Бозел. – Значит, дорогой друг, вы не знаете, на какую мозоль Бозел наступил вашему Мерлину, если он посылает против ме… моего доверителя одного рыцаря за другим?

– Вы хотите сказать, что сэр Барристан, сэр Гламур…

– И еще трое сэров были здесь до вас и уже бросали моему доверителю вызов, – подтвердил Бозел.

– И что с ними стало?

– А вы сами подумайте, – сказал Бозел. – Если дракон, как я говорил, все еще не сражен, а вы являетесь единственным рыцарем на расстоянии трех дневных переходов в любом направлении.

– Неужели чудовище погубило их всех?

– Логичный вывод, – сказал Бозел. – Именно так все и было. Погубило пятерых сэров, как одного. Этому чудовищу рыцаря вместе с конем сожрать – все равно что крестьянину на пол сморкнуться и пальцы о рубаху вытереть.

2
{"b":"441","o":1}