ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

- Как это? - не поняли мы с Ленькой.

- А так, отняла - и все, - сказала бабка, и веселые ее морщинки сбежались в горькие складочки вокруг рта. - Курица-то ее была. Одолжали мы наседку, цыплят выводить, - пояснила она. - Осиротила их, маленьких. А на дворе осень, им теперь трудно без матери...

Мне даже горох не полез в горло, так жалко стало цыплят.

- И что это наш папка смотрит?! - возмущался Ленька, когда мы шли домой. - Беспорядки кругом, а ему вроде и дела нет. Я ему все доложу сегодня! Все! - заявил он решительно.

ЗНАКОМСТВО

Уроки в школе уже кончились, все ребята ушли домой, только "первый ученик" со своей холщовой сумкой остался возле крыльца. Оказалось, его зовут Павликом и они с Ленькой уже друзья. Они сидели на скамеечке и о чем-то разговаривали.

Вдруг я заметила знакомое цветастое платье, мелькнувшее за забором. Когда девочка подошла, я увидела у нее в руке мой бант, который потеряла нынче утром.

- Это твой? - спросила она. - Я сразу догадалась... На, возьми!

Я взяла бант и стояла, не решаясь сказать ей, что мне очень хочется с нею дружить. Ведь это была не какая-нибудь городская девочка с соседнего двора, к которой я могла подойти и просто сказать: "Давай с тобой дружить". А эта вон какая - ездит на лошади и даже может расправиться с волком. С виду она была совсем обыкновенная, почти такого же роста, как и я, только босоногая, загорелая и растрепанная. И вдруг, когда она уже повернулась, чтобы идти, я решилась.

- Как тебя зовут? - спросила я.

Она обернулась.

- Зинка.

- Зина, хочешь, я... я тебе этот бант подарю?

Она смотрела на меня насупившись.

- Он тебе знаешь как пойдет! У тебя волосы белые, а бант голубой... А мне он не подходит, и... у меня еще есть. На, возьми.

- Вот еще придумала! Сама носи... - сказала она и фыркнула.

Потом смерила меня взглядом с головы до ног, снова чмыхнула и, ничего не говоря, помчалась прочь.

Я покосилась на скамейку, где сидели Ленька с Павликом. Они сочувственно глядели на меня. Тогда я, размахивая ленточкой, запрыгала на одной ножке к крыльцу. Но мне вовсе не было весело. Мысли мои были заняты тем, как покорить эту странную Зинку.

И вдруг я придумала.

- Бабушка, где моя кукла?! - крикнула я, влетев в комнату.

Бабушка сердито отмахнулась.

- Отстань, не знаю я. Разве тут найдешь что? Нужную вещь не могу найти, не то что куклу...

- Кукла тоже нужная вещь, - сказала я и начала перетряхивать ящик с вещами.

Игрушки и кукла, как назло, оказались на самом дне. У куклы был не особенно нарядный вид. Я кое-как пригладила ей волосы, поправила измятое платье. Спустя несколько минут на крыльце уже была настоящая квартира из нескольких комнат, отгороженных кубиками.

В спальне сидела моя кукла с ярким бантом в растрепанной косе.

Я сразу заметила, что она произвела сильное впечатление на Павлика. Он стоял возле крыльца и во все глаза глядел на куклу.

- Что, красивая? - спросила я.

Павлик молча кивнул.

"Конечно, - подумала я, - он и в глаза такой не видал. Зинка тоже ахнет. Не будет тогда нос задирать..."

Но Зинка не появлялась, и мне стало скучно.

- Павлик, хочешь со мной играть? - предложила я.

Он растерянно взглянул на Леньку.

- Ленька тоже будет, - заверила я. - Вы будете дети, а я - мама.

- Ладно, - сказал Ленька. - Он будет послушный сын, а я - балованный.

- Дети, идите обедать! - сказала я строго.

Но ни один из "сыновей" - ни послушный, ни балованный - не поспешил на мой зов.

Ленька, забравшись на перила крыльца, свесился вниз головой и начал кривляться, а Павлик стоял, как столб, не зная, что делать.

- Ну, что же ты? Иди домой, говорю! - набросилась я на него.

- А чего ты кричишь? - заступился за приятеля Ленька. - Он же послушный. Ты на меня кричи, видишь, я балуюсь?

Я разозлилась:

- Уходи отсюда! Никто с тобой играть не будет, с таким...

- Тогда и Павлик уйдет!

- Нет, не уйдет!

- Нет, уйдет.

- А я говорю, не уйдет!

Павлик стоял растерянный, не зная, кого слушать, а мы с Ленькой тормошили его с обеих сторон и шумели на всю улицу. Вдруг откуда-то как вихрь вылетела Зинка.

- Вы чего тут деретесь? - закричала она.

- Мы не деремся, мы играем, - сказал, улыбаясь, Павлик.

- Давай и ты с нами играть, - обрадовалась я.

- Вот еще, - сказала Зинка, - что я, маленькая? Некогда мне...

Она шмыгнула веснушчатым носом и убежала, даже не взглянув на мои игрушки.

Я хотела было крикнуть ей вслед что-нибудь обидное, но, как назло, ничего не могла придумать. Третий раз за сегодняшний день эта девчонка доводила меня до слез. Я стояла отвернувшись, чтобы Ленька с Павликом не видели, как ползут у меня по щекам две слезины. И вдруг позади я услышала чей-то шамкающий голос, как будто у говорившего был завязан рот.

- Не обраш-шай на нее внимания...

Я обернулась. Передо мной стоял мальчик с черной челкой, зачесанной набок, и в синей косоворотке, подпоясанной ремешком. В руке у него был огромный кусок хлеба с маслом. Рот был тоже забит хлебом. Проглотив его, мальчик сразу же заулыбался. Кивнув головой в ту сторону, куда убежала Зинка, он сказал:

- Эта голь несчастная сроду таких игрушек не видела.

Я посмотрела на мальчика, на его хлеб с маслом и тоже заулыбалась сквозь слезы.

- Как тебя зовут? - спросила я.

- Петя. А тебя?

- Оля, - ответила я. - Будем с тобой играть?

Он кивнул.

- Вот сейчас, только хлеб доем.

Он сел на крыльцо и не спеша принялся доедать свой хлеб. А мы стояли и смотрели: Ленька с Павликом немного поодаль, а я рядом. Мне даже видны были крупинки соли, блестевшие на масле. И мне почему-то вдруг совершенно расхотелось играть в куклы. Я тоже уселась на крылечке и, подперев кулаком щеку, задумалась. Вдруг мне в голову пришла одна мысль.

- Петя, ты в школу ходишь? - спросила я.

- Ага, в первый класс, - промямлил он.

- А Зинка?

- Она - нет.

Ничего не говоря, я побежала в дом.

- Бабушка! Мама! - закричала я. - Я пойду в школу!

- Тебе рано еще, - сказала мама. - Что это ты вдруг придумала?

- Ну, мамочка, дорогая, - умоляла я, - пусти меня в школу. Ведь я и так все знаю: и буквы, и цифры, а там я все-все выучу...

Мама объясняла мне, что в школу принимают только с восьми лет, но я никак не соглашалась.

- Мала ты еще! - прикрикнула на меня бабушка. - Семи не исполнилось, а она - в школу!

- И вовсе я не маленькая, меньше меня бывают ученики...

Я выскочила во двор, схватила за рукав Павлика и потащила в дом.

- Вот, пожалуйста. Он в школу ходит, а почему я не могу?

Я встала с ним рядом.

И сразу стало видно, что он меньше меня ростом на целую ладонь.

- Видели? - торжествующе сказала я.

Мама и бабушка рассмеялись. Смущенно подняв глаза, Павлик взглянул на бабушку, потом на маму и вдруг тоже заулыбался.

Я ИДУ В ШКОЛУ

Утром, едва я открыла глаза, меня сразу охватило ощущение чего-то необычного. И тут же вспомнилось: ведь я сегодня иду в школу!

Вчера я все-таки уговорила маму, и она пошла к учительнице, Вере Петровне, которая жила у нас за стенкой. Вернувшись, она сказала:

- Ну что ж, собирайся. Вера Петровна разрешила тебе прийти в первый класс. Посмотрим, что из этого выйдет...

И вот я стою на крыльце в сером платье с белым воротничком и в начищенных ради такого случая ботинках. В волосах у меня не какой-нибудь бант, который лезет в глаза и мешает смотреть, а узенькая ленточка: как у мамы на фотографии, когда она тоже ходила в школу.

В школе пока пусто. Нет даже "первого ученика" - Павлика, который вчера пришел раньше всех. Солнце только начало свой утренний обход.

Я выхожу во двор. С крыльца, как мячик, скатывается Ленька. Он так спешит, что даже не замечает меня. Правая рука у него за пазухой, и я вижу, как он там что-то придерживает, завернутое в бумагу.

4
{"b":"44259","o":1}