ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Батиста, представь мне этих людей, – повторил Нагейра.

– Слушаюсь, капитан! – Боцман постучал концом каната по раскрытой ладони. – Так вот, люди, перед вами дон Мигель де Нагейра, отпрыск старинного кастильского дворянского рода и капитан галеона во флоте его католического величества Филиппа II, – он снова пристукнул концом каната по ладони. – Король оказал ему особую честь, много лет назад лично вручив капитанский патент.

Послышался одобрительный гул. Нагейра воспринял это благосклонно.

– Подвиги дона Мигеля, совершенные им во время многочисленных походов в Новый Свет, известны далеко за пределами Испании. В том, что во владениях его величества никогда не заходит солнце, есть заслуга и дона Мигеля. Враги нашего капитана произносят его имя со страхом и благоговением.

Нагейра заметил, что светловолосый подтолкнул «ученого» и ухмыльнулся. На этих двоих, очевидно, представление впечатления не произвело. Этого человека, Фитуса или Витуса, следует взять на заметку.

– ... дон Мигель, между прочим, не настаивает на том, чтобы вы называли его полным титулом. Достаточно будет, если, обращаясь к нему, вы будете называть его «господин капитан». Получив приказ, немедленно отвечайте: «Да, капитан!» Поняли?

Кое-кто из стоявших в шеренге негромко пробормотал:

– Да...

– Что-то я не расслышал! – рявкнул Батиста.

– Да! – прозвучало уже громче.

– Надо отвечать: «Да, боцман!»

Он заставил повторить это еще несколько раз, пока их ответ не прозвучал так громко, что его можно было услышать повсюду на галеоне.

– Вот и ладно! – вмешался, наконец, Нагейра. – Как капитан, я ожидаю от вас беспрекословного повиновения. Приказания исполняются немедленно – не важно, чего они касаются, не важно, поняли ли вы их. – Его рука внезапно выхватила шпагу и направила острие на шеренгу новичков. – Вы меня поняли, жалкие сухопутные крысы?!

– Да, капитан!

– Вот ты, – капитан острием шпаги указал на седобородого, – как тебя зовут?

– Клаас, капитан.

– Ты ведь моряк, Клаас, не так ли?

– Да, капитан, вот уже сорок три года, – седовласый весь подобрался.

– Ты когда-нибудь пробовал плетей?

– Э-э... да, капитан!

– Это хорошо, – Нагейра ехидно ухмыльнулся. – Сними рубаху.

Старик побледнел как смерть.

– Но, капитан...

– Заткнись! Я уже говорил, что на моем корабле приказы выполняются беспрекословно!

– Да, капитан, – испуганный старик подчинился.

– А теперь повернись.

Витус увидел спину, сплошь покрытую плохо зажившими вздувшимися шрамами. Магистр возле него с шумом втянул в себя воздух.

– Где ты получил свои плети? – спросил Нагейра, как о чем-то самом естественном.

– Это было на «Сантьяго» лет шесть-семь назад.

– А за что?

– Слишком медленно передвигался по вантам, капитан.

– Тьфу, – сплюнул Нагейра. – Поупражняешься немного и все вспомнишь.

– Да, капитан, – старик преданно кивнул.

– Ну-у, – Нагейра ухмыльнулся. Ему в голову пришла мысль, которая его позабавила. – Я вижу, ты со мной согласен, но я все-таки преподам тебе один урок. – Он прищелкнул пальцами. – Мою «трехминутную склянку»!

Ему быстро принесли песочные часы.

– Ага, вот и она. Слушай, старик. Здесь, в нижней части склянки, ты видишь некоторое количество песка. Когда я поверну часы, песок этот через самое узкое место начнет пересыпаться в нижнюю часть... Весь он пересыпается ровно за три минуты. И за это самое время тебе придется сделать вот что. Ты заберешься с фальшборта на буртик, затем по вантам до марса, – капитан показал рукой наблюдательный пост на мачте, который находился на высоте сорока футов над их головами. – Затем прокричишь: «Да здравствует капитан!», взберешься выше, до верхней реи, перейдешь на другую сторону и спустишься оттуда по вантам левого борта.

– Но, капитан, при всем ува...

– Снова сделаешь остановку на марсе и еще раз прокричишь: «Да здравствует капитан!»

– Капитан, простите, не смогу...

А на верхней палубе собиралось все больше народа, и все прислушивались к происходящему. О таких событиях на судне всем становится известно в один момент. Каким образом, никто объяснить не в силах! «Как и при наказании плетьми, – с отвращением подумал Фернандес. – Разве что во время наказания все стоят, выстроившись в шеренги, а сейчас глазеют, кто откуда хочет, как на ярмарке».

– Боцман да Сильва! – зычно позвал он. – Позаботьтесь о том, чтобы все эти зеваки, которым не к чему приложить руки, построились в колонну по трое! Да поживее!

– Да, штурман! – да Сильва, второй боцман на «Каргаде», прорычал пару слов, и через несколько секунд на верхней палубе воцарился полный порядок. Дон Альфонсо, до сих пор молча наблюдавший за этими событиями, сглотнул слюну. Как старшему вахтенному офицеру, это ему, собственно, следовало озаботиться наведением порядка, но он как-то отвлекся. Он вообще не был исправным служакой, требующим неукоснительного исполнения всех писаных и неписаных правил корабельной службы. Это объяснялось прежде всего тем, что офицерский патент достался ему не за особые заслуги, а благодаря происхождению.

– Вот теперь все выглядит куда лучше! – воскликнул он, чтобы обратить на себя внимание.

– Ладно уж, дон Альфонсо, – Нагейра был немного обескуражен, что его прерывают, – сначала этот Фернандес, а потом еще и дон Альфонсо. В этом тоже угадывается недостаточное уважение к нему, что в штатной ситуации повлекло бы за собой дисциплинарные взыскания, но не теперь. О, история с седым куда интереснее!..

Нагейра вернулся к поперечному релингу, стараясь сохранить невозмутимый вид. Его глаза искали и нашли старика.

– Чтобы ты чувствовал, что стараешься не зря, обещаю тебе бочонок шерри, если ты все выполнишь в условленное время. А если не справишься, завтра утром попробуешь моих плетей. И ты, и этот белобрысый весельчак.

– Капитан! – к Нагейре подошел Фернандес. Он говорил очень тихо, чтобы никто, кроме капитана, слышать его не мог. – Хочу обратить ваше внимание на то, что на это не способны даже самые ловкие из наших матросов.

Нагейра, по горло сытый прекословием, побагровел. Подумал, не пригрозить ли и Фернандесу плетьми, но, увы, еще никто не обходился в море без штурмана.

– Не могу припомнить, чтобы я интересовался вашим мнением, – процедил сквозь зубы Нагейра.

– Извините, капитан, – Фернандес отвернулся. Ему с трудом удалось скрыть чувство отвращения к этому живодеру. И в сотый раз штурман проклял Адмиралтейство, которое отклонило его прошение о переводе на другой корабль.

– Раз, два, три – пошел! – капитан перевернул песочные часы и поставил их на релинг, чтобы их могли видеть все, а Клаас, тяжело дыша, начал взбираться по вантам. Десятки пар глаз следили, как он, напоминая жука, довольно быстро карабкался по вантам.

Взгляд Витуса метался туда-сюда – со спины Клааса на песочные часы. Когда почти половина песка уже просыпалась, Клаас, задыхаясь, достиг марса, подтянулся, встал и прокричал:

– Да здравствует капитан!

А потом полез выше. На высоте верхней реи песок просыпался на три четверти. Теперь уже каждому стало ясно, что седой с задачей не справится. Витус опять перевел взгляд на Нагейру и его офицеров. Первый офицер стоял надутый и чем-то недовольный, зато штурман был явно обеспокоен тем, что происходило у него на глазах.

Движения Клааса сделались менее уверенными, толпа на палубе ощущала, какой страх им овладел, когда он перебрался на ванты бакборта и начал спуск.

Магистр толкнул Витуса локтем в бок:

– Вниз ему нужно спуститься куда быстрее, чем он поднимался, – прошептал он. – Может быть, у него все-таки получится...

– Будем надеяться.

И тут Клаас оступился. Его левая нога не попала на толстый просмоленный трос и повисла в воздухе. А правая соскользнула...

– Ааааах! – тень, отчаянно махавшая руками и перебиравшая ногами, полетела вниз и рухнула на палубу рядом с релингом у левого борта. Звук был похож на глухой удар в литавры.

119
{"b":"447","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Пустошь
Октябрь
Наследие
Потерянные девушки Рима
Ложь во спасение
Вакансия для призрака
Фея с островов
Паутина миров
Доктрина смертности (сборник)