ЛитМир - Электронная Библиотека

Когда Кафари немного успокоилась, к ней подошел отец со стаканчиком виски. Она с трудом поднесла его к губам, и отцу даже пришлось поддержать ее локоть, чтобы напиток не расплескался. Кафари залпом выпила обжигающую жидкость, и ей немного полегчало. А может, вспыхнувшее в желудке пламя просто на мгновение отвлекло ее от тяжелых мыслей, и она успела взять себя в руки. Тем временем мать нежным прикосновением ладони откинула со лба дочери волосы, которые лезли ей в глаза, и осушила ей слезы передником, с которым не расставалась, сколько ее помнила Кафари.

Только сейчас женщина заметила седину, блестевшую в волосах ее родителей, и бороздившие их лица глубокие морщины.

Глядя в наполненные тревогой глаза матери, Кафари спросила:

— Неужели я в детстве была такой же упрямой? Мать удивила Кафари, широко улыбнувшись.

— Да нет! Елена, наверное, вся в отца. Как ты думаешь, Зак? — спросила она, подмигнув мужу.

— Пожалуй, да, — буркнул отец Кафари. — Хотя я и помню, как наша дочь подожгла сарай с жемчугом, а потом спихнула сына Реджи Блэкпола с сеновала так, что мне пришлось везти его в больницу. А потом она жила с каким-то бог весть откуда взявшимся офицером, вообще не посвящая нас в свои дальнейшие планы…

Кафари возмущенно фыркнула, а потом прикусила губу.

— Но сейчас-то что мне делать? — пробормотала она.

— А что вообще произошло у вас с Еленой?

Кафари все рассказала родителям. У Зака Камары заиграли желваки на скулах, а на лице его жены появилось выражение, при виде которого поджал бы хвост и бешеный яглич. Кафари с ужасом подумала о том, что дома в Мэдисоне наверняка выглядела не лучше.

— Ты сильно ее поколотила? — негромко спросила ее мать.

— Кажется, я поставила ей фингал под глазом…

— До свадьбы заживет! — фыркнул отец Кафари. — Конечно, я не призываю тебя бить Елену каждый день, но эту пощечину она заслужила. Пожалуй, ты сама не понимаешь, как правильно поступила.

— А если она донесет?..

— А вот об этом она пожалеет! — рявкнул отец и ласково погладил по щеке приунывшую Кафари. — Саймон на твоем месте поступил бы точно так же. А как еще выбить из головы ребенка дурь, которой ее пичкали столько лет?!

— Неужели это единственный способ? — устало пробормотала Кафари. — Впрочем, мы действительно уже все перепробовали…

— Кроме хорошей порки! — усмехнулась ее мать. — Как знать, может, это ее так поразит, что она попытается докопаться до истины.

Кафари не смела на это надеяться, опасаясь нового разочарования.

— Я лучше полечу домой, — пробормотала она. — Кто знает, что сейчас начнется в Мэдисоне, а эта маленькая дура вполне может отправиться на улицу одна…

Родители Кафари озабоченно переглянулись.

— Ну ладно, — негромко сказала ей мать. — Если что, звони. Мы всегда тебя спрячем.

Кафари кивнула и обняла родителей так крепко, словно прощалась с ними навсегда.

На улице смеркалось. Кафари села в аэромобиль и полетела в сторону города.

II

Елена была в растерянности.

У нее все еще горела щека от неожиданной пощечины, и она не знала, что делать дальше. Горькие слова матери произвели на нее гораздо больше впечатления, чем удар. А что, если мама права?! Что, если все действительно так, как она говорит?!.

Наконец Елена поняла, что есть только один путь узнать, что же на самом деле произошло в бараке Хэнкоков. Она села за компьютер и постаралась найти в информационной сети самые известные страницы каламетских фермеров. Сеть была перегружена. Елене было никак не проникнуть даже в интересующую ее область. Наконец она включила компьютер в режим автоматического поиска, но и после этого прошло целых полчаса, прежде чем на экране появились фермерские страницы.

Елена тут же нашла программу Аниша Балина. За всю свою жизнь она не видела ничего страшнее демонстрировавшейся Балином видеозаписи. С первого взгляда ей стало ясно, что речь идет о документальных кадрах. Оцепеневшая Елена была не в силах оторвать глаз от экрана, пока происходившие на нем события разносили вдребезги прочно укоренившуюся у нее в мозгу систему взглядов и убеждений. Внезапно сработал ее наручный коммуникатор. Елена подскочила в кресле и стала дрожащими пальцами нажимать на кнопки.

— Слушаю, — проговорила она чужим голосом.

— Это Эми-Линн! Ты смотришь новости? Какой ужас! Бедные мальчики!..

— Эми-Линн, — глухо повторила Елена. — Найди программу Аниша Балина… Нет, ни о чем сейчас меня не спрашивай! Обязательно посмотри ее и перезвони мне!

Через двадцать три минуты снова сработал коммуникатор.

— Это что, правда? — всхлипывая, спросила Елену Эми-Линн.

— Наверное, да, — прошептала Елена. — Мама знает Дэнни Гамаля, и его мать… Но зачем же Поль Янкович и все остальные врут?! А почему никто не говорит о том, что Дэнни и его мать спасли президента Лендана?! Их же за это наградили вместе с мамой!.. Я еду в город! Сегодня там будет демонстрация протеста фермеров, и я все сама узнаю! Я с ними поговорю!.. Пока не знаю о чем, но мне надо во всем разобраться!

— Я с тобой, — немного поколебавшись, заявила Эми-Линн. — А еще я позвоню Элизабет!

— Тебе совсем не обязательно…

— Я понимаю! Кроме того, родители свернут мне шею, если узнают… Но мне все это тоже не нравится! Мне заранее страшно от того, что мы узнаем, но я должна знать правду! В общем, я звоню Элизабет!

— Ну ладно, — нехотя согласилась Елена. — Где мы встречаемся?

— В городе сейчас наверняка полно народа. Давай встретимся дома у Элизабет! Оттуда рукой подать до центра!

— Договорились!

Елена выключила компьютер, потуже затянула ремешок наручного коммуникатора, выкатила из гаража мотороллер, заперла входную дверь и поехала в сторону дома Элизабет. Она не задумывалась о том, что хочет узнать, и не представляла себе, что делать, если слова ее матери и кадры из передачи Балина окажутся правдой. Мама часто говорила, что ДЖАБ’а подстроила аварию папиного аэромобиля, но Елена отказывалась в это верить. Она и сейчас не желала верить в это, но у нее в душе зародились первые сомнения.

Так или иначе, она докопается до истины!

ГЛАВА 19

I

Я вновь понадобился правительству Джефферсона…

В 8.30 со мной вышел на экстренную связь президент Зелок. На этот раз он обошелся без Сара Гремиана. Лицо президента было налито кровью. Ничего удивительного! Я уже давно отслеживаю сообщения полицейских радиостанций и программы новостей. В центре Мэдисона опять беспорядки, и Зелоку не удивить меня своим приказом.

— Быстро в город, железяка! Одна нога здесь, другая там! В Мэдисоне вооруженный мятеж!

Вот уже час, как я слежу за ситуацией в столице. В центре города идет многолюдный марш протеста, организованный каламетскими фермерами. Их главные требования — немедленное освобождение Хэнкоков и отмена постановления о конфискации оружия, принятого Сенатом и Законодательной палатой через каких-то десять часов после кровавых событий в джабхозовском бараке. Пока я не заметил у фермеров оружия, но их выступление действительно дало толчок новым беспорядкам.

Полиция пыталась разогнать демонстрантов, используя методы, которые назвали бы жестокими в любом цивилизованном обществе. Потом появились «возмущенные горожане», зашедшие фермерам с тыла, и на улицах вокруг здания Объединенного законодательного собрания вспыхнула драка. Хотя большинство фермеров просто пыталось защититься от полицейских дубинок и гранат со слезоточивым газом. На этот раз полиция не пользуется нервно-паралитическим газом, примененным злополучным президентом Эндрюсом против джабовской оппозиции шестнадцать лет назад, но, помимо обычного слезоточивого, она, кажется, применяет и рвотный.

Попав между молотом и наковальней, многие фермеры стали хвататься за импровизированное оружие. Разбив витрины, они вооружились металлическими вешалками, выворотив дорожные знаки, они закрылись ими, как щитами, и стали кидать в нападающих камни и емкости из-под газа. Побоище ширилось в сторону президентской резиденции. Это здание практически не охраняется — большинство полицейских собралось на Парламентской площади, чтобы защитить депутатов Объединенного законодательного собрания. Чего ж удивляться тому, что президент Зелок наложил в штаны и скомандовал мне немедленно ехать в город!

86
{"b":"44286","o":1}