ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Ветана. Дар смерти
Машина, платформа, толпа. Наше цифровое будущее
Цифровой, или Brevis est
Владыка Ледяного сада. Носитель судьбы
Здоровый кишечник. Как обрести контроль над весом, настроением и самочувствием
Как бы поступила Клеопатра? Как великие женщины решали ежедневные проблемы: от Фриды Кало до Анны Ахматовой
Преступное венчание
Охотник: Правила подводной охоты. Третья раса. Большая охота. Операция «Караван»
Птица и меч

Парни были так захвачены своим гнусным делом, что не заметили появления Елены и не слышали, как она открыла дверь.

Елена знала жертву в лицо. Девочку звали Дэна Миндел. Ей недавно исполнилось пятнадцать лет. Ходили слухи, что ее вместе с родителями недавно переправили с Джефферсона тамошние повстанцы, которых с каждым днем становилось все больше и больше. Елена сжала отполированное временем дерево перил с такой силой, что у нее захрустели пальцы. Ей были понятны намерения юных джабовцев. Они хотели унизить Дэну Миндел, желали продемонстрировать ей и другим беженцам, что, хотя те и сумели скрыться с Джефферсона, ДЖАБ’а все равно считает их отребьем и властна над их судьбами даже на Вишну.

На цыпочках Елена поднялась в помещение с инвентарем и снарядами. Там она взяла корзину с бейсбольными мячами, спортивный деревянный меч и пригоршню метательных звезд. По соображениям безопасности у них были затуплены грани и концы, но в умелых руках они могли быть опасным оружием…

Потом Елена бесшумно проскользнула на лестницу. Урок уже начался, и вокруг никого не было. Спустившись к дверям коридора, ведущего к мужской раздевалке, Елена осторожно заглянула в стеклянное окошко двери. Один из мерзавцев остался караулить возле нее. Впрочем, он стоял к ней спиной и тянул изо всех сил шею к углу, стараясь получше разглядеть происходившее. Это стало его первой и роковой ошибкой.

Елена беззвучно отворила дверь. Теперь ей были хорошо слышны пронзительные стоны жертвы и гогот парней. Потом затрещала одежда. Вот кто-то врезал девочке оплеуху. Елена прикидывала, где именно находятся Дэна и ее палачи, но звук расстегиваемых молний заставил ее поспешить.

Взяв меч в левую руку, она изо всех сил запустила тяжелым кожаным мячом в голову стоявшего в коридоре парня. Мяч ударил его над самым ухом, и он рухнул на пол. Стук явно привлек чье-то внимание.

«Что за черт!..» — выругался кто-то высоким ломающимся голосом.

Елена не дала мерзавцам опомниться. Выпрыгнув из-за угла, она высыпала всю корзину мячей прямо под ноги поднимавшимся с пола насильникам. Пока те спотыкались о мячи, Елена начала кидать в них метательными звездами, стараясь попасть в пах, в глаз или в горло. Половина парней с воплями тут же попадала на пол. Остальные бросились на Елену. Первые двое получили деревянным мечом с такой силой, что у них хрустнули кости.

Присев, Елена без труда уклонилась от беспорядочных ударов ринувшихся на нее молодчиков и сумела толкнуть их в спины так удачно, что они с размаха врезались в стену. Елена перемещалась легко и свободно. Она держала в поле зрения весь коридор, прикидывая, как действовать дальше. Она видела и слышала все, даже раздавшиеся на лестнице голоса. Кто-то говорил на диалекте каламетских фермеров. Девочку, лежавшую у ног Елены, уже искали. Голоса все еще звучали где-то наверху, когда последний из устоявших на ногах несостоявшихся насильников попытался удрать вглубь коридора, но запнулся о мяч и растянулся на полу. Елена шагнула к нему и пнула его в висок. Не так сильно, чтобы убить, но достаточно, чтобы парень больше не дергался. Тяжело дыша, Елена несколько мгновений стояла среди неподвижных тел и наконец с удивлением поняла, что победила.

Схватка длилась не больше минуты. Дэна съежилась на полу, всхлипывала и дрожала. Ее платье и белье были изорваны в клочья. Елена присела над девочкой и вложила в ее трясущиеся пальцы рукоять деревянного меча. Дэна подняла глаза и наконец поняла, кто перед ней. Потом она услышала голоса друзей, повернулась к двери и попыталась что-то крикнуть в ответ, но ее горло издало лишь чуть слышный хрип.

— Сюда! — крикнула Елена так громко, что Дэна вновь задрожала. — Сюда! В мужскую раздевалку!

Потом Елена бросилась бежать, перепрыгивая через мячи. Через заднюю дверь раздевалки она выбежала в коридор, пронеслась мимо помещений для борцов и штангистов и снова оказалась в большом зале, по которому и проследовала неторопливой походкой ко второй лестнице, ведущей в женскую раздевалку. Пройдя мимо бревен и брусьев, на которых занимались гимнастки, девочка добралась до нужного ей помещения, надела военную форму и явилась на полигон всего с четырехминутным опозданием. Но сосредоточиться на том, что говорил и показывал инструктор, ей было трудно. Первый шок прошел, и Елену захлестнул целый круговорот мыслей и чувств, — лютая ненависть, от которой ее всю трясло, страх того, что ее исключат из школы или даже посадят в тюрьму по обвинениям очнувшихся негодяев… Вместе с этим Елену терзала боль, которая, оказывается, еще не утихла и стала только сильнее. Ведь подонки, которых она чуть не убила возле раздевалки, в сущности, ничем не отличались от тех, кто застрелили ее маму!

Сегодня в каждый удар по спортивным снарядам Елена вкладывала всю свою ненависть.

А что могло произойти, если бы не появились друзья Дэны? Неужели она убила бы этих парней?! А как ей этого хотелось! И она вполне могла это сделать!

Елену трясло от ярости, и ее удары были неточными.

«Какой же из меня выйдет военный?! — упрекала себя девочка. — Но ведь папа никогда не говорил мне, что должен чувствовать офицер после боя и как ему бороться с ослепляющей ненавистью!»

Она кое-как дотянула до конца занятия, которое к тому же было прервано появлением полиции и «скорой помощи». Вместе с остальными курсантами Елена следила за тем, как автомобили умчались под вой сирен в ближайшую больницу, и ждала, что ее вот-вот арестуют полицейские, допрашивавшие учителей и других учащихся, но никто даже не взглянул в ее сторону.

Казалось, на ней опять шапка-невидимка.

Всю ночь Елена вздрагивала от малейшего шума, боясь, что это явилась полиция, но никто так и не пришел. Потом девочка посмотрела программу новостей и начала понимать, почему ее персону оставили в покое.

«В одной из школ столицы произошел инцидент на почве внутренних конфликтов среди эмигрантов с Джефферсона. Группа сыновей высокопоставленных чиновников ДЖАБ’ы напала на дочь каламетских фермеров. Их нападение было отражено другими учащимися из Каламетского каньона. Министр внутренних дел Вишну лишил напавших на девочку молодых людей права учебы на нашей планете. Пострадавшая девочка и ее родители не выдвинули никаких обвинений против нападавших, но те будут высланы с Вишну сразу после выписки из больницы.

Посол Джефферсона заявил протест по поводу этого решения, обвинив Министерство внутренних дел Вишну в лицемерии и предвзятом отношении к некоторым гражданам его планеты. В ответ министр внутренних дел Вишну выступил с официальным заявлением, в котором предупредил, что в связи с участившимися конфликтами между беженцами с Джефферсона и находящимися на Вишну членами семей руководства ДЖАБ’ы, въездные визы последним отныне будут выдаваться после тщательного изучения личных дел подавших заявление. Совет Министров Вишну в полном составе заявил, что не потерпит распространения внутренних конфликтов Джефферсона на почве нашей планеты».

Выслушав это, Елена погрузилась в размышления, а ее отец сказал:

— Местному правительству давно пора что-нибудь предпринять. И как это здесь раньше не было драк?!. Надеюсь, бедная девочка не очень пострадала… А что будет, если на Джефферсоне джабовцы начнут срывать зло на оставшихся фермерах?!.

Елена затаила дыхание. Такие последствия ее поступка не приходили ей в голову. Спасая Дэну, она думала, что поступает правильно. Она и сейчас в этом ни капли не сомневалась, но она и представить себе не могла, что из-за нее могут пострадать невинные люди где-то там, на далекой родной планете. Впрочем, возле дверей раздевалки Елене некогда было размышлять, она и так еле успела… Утешаясь этой мыслью, девочка все же невольно вспомнила о том, что говорил ее отец о главной цели занятий на курсах. Она сумела принять решение в сложной ситуации, но теперь ей самой и многим другим придется расхлебывать последствия этого решения. Как же трудно думать за других!

На следующий день в школе Елена почувствовала себя в центре скрытого пристального наблюдения. Нет, за ней следили не юные джабовцы, а дети каламетских фермеров. Причем все! Елене было не по себе от взглядов тех, кто за последние два с половиной года ни разу не взглянул в ее сторону. К обеду это надоело самолюбивой девочке, она разозлилась, перестала прятать глаза и начала дерзко смотреть на своих соучеников. Наблюдавшие за ней смущенно опускали головы.

113
{"b":"44286","o":1}