ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Известнейший современный английский писатель Грэм Грин отмечал, что его "одурманенность Африкой", - чувство, пронесенное им через всю жизнь, началось с чтения "Копей царя Соломона", романа, вызвавшего у него "неизлечимое потрясение".

Хаггард использует в романе - этом и во многих других - весьма выигрышный прием: история рассказывается как мемуары участника событий (а не от имени автора-повествователя), или как публикация будто бы найденной рукописи: все недостатки, промахи и неточности, а также художественные шероховатости относятся, таким образом, на счет сочинителя мемуаров или рукописи.

Алан Квотермейн пользовался такой популярностью у английских читателей, что в скором времени (1887 г.) Р.Хаггард пишет роман, в название которого ставит имя этого полюбившегося всем персонажа. Впрочем, сначала он назывался "Хмурый город". Все те же славные герои, такие же занимательные приключения (в неведомую белому человеку Страну Золота), полные опасностей путешествия, столкновения с местными воинственными племенами. Превосходно вычерчена интрига, прекрасны описания африканских пейзажей. Но - введена героиня, дочь миссионера Флосси Маккензи, которую похищают масаи и которую, нетрудно догадаться, спасают наши герои. Ради этого - осуществления благородной освободительной миссии - и нужна она в романе. И во многих других книгах Хаггарда будет развит этот неорыцарский мотив: спасение прекрасной героини благородным героем или героями. Есть здесь, впрочем, и другие женские персонажи: соперничающие африканские царицы Сориас и Нилепта. Последняя побеждает, - конечно, с помощью наших друзей, и на ней женится... сэр Генри Куртис. А бедный Квотермейн через несколько лет после описанных событий умирает, что ничуть не мешает ему появиться впоследствии еще в 15 книгах.

Если какой-нибудь предприимчивый читатель, взяв на себя труд прочитать все книги, где фигурирует имя Алана Квотермейна, попытается в итоге сконструировать из всего немыслимого многообразия пережитых этим персонажем приключений некую хронологически выстроенную последовательность, своего рода "квотермейану", то, скажем сразу, это напрасный труд. Рационально-логический подход в данном случае неадекватен, все эти книги складываются скорее в неупорядоченный цикл легенд, "охотничьих рассказов", приключенческих историй, главное достоинство которых - блестяще разработанный занимательный сюжет, обрастающий многочисленными интересными деталями, которые мог сочинить только человек, превосходно знакомый с культурой и историей Африки.

1887 год был невероятно плодотворен для Р.Хаггарда: кроме уже названного "Алана Квотермейна", в том же году были опубликованы еще два романа: "Джесс" и "Она".

Первый - романтико-приключенческое произведение: о бескорыстной любви, самоотверженности, самопожертвовании - на фоне современной писателю политической конфронтации между английской колониальной администрацией и бурами. Взаимоотношения сестер Крофт, прекрасной Бесси и умной, бескорыстной до самоотреченности, Джесси, их любовь к капитану Джону Нейлу, происки злобного бура Фрэнка Мюллера, гибель Джесси и благополучное соединение Бесси и Нейла - вся эта история, весьма занимательная, как всегда, отлично рассказана, но в целом перед нами книга, которую можно назвать "типично хаггардовским романом" - таких книг в его творческой биографии будет немало.

А вот роман "Она" стал поистине сенсацией не только в творчестве Хаггарда, но и в литературной жизни Англии тех лет. Более того, ему была суждена долгая жизнь: количество переизданий его не поддается счету, существует масса книг, написанных в подражание этому роману, несколько экранизаций его разных периодов киноискусства. Он переведен на многие языки мира.

Для такой небывалой популярности и в самом деле есть основания. Именно в этом романе сполна проявилась особая хаггардовская фантазия, незаурядная образованность писателя, начитанность и глубокие знания в самых разных древних культурах: не только примитивных (Южная Африка), но и утонченных цивилизаций - египетской, греческой, арабской, знакомство с мифологией разных народов. Именно их причудливый сплав обнаруживается в культе прекрасной, бессмертной белой богини Айши, "той-которой-следуетповиноваться", и облике таинственной страны Кёр, где правит несравненная Айша.

Кстати, само ее имя выбрано писателем не случайно. В нем можно услышать звучание имен разных богинь: еврейской Аштар, сирийской Атаргатис, ассирийской Иштар, абиссинской Астар - богинь, воплощавших у этих древних народов культ Великой Матери. Ощутимы в образе Айши и отголоски легенды о древних белых пришельцах, некогда правивших Африкой.

Создав Айшу, проникшую в "тайну жизни", Хаггард выразил многие свои сокровенные мысли: о бессмертии вечной любви, непобедимой даже смертью, свою одержимость идеей смерти, неотвратимости судьбы. В образе загадочной богини, полюбившей две тысячи лет тому назад Каликрата, жреца Исиды, а затем его далекого потомка Лео Винси, англичанина конца XIX века, Хаггард изысканно воплотил давно интриговавшую его идею перевоплощения душ, неизбежной духовной эволюции и преемственности, усвоенную им из восточных религий и мифологий.

Естественно и предположение биографов Хаггарда, что в образе Айши воплотилась и трагически несостоявшаяся, всю жизнь мучившая его глубокая любовь к Лили Джексон (в замужестве - Арчер). Этот образ дал психологам и психоаналитикам большую пищу для толкований. Так, Карл Юнг рассматривал Айшу как классический пример "anima" (женственной силы в мужчине), которая помогает мужчине понять сущность женской души, "Anima" - это образ, в который влюбляется мужчина и с которым он идентифицирует свою возлюбленную. Айша, полагает Юнг, была "anima" Хаггарда: в ней воплотил он свой идеал красоты, вечной юности, мудрости, сверхъестественных способностей. В романе действительно силен налет мистицизма, придающий особое качество фантазии писателя, усиливающий силу художественного впечатления некоторых сцен. Одна из самых ярких - сцена исчезновения Айши в Пламени Жизни, ее трансформация в нечто уродливое и жуткое. Облик Айши, при всей ее неземной красоте, несет на себе печать трудно уловимого внутреннего зла. Испытание огнем, через которое Айша проходит в своей бесконечной жизни вторично, на этот раз выявляет его. Возможно, так воплотилась мысль Хаггарда-викторианца о греховности культа плотской любви: красота, служащая плоти, таит в себе зло и превращается в конце концов в уродливое ничто.

3
{"b":"44217","o":1}