ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

В то время Боброву шел тридцатый год.

Два матча, проведенные сборной Москвы (так назвали команду, тренируемую Аркадьевым) со сборной Польши, заметно отличались друг от друга. Первую игру хозяева поля проиграли.

Защитники соперников не придерживались популярной тогда персональной опеки. Они сближались с нашими нападающими лишь в тех случаях, когда стремились отобрать мяч. Такая манера игры в обороне не стала диковинкой для москвичей. Похожим образом в нашей стране по замыслу Аркадьева действовали защитники армейского клуба. Один из игроков сборной команды Москвы – Константин Крижевский перед первым матчем предсказывал, как поведут себя на поле защитники сборной Польши. Он исходил из личного опыта – глубокой осенью он, защитник ВВС, участвовал в составе «Шахтера» из Сталино в турне по Польше.

И хотя игра поляков в обороне для нас не стала неожиданной, добиться успеха в первом матче мы не смогли. Нападающие сборной Москвы увлекались поперечными передачами, никто не оказался способным на малейшую выдумку. У Автандила Гогоберидзе, игравшего левым инсайдом, не получалось взаимодействия с партнерами. Динамовцы Василий Трофимов и Константин Бесков оказались малоподвижными. Не сумели помочь форвардам наши полузащитники. Игорь Нетто нервничал, из-за чего грешил неточными передачами, Александр Петров играл более собранно, но увлекался обводкой. Защита показала себя надежной, стойкой, но незадолго до окончания матча позволила прорваться сразу трем соперникам, в результате чего капитан гостей Цезлик, очень популярный в своей стране игрок, забил гол, принесший сборной Польши победу. Кстати, Цезлик – единственный зарубежный футболист, удостоенный в Советском Союзе звания заслуженного мастера спорта.

Аркадьев в тот день поначалу не рискнул воспользоваться появлением в команде Боброва, но когда убедился, что некому повести игру в высоком темпе и наладить коллективные действия, ввел его в игру, выпустив вместо Бескова. Но время для перелома было потеряно.

Боброву не надо было объяснять, что от него требуется, когда на второй матч он вышел центральным нападающим. Его партнеры сразу же начали делать то, чего они не сделали в первой встрече. За счет скоростного маневра, коротких и неожиданных передач москвичи быстро нашли брешь в обороне соперников. И тут Бобров попал в свою стихию. Он устремился в прорыв, вышел один на один с вратарем и забил гол.

Мяч, пропущенный на 4-й минуте после прорыва Боброва, смутил опытных игроков сборной Польши, успевших до приезда в Москву, в отличие от наших спортсменов, в наступившем сезоне еще не встречавшихся с иностранцами, провести девять важных международных матчей. Теперь и они стали чаще ошибаться. 32-летний Антадзе, благодаря большому опыту, игровой мудрости, сумел сделать то, что не удалось тремя днями раньше 22-летнему Нетто – хорошо поддерживать нападающих. К тому же Аркадьев сумел приструнить Петрова, и он уже не допускал вольностей.

Бобров, соскучившийся по трудным играм, сильным партнерам, в тот день чувствовал себя прекрасно. Команда нередко бросала его в прорыв, и не. будь у гостей вратаря Стефанишина, трудно сказать, сколько неприятностей соперникам доставил бы в тот день Бобров. Он смог отличиться потом еще один раз. Счет стал 2:0. Цезлик ответил голом престижа – 2:1.

Приглашение в команду Боброва лишний раз убеждало Аркадьева, насколько велика в коллективной игре роль солиста.

Успех во втором матче со сборной Польши, голы Боброва позволяли спокойно готовиться к приему более сильного соперника – сборной Венгрии. Встречи с польскими футболистами четко обнаружили слабости московской команды – недостаточную подготовленность Трофимова, Николаева, робкие действия Бескова.

Сборная Венгрии в первой половине 50-х годов считалась одной из сильнейших в мире. К нам в Москву в мае 1952 года она приехала еще без всяких титулов, но высокий класс ее игроков был ясен, пожалуй, даже самому неискушенному человеку. Спустя два с половиной месяца после визита в Москву венгры стали олимпийскими чемпионами, затем через два года они в том же составе заняли второе место на первенстве мира, причем в одной из встреч с победителями турнира – западногерманскими футболистами – они выиграли со счетом 8:3. Весь мир поразился двум победам венгров над англичанами в товарищеских встречах – 6:3 и 7:1. Но вот обыграть в Москве сборную советской столицы венгерские футболисты ни разу не смогли.

Первая встреча с венграми началась с наступления хозяев поля. Вратарю Грошичу пришлось приложить все умение, чтобы перехватить мяч, посланный прорвавшимся по правому краю Бобровым. Потом еще несколько раз атаковали москвичи, но, пожалуй, наиболее реальную возможность открыть счет имел Бобров, выйдя один на один с Грошичем. Он пробил низом, и вратарь венгерской команды парировал удар. С трибун казалось, что, пробей Бобров верхом, мяч попал бы в сетку…

На 35-й минуте Сальников сделал передачу в штрафную площадь. Бобров обыграл центрального защитника Бёржеи и устремился на ворота. Грошич не выдержал и пошел навстречу нашему центральному нападающему. Бобров, всегда хладнокровный в таких ситуациях, в ответ спокойно обвел вратаря и точно ударил в сетку мимо левого защитника Лантоша, пытавшегося защитить оставленные Грошичем ворота. 1:0.

Во втором тайме гости, продемонстрировавшие хорошую технику, сумели отквитать пропущенный мяч.

Состав, добившийся ничейного результата с венграми, представлялся Аркадьеву удачным, во всяком случае он не изменил его во второй игре. Зато гости дали возможность сыграть в Москве еще четырем футболистам. Игроки сборной Венгрии понимали друг друга лучше, чем москвичи, хотя хозяева поля победили – 2:1.

В этом матче Бобров менял манеру действий. Поначалу его выдвинули далеко вперед, поставив партнерам задачу постоянно снабжать центрального нападающего мячами. Но венгры уже знали цену прорыва Боброва. Поэтому даже в ущерб своим атакам они прикрепили к нему двух «опекунов» – помимо центрального нападающего Кишпетера, кого-либо из полузащитников, чаще всего Божика.

Бороться сразу с двумя опекунами для Боброва не было сложным делом, но на этот раз ему противостояли футболисты с высоким индивидуальным мастерством, которые не поддавались на его дриблинг. И все же он не сдавался, выжидая нужный момент.

В первые десять минут матча существенную ошибку допустили партнеры Боброва. В любой ситуации, получив пас от Боброва, они вновь и вновь возвращали ему мяч. Хорошо, что в этот отрезок матча правильно переориентировались в обстановке Николай Дементьев и Валентин Николаев. Именно Николаев, до этого матча принявший немало критических замечаний в свой адрес, открыл счет.

Боброву в дальнейшем пришлось отойти в глубину поля. Такой маневр не был в диковинку для него. В 1948 году в матче ЦДКА – ВВС, правда бесславно проигранном армейцами (0:3), Аркадьев решил сыграть с четырьмя действовавшими впереди нападающими и наступавшим несколько сзади Бобровым. Помнится, Юрий Ваньят не разобрался в таком построении форвардов ЦДКА и, рассказывая об игре на страницах «Советского спорта», назвал схему нападения армейской команды странной; В непонравившейся журналисту схеме как раз и заключалась хитрость Аркадьева. Несмотря на то, что первый блин получился комом, армейский тренер не отступил от своего.

Напомнив однажды широко распространенную точку зрения, будто солист требует обслуживания и процветает за чужой счет, Аркадьев с убеждением доказывал, что солист хорошо играет в пас – «это почти правило, обусловленное объективными законами». Против сильного дриблера должен всегда играть защитник, которого подстраховывает еще один, значит, писал однажды Аркадьев, свободнее становится партнерам дриблера и для него самого задача найти свободного облегчается. «Так что индивидуалист-дриблер, которого сильно стерегут, имеет объективные предпосылки хорошо играть в пас. Его подталкивает к этому необходимость: ему легче найти свободного партнера, а его самого найти им труднее». Такова точка зрения Аркадьева. У него перечень самых наглядных примеров открывал Бобров.

15
{"b":"444","o":1}