ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Глядя вдаль,

Собаки за людьми

Бегут гурьбой.

Тот, кто развеял

Старую печаль,

Придет - запрет

Калитку за собой *.

Ожидаю Чу Гуан-си *, но он не приезжает

С утра все двери

Открываю снова,

Встаю, сажусь,

Но не сидится что-то.

Когда ж дождусь я

Гостя дорогого,

Его встречая,

Выйду за ворота?

...Но отзвучали

Колокола звуки

В весеннем парке

Над ночной столицей.

Ужель меня

Забыли вы в разлуке,

И грусть надолго

В доме воцарится?

Осенью в горах

Дождь кончился,

И небо чистым стало,

Но по прохладе чуешь

Скоро осень.

Ручей стремится,

Огибая скалы,

Луна восходит

Среди старых сосен.

Вдали я слышу

Женщин разговоры,

Уж поздно - надо

К дому торопиться,

Пускай цветы

Совсем увянут скоро,

Я здесь останусь,

Не вернусь в столицу.

Затяжной дождь над Ванчуанью

Дымки под дождем

Потянулись лениво

Здесь варят еду

Для работников в поле.

А желтые иволги

Прячутся в ивах,

И белые цапли

Летают на воле.

Привык к тишине я

На горном просторе,

Привык я поститься,

Средь сосен гуляя.

О месте почетном

Давно уж не спорю

И в мире живу я,

Как птица лесная!

Написал, вернувшись в деревню

Слышу, у входа в долину

Колокола зазвучали.

Пора домой дровосекам,

Пора домой рыбакам.

В сумерках, на закате,

Горы полны печали,

И я один возвращаюсь

К белеющим облакам.

Уже водяные орехи

Созрели - держатся еле,

Ивовый пух летает

Легкий и молодой.

Травы у тихой речки

Буйно зазеленели...

В глубокой тоске калитку

Запер я за собой.

Поздней весной меня навестил

губернатор Янь с друзьями

Совсем запущен старый сад

Я не трудился столько дней.

Зато немало редких книг

В библиотеке у меня;

Зато отличные грибы

Я приготовил для гостей,

Что навестить меня пришли

В убогий дом на склоне дня.

Птенцов выводят воробьи,

Едва появится трава;

А иволги - те запоют,

Когда увянут все цветы.

И грустно каждому из нас,

Что вот седеет голова,

Что вот опять проходит год,

И снова не сбылись мечты.

Вздыхаю о седине

Как стар я стал

Усталый и седой,

Как тяжко ноют

Старческие кости!

Я словно

Между небом и землей

Живу здесь

Никому не нужным гостем.

Печалюсь горько

О горах родных.

Тут день и ночь

Пустые разговоры.

Что мне

До собеседников моих?

Оставлю город

И уеду в горы.

Расставшись с моим младшим братом Цзинем *,

поднялся к храму Синего Дракона * и гляжу вдаль

на гору Ланьтяньшань *

На осенней дороге

С тобою расстались мы снова.

Бесконечная мгла

Охватила немые просторы.

Я поднялся на холм,

Но не вижу тебя, молодого,

Вижу только туман

И покрытые тучами горы.

Ты исчез - растворился

В тумане холодном и синем.

Равнодушное небо

Пронзили ночные зарницы,

И тоскует душа

О тебе, - ты живешь на чужбине,

И летит моя мысль

За походной твоей колесницей.

Послом прибываю на пограничную заставу

В трясущейся колымаге

Еду к дальней границе.

В стране, покоренной нами,

Раскинул я свой шатер.

Гляжу: летит надо мною

Диких гусей вереница,

Летит она и стремится

Домой, на родной простор.

В великой степи монгольской

Дымок от костра печален,

Закат над длинной рекою

Багров, словно мой костер.

Сегодня в Сяогуани *

Разведчики мне сказали,

Что далеко наместник

Он у Яньжаньских гор *.

Зимней ночью пишу о том, что у меня на сердце

Эта зимняя ночь

Холодна, бесконечно длинна.

Бьют часы во дворце,

И опять - тишина, тишина.

Побелела трава

На траве, как на мне, седина,

И сквозь голые ветви

Печальная светит луна.

Дорогие одежды

Со старческим спорят лицом

Свет жестокой свечи

Выделяет морщины на нем.

Знаю я: молодежь

Полюбил Императорский дом *.

Я взгляну на себя

И мне стыдно идти на прием.

Прибыв в Хуачжоу *, смотрю через реку

на город Лиян * и вспоминаю Дин Юя

За рекой заря восходит

Там светает понемногу,

Там деревья и кустарник

Разрослись в дремучий лес.

Мы пришли, полюбовались,

Но уже пора в дорогу;

Горный пик на горизонте

В дымке облачной исчез.

Мы пришли, полюбовались

И уходим ранним утром.

Вас я, друг мой, не увижу

Широка речная гладь.

Но надеюсь, что рассказы

О правленье вашем мудром

Всю далекую дорогу

Будут нас сопровождать.

Отвечаю Чжану Пятому *

В Чжуннани есть лачуга

К ней заросла дорожка.

Там на седые горы

Гляжу я из окошка.

Гостей там не бывает,

И заперты ворота.

Никто не потревожит,

Безделье и дремота.

Один ловлю я рыбу

И пью вино хмельное.

Приехал бы сюда ты

И стал бы жить со мною.

В горах Чжуннань

К столице древней подошла

Цепь величавых гор Тайи *

Та, что от моря самого

Хребты раскинула свои.

Вверху сомкнулись облака,

Любуюсь я, как бел их цвет!

Под ними - дымки синева,

Войдешь в нее - ее уж нет.

Цепь этих гордых гор страну

Своей громадой рассекла:

На юге - солнца ясный свет,

На севере - сырая мгла.

С утра опять сюда приду,

Вот только бы найти ночлег.

Пойду, пожалуй, за ручей

Там мне поможет дровосек.

Посылаю губернатору Вэй Чжи *

Лежит старинный городок

В развалинах, в пыли.

Вокруг него пустынно все

На много тысяч ли.

Бледна осенняя заря,

И слышу я, старик,

Лишь бормотанье ветерка

Да лебединый крик.

И возле хижины моей

Осыпалась листва,

И отражается в пруду

Увядшая трава.

Так день за днем влачу в глуши

Скупую жизнь мою,

И о "Печальном старике" *

Я песенку пою.

И даже ты, мой старый друг,

Представить бы не смог,

Как я теперь, на склоне лет,

Печально-одинок.

Крестьяне на реке Вэйчуань *

Глухую деревню

Закат озарил, неподвижен.

Бараны и овцы

Бредут мимо нищенских хижин.

Старик, беспокоясь,

Стоит, опершись на ограду:

Где внук его малый,

11
{"b":"44274","o":1}