ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Демонстрация сегодня - подарок провокаторам, повод для разгрома лучшей, революционной части пролетариата, для разоружения солдат Питера. Демонстрация 18 июня - еще один шаг к сплочению, шаг к нашей победе.

Светлели лица. На смену растерянности, смятению приходили убежденность и вера.

Делегаты съезда из большевистской фракции отправились на заводы, в казармы, чтобы объяснить, убедить, донести до каждого правду Ильича.

Кинулись следом к рабочим и солдатам меньшевики, эсеры. Но как ни лезли из кожи господа соглашатели, пытаясь оправдать себя в глазах рабочих, солдат, поссорить массы с большевиками, повести трудовой люд на демонстрацию 18 июня под своими лозунгами, их всюду встречала холодность масс.

Утром 11 июня нас собрали на внеочередной инструктаж агитаторов в солдатском клубе "Правда". Проводили его Невский и Подвойский. Выступали Володарский, Кедров и другие. В это время в зале появились путиловцы Романов и Гриша Самодед. Как только кончился инструктаж, они подошли к Володарскому и Невскому, стали уговаривать их срочно выехать на завод. "Сегодня, объясняли они, - предстоит решительный бой с меньшевиками и эсерами за их последнюю цитадель - пушечную мастерскую. На этот бой соглашатели пригласили своих лидеров из Петросовета. Бой будет жаркий".

Решили, что поедут Володарский и Барановский. Присоединились к ним и мы: Семенюк, Артузов и я, - послушать, поучиться. Ведь задача ставилась сложная, ответственная - окончательно разгромить как политическую силу меньшевиков, эсеров в пушечной мастерской. С этой целью большевики-путиловцы и созвали дискуссионный митинг.

...Народу - не протолкнуться, рабочие стоят плечом к плечу, заполнив все проходы лафетного пролета.

Романов, Володарский и Барановский уже стояли на трибуне, когда появились лидеры соглашательских партий. От меньшевиков - Либер, от эсеров Чернов и Авксентьев. Предстояло генеральное сражение, и на поле боя прибыла "тяжелая артиллерия" противника.

Распределив между собой роли, эта, отнюдь не святая, троица обрушилась на большевиков и не оставила, казалось, ни одного лозунга "необъясненным".

- Большевики, - ринулся на лозунг "Вся власть Советам!" Либер, предлагают прыжок в неизвестность. Советы - еще не изученная форма, временная организация рабочих до Учредительного собрания. Еще неизвестно, что с ними станется. Советы не общенародная организация. Демократия требует участия всего народа. Мы - реальные политики, а не фантазеры. Мы по образцу Запада предлагаем Учредительное собрание, республику. Нельзя Советы случайную организацию - вопреки демократии превратить во власть. Такая власть не продержится и двух дней.

Чернов говорил больше часа. Он полностью подтвердил свое согласие с доводами Либера. Чернов, маневрируя красивыми фразами, привычно пуская в ход артистические жесты и разного рода ужимки, умело и ловко обходил острые вопросы.

Мы слышали, как Володарскому несколько раз напоминали:

- Выступай, они создадут невозможную обстановку.

- Ничего. Пускай поговорят. Я отдохну, послушаю. Любимец путиловцев, как всегда, начал свою речь спокойно. Он разгорался постепенно: так трогается с места, набирая ход, паровоз. Голос крепчал. Вдруг Володарский протянул руку в сторону сбившейся кучки меньшевиков:

- Слушайте их! Они говорят, что Советы не демократичны, что это не народный орган. А кто же в Советах? Рабочие, крестьяне, солдаты - это и есть народ. Кого же в Советах нет? Буржуазии. Только ее и нет. Выходит, о ком хлопочут Либер и Чернов - о народе или о буржуазии?

Смех, хохот.

- Здорово!

- Отбрил!

- Каковы дружки, таковы им и пирожки. А Володарский продолжал:

- Почтенный глава меньшевиков уверял нас, что Советы - временное явление; неизвестно, мол, что из них выйдет. А нам известно, что хотят сделать с ними соглашатели сегодня. Всей своей политикой они их уничтожают как власть, сейчас они хотят окончательно уничтожить Советы, ибо цель меньшевиков - полностью отдать власть буржуазии.

Учредительное собрание созовут. Но только тогда, когда контрреволюция укрепится настолько, чтобы решить вопрос о земле и мире так, как это выгодно капиталистам и помещикам.

Мы говорим: слушайте меньшевиков - и петля кровавой бойни еще сильнее захлестнет вас. Слушайте эсеров - и новые миллионы рабочих и крестьян падут жертвами грабительской войны во славу и обогащение капиталистических акул.

Следуйте за меньшевиками и эсерами - и цепи былого рабства будут наложены на вас еще крепче, чем было раньше.

Мы, большевики, зовем вас к свободе, и мы знаем, что рабочий класс видит предательские дела соглашателей. Всероссийский съезд, запрет демонстрации еще раз показал, чего стоят их слова и обещания. Мы знаем пролетариат пойдет с нами под знаменами, на которых будет начертан боевой клич, зовущий к свободной и счастливой жизни: "Вся власть Советам рабочих и солдатских депутатов!"

Последние слова Володарского покрыла буря аплодисментов.

На этом дискуссионном митинге пушечная мастерская впервые приняла большевистскую резолюцию, а соглашатели потеряли свои последние позиции, за ними остались лишь незначительные группы рабочих и служащих.

В такой острой обстановке тогда проходила борьба партии за массы рабочих и солдат на каждом заводе, в каждой казарме.

ЦК и ПК нашей партии дали указания партийным организациям Петрограда принять участие в демонстрации, назначенной соглашателями на 18 июня, подготовить ее со всей тщательностью и провести под большевистскими лозунгами. По заданию "Военки" мы в эти дни побывали во многих воинских частях.

Пасмурным теплым утром питерские пролетарии, полки Петроградского гарнизона и близлежащих городов вышли на демонстрацию. В 9 часов утра выступила путиловская колонна. Широкой рекой затопила Петергофское шоссе. За путиловцами двинулись рабочие "Треугольника", "Тильманса", Химического и других заводов. На ярко-красных полотнищах демонстрантов - большевистские лозунги: "Вся власть Советам!", "Долой 10 министров-капиталистов!", "Вооружение народа и прежде всего - рабочих!" А вот и лозунг путиловских пролетариев: "Нас обманули! Товарищи, готовьтесь к борьбе!"

Впереди путиловцев шли 176-й запасной и Измайловский полки, к ним потом присоединился и Петроградский полк. Бесконечную колонну обрамляли красногвардейские цепи, готовые оградить рабочих от вооруженной провокации.

У входа на Марсово поле висел плакат: "Доверие Временному правительству". Группа солдат и рабочих отделилась от колонны - плакат полетел под ноги демонстрантам.

Мимо братских могил путиловцы прошли с пением "Вы жертвою пали".

В этот день около полумиллиона рабочих и солдат демонстрировали в столице свое недоверие Временному правительству, свое согласие с лозунгами большевиков, свою волю к дальнейшей борьбе.

Демонстрация должна была ответить на вопрос: кто с кем? И ответ был дан со всей убедительностью. Политические лозунги нашей партии получили полную поддержку у рабочих и революционных солдат.

День 18 июня стал знаменательным в развитии революции. В Петрограде и во многих других городах прошли массовые политические демонстрации. 20 июня "Правда" писала, что пролетариат в этот день "увидел себя как в зеркале. Стройно двигались колонна за колонной, рабочие сменяют солдат, солдаты рабочих..." Демонстранты несли большевистские лозунги. А меньшевики и эсеры 18 июня даже не решались выступить под лозунгом "доверия" Временному правительству. Только жалкие кучки бундовцев, плехановского "Единства" пытались выставить этот лозунг, но рабочие и солдаты заставили его убрать.

Демонстрация стала настоящим смотром сил партии большевиков и ее растущего влияния на массы рабочих и солдат. Заодно они показали провал политики Временного правительства, падение доверия масс к меньшевикам и эсерам.

Отвечая на вопрос, за кем идут рабочие и солдаты, наша любимая "Солдатская правда" писала: "Вся власть Советам!" - говорили знамена, говорили плакаты; "Вся власть Советам!" - говорили сотни тысяч рабочих; "Вся власть Советам!" - говорили солдаты. "Контроль над производством!", "Долой министров-капиталистов!" - вот что сказал народ, рабочие и солдаты, которые пошли за большевиками". Демонстрация вылилась "в торжество большевиков", а эсеры и меньшевики "почувствовали, что они теряют почву" - это вынужден был признать даже лидер кадетской партии Милюков.

46
{"b":"44210","o":1}