ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
«Ничего особенного», – сказал кот (сборник)
О, мой босс!
Отдел продаж по захвату рынка
Конфедерат. Ветер с Юга
Ты должна была знать
Клан
Хлеб великанов
Ключ от твоего мира
Потому что люблю тебя

Но пьянствовать, будучи тайным агентом, еще опаснее, чем пьянствовать перед сражением. Но тогда почему же у него так трещит голова?..

Черт возьми, где Джеймс? Ему срочно нужно варево Джеймса…

У него связаны руки. Хью обнаружил это, когда попытался перевернуться с бока на спину. В тот же миг он понял, что лежит на ковре, а не на кровати. И увидел, что над ним стоит человек с пистолетом в руке.

– А, очнулся? – Лицо качалось, не фокусировалось, но Хью не надо было вглядываться, чтобы понять, кто говорит: при свете свечи, стоящей на ночном столике позади говорящего, светлые волосы превратились в сияющий нимб вокруг головы, так что все было ясно.

– Дэвид, какого черта?..

– Приветствую, Хью.

Ноги тоже были связаны в лодыжках и коленях. В общем, Хью понял, что связан, как рождественский гусь. Голова раскалывалась, в глазах двоилось, а в животе словно работала маслобойка. Но Хью за свою жизнь побывал во многих переделках и научился пренебрегать такими мелочами, как физические неудобства, когда надо было сосредоточиться на главном – на том, чтобы избежать неминуемой смерти.

Лошадь… Проклятая лошадь… Прошедшей ночью его сбросила лошадь, и это было предупреждение, уж он-то должен был знать. Зачем он отпустил своего охранника?

В комнате был еще один человек, здоровенный малый в грубом шерстяном сюртуке и поношенных бриджах, по виду головорез. Он стоял спиной к двери, низко надвинув на лоб шляпу, и, как и Дэвид, держал в руке пистолет.

Положение отчаянное, ничего не скажешь. Да, он находился в смертельной опасности, и следовало что-то предпринимать, но что именно? Он связан по рукам и ногам, лежит на пыльном ковре в смутно знакомой комнате, а над ним Дэвид с пистолетом в руке. Наконец-то вспомнилось и все остальное: бешеная скачка в Лондон, Воксхолл-Гарденз, удар по голове, Клер.

– Где Клер? – Охвативший его страх никак не отразился в голосе, но он хорошо знал Дэвида, и сердце громко застучало. Дэвид способен причинять боль ради самой боли, а Клер чувствительна.

– Ты имеешь в виду мою жену? Прямо за тобой. – Дэвид небрежно мотнул головой.

Хью с трудом перекатился и увидел ее. Она лежала в углу между ночным столиком и стеной; ее изысканная прическа растрепалась, пряди черных волос разметались по плечам, а руки явно были связаны за спиной, хоть веревок и не видно. Колени под желтой юбкой прижаты к телу так, что касаются подбородка, прекрасные золотистые глаза в гуще ресниц покраснели от слез, на лбу красуется свежий синяк. Нижняя губа раздулась, из уголка рта стекает струйка крови.

Так выглядит лицо после прямого удара. Он такое не раз видел, в сущности, это было обычным делом среди людей, сопровождавших армию. Среди них были женщины, и с ними обращались куда хуже, чем об этом задумывались офицеры.

– Ты ее ударил. – Хью напрягся всем телом, глаза хлестнули Дэвида по лицу. «За это я тебя убью», – мысленно пообещал он Дэвиду. Но конечно же, он не стал об этом говорить. Если бывает время для осторожности, то сейчас именно такое время. – Какой же ты ублюдок! Ты ее ударил. Что за мужчина бьет женщину?

– Кузен, ты, как всегда, галантно защищаешь отъявленных шлюх. – Дэвид подошел к нему, стараясь, однако, не слишком приближаться. – Уверен, они это поощряют, но ты сам выглядишь довольно глупо. Полагаю, это потому, что твоя мать была одной из них. Жаль, мой дядя-герцог не выяснил это до того, как на ней женился. Это бы нас от многого избавило. – Дэвид посмотрел на Клер. – Он тебе не рассказывал про свою мать? Когда она выходила замуж за моего дядю, она была беременна. Она была из хорошей семьи, что делает ситуацию еще удивительнее. У нее был любовник, и она забеременела, а потом любовник умер, она поскорее вышла за моего дядю и сказала, что ребенок от него, просто родился семимесячным. Ей бы это удалось, но Хью оказался слишком похожим на своего настоящего отца. Видишь ли, все Лайнсы блондины, а он – черный. Дядя заподозрил истину, потому что настоящий отец Хью был его близким другом. И дядя изводил жену, покуда она не призналась. Потом он несколько лет избивал ее до бесчувствия, и она наконец сделала то, что от нее требовалось, – умерла.

Дэвид опять посмотрел на Хью. Глаза были полны злобы.

– Тебе тогда было тринадцать, Хью? Какая трагедия! – Он опять повернулся к Клер. – Мой дядя и хотел бы отказаться от ублюдка, но не мог публично навесить на себя ярлык дурака и рогоносца. Так что теперь мы имеем дело с узурпатором. Хью не имеет права называться герцогом Ричмондом. Герцогом должен быть я. В нем нет ни капли крови Лайнсов.

«Долго же ему пришлось разбираться в семейной истории», – подумал Хью. Когда-то для него было бы невыносимо выслушивать насмешливое повествование Дэвида, и тот это отлично знал. Но теперь Хью не вспыльчивый мальчишка, которого Дэвид знал, а мужчина. И хотя любое упоминание о матери, умершей пятнадцать лет назад, причиняло боль, но разговор об обстоятельствах ее жизни и смерти больше не наполнял его слепой яростью. Что же касается герцога – Хью теперь даже в мыслях не называл его отцом, – то он умер, когда Хью было двадцать пять. А последние слова герцога, обращенные к наследнику, были о том, что тот ему не сын и что он желает ему встретить безвременный конец еще до того, как у него появится сын, – тогда титул перейдет к тому, кто имеет на него право.

То есть к Дэвиду.

Хотя он не признавался в этом самому себе, но после смерти старого герцога Хью старался, чтобы предсмертная воля покойника исполнилась. Из чувства вины, как он полагал. Только в последние два года он почувствовал, что заслуживает право на жизнь.

– Хью… – Хриплый шепот Клер вернул его к настоящему. Шепот был такой, как будто у нее повреждено горло. Что же этот мерзавец с ней делал?! Хью по чувствовал, как напряглись и вздулись мышцы, и постарался их расслабить. Он не мог позволить себе роскошь рассвирепеть. – Хью, Дэвид собирается поджечь дом вместе с нами, – снова прошептала Клер. Дэвид улыбнулся.

– О, сначала я вас застрелю. Не вижу нужды причинять лишние страдания, – проговорил он с насмешкой в голосе. Потом перевел взгляд на Клер и, наставив на нее пистолет, добавил: – Ты первая. Вставай.

Хью вздрогнул, но тотчас же взял себя в руки и приготовился сделать все, что мог. Если повезет, он зацепит Дэвида ногами и свалит его на пол. Это не спасет им жизнь – тот головорез застрелит его через секунду, а если нет, то застрелит сам Дэвид, когда очухается, но все же это лучше, чем смотреть, как у него на глазах убивают женщину, которую он любит.

Выжидая момент, Хью не сводил глаз с пальца Дэвида, лежавшего на курке. Он надеялся, что уловит какой-то признак того, что Дэвид готов спустить курок. Краем глаза он заметил, что Клер, храбрая девочка, медленно встает, бросая на мужа ледяные взгляды. Она умеет быть храброй, когда загнана в угол, он знал это по собственному опыту. Правда, учитывая характер кузена – тот в детстве обожал отрывать крылья мухам, – храбриться не следовало, но Хью мысленно салютовал ее невозмутимости и мужеству. Да-да, в эти мгновения она была очаровательна. А Дэвид, конечно же, хотел бы, чтобы она хныкала, валяясь у его ног.

– Эй, Дэвид, – сказал он, чтобы его отвлечь. Тот обернулся и опустил пистолет. Хью тихо и осторожно вздохнул, он чувствовал себя как приговоренный, которому отложили казнь. – Дэвид, скажи мне вот что: зачем ты это делаешь?

Казалось, Дэвид потерял интерес к Клер. Он пересек комнату и снова приблизился к Хью. Кузен был в бутылочно-зеленом сюртуке, коричневых бриджах и безупречной рубашке, причем все аккуратно, каждый волосок на своем месте. Если бы не пистолет в руке, он бы выглядел как всегда. Не было даже безумного блеска в глазах, что могло бы объяснить его поведение. Он выглядел как совершенно нормальный человек. Наверное, так оно и было.

– Зачем делаю?.. Ведь ты целовал мою жену в саду, верно?

Значит, Дэвид или один из его головорезов наблюдал за ними. Хью внутренне содрогнулся, разумеется, из-за Клер. Сам он не раз без страха смотрел в лицо смерти, но ужаснулся за Клер.

52
{"b":"446","o":1}