A
A
1
2
3
...
54
55
56
...
146

Озо уставился вслед странному великану, потом пожал плечами и снова принялся выкрикивать.

– Свежие яблоки, сочные окорока! Яблоки свеженькие, только что с дерева!

– Яблоки и окорока можешь оставить себе, – толстый крестьянин остановился перед ящиком с поросенком. – А вот эта тварь меня интересует. Здоровый ли он у тебя?

– А то как же, сеньор! Здоровее не бывает!

– Хм, – толстяк высморкался, нагнулся над ящиком и вытащил оттуда поросенка. – Ну, это маленькая тварь... А где остальной приплод?

– Уже продали, – быстро солгал Озо. Зачем крестьянину знать, что весь приплод из трех поросят и состоял. Два сразу подохли. Черт его знает, почему. Его мать, правда, сказала, что свиноматка у них чересчур старая, но и об этом посторонним знать незачем.

– Продали? Кому это? – вмешался в разговор один из близнецов. – Мы бы об этом знали, правда, братец?

– Конечно, – с самым невинным видом сказал крестьянину другой. – Мы все это время были здесь. Но мы, конечно, не хотим сказать, что Озо лжет...

– Подождите-ка, – проворчал крестьянин и двинулся на Озо. А поросенка просто взял и бросил обратно в ящик. Тот захрюкал – не понравилось!

– Да нет же, сеньор, всеми святыми вам клянусь! – Озо не на шутку испугался. – Остальных поросят продали еще на прошлой неделе!

Хоть бы крестьянин ему поверил! Когда торгуешь животными, обман не пустяк. Эх, и принесло же сюда этих близнецов! Озо дал себе слово насолить им при первой же возможности. Такое им устроит, что они не обрадуются!

– Вы только посмотрите, сеньор, – он снова достал поросенка из ящика и приблизил его к самому лицу крестьянина. – Посмотрите на него внимательнее – вы отродясь не видели поросенка здоровее этого.

– И сколько же ты за него хочешь?

– Что там говорить о цене, сеньор. Христос свидетель, мне и в голову не пришло бы спросить с вас лишку.

– Не поминай Господа всуе! – снова вмешался в разговор один из близнецов. Его голос звучал благочестиво.

– Да, лучше ты это брось, – поддержал его другой. – У нашего Господа Иисуса Христа своих забот полно, ему нет дела до мальчишек, продающих в базарный день своих поросят. Он, как всем известно, сидит по правую руку от Бога и...

– ... иногда спускается на землю и является тем, кто избран Им! – вырвалось у Озо.

Он сам не знал, зачем сказал это, оно как-то случайно пришло ему в голову, потому что у него появилось чувство, что это может придать разговору другой поворот.

– О чем это таком вы тут толкуете? – крестьянин был совершенно сбит с толка.

– Не хватает только, чтобы ты сказал, будто Иисус явился не кому-то, а тебе самому! – ухмыльнулся один из близнецов.

– Может быть, как раз в тот самый момент, когда ты нес на руках вот этого поросенка? – ехидно подначил его другой.

– Убери поросенка от меня подальше – потребовал крестьянин.

Озо повиновался.

– Но именно так все и было! – воскликнул он. – Я видел Господа нашего Иисуса Христа несколько месяцев назад. По-моему, это было в марте у заливных лугов Пахо, где я всегда пасу наших овец. Он явился мне. Мне – и никому другому!

– Хвастун! – воскликнул один из близнецов.

– Ум за разум зашел, – поддержал его другой.

Крестьянин торопливо крестился.

– За плечами у него был посох или что-то в этом роде, и он слегка прихрамывал, – единожды начавши, Озо уже не знал удержу, тем более что, как он заметил, Нина с интересом прислушивалась к его словам.

– Ну, и как же он все-таки выглядел? – проговорила она своим певучим голосом; она одна не усомнилась изначально в правдивости его слов.

– О, какой же у него сияющий, прекрасный лик! Сколько в нем благородства! Глаза обращены к небу, и смотрел он, по-моему, со... страданием! – При встрече с незнакомцем Озо, конечно, лица его не разглядел, но разыгравшаяся фантазия восполнила недостающие детали.

– Я тоже как-то однажды видел это лицо, – несколько спустя заявил один из близнецов.

– Я тоже, – как эхо, отозвался Другой. – Такое лицо у резной фигуры Иисуса Христа в нашей церкви над алтарем.

Крестьянина давно и след простыл. Зато к ним подошли другие базарные завсегдатаи. Особенный интерес к этому разговору проявляли женщины.

– Вы, идиоты! – вскричал взбешенный Озо. – Я в самом деле видел Господа нашего Иисуса Христа. Он был в темной накидке, и на плечах у Него был посох! – Парень не заметил даже, что от волнения повторяется, потому что на него, не отрывая глаз, смотрела Нина. И это придавало ему уверенности в себе. Он вошел в раж: – Я все точно помню. За спиной у Него был короб. Шел Он не слишком быстро, прошел уже, наверное, долгий путь... Учеников Его рядом с Ним не было, а сам Он все время взывал к какому-то не то Мастеру, не то Учителю. Наверное, с Богом общался.

Озо по-настоящему разошелся:

– И вдруг Он заметил меня. Он приблизился ко мне, и я испытал чувство благоговения перед Ним. «Озо, сын Мой, – сказал Он. – Я остановил на тебе свой выбор, тебя ждет необычная судьба. Ты станешь самым богатым, самым счастливым и смелым человеком во всей Испании, если будешь верить Мне всегда и во всем».

«Я верую в Тебя, о Иисусе Христе!» – воскликнул я и упал пред ним на колени. Он поднял меня, и на какое-то время я словно ослеп от невероятно яркого и чистого света, воссиявшего округ. А когда я снова стал различать окружающие предметы, Иисус Христос исчез.

Озо перевел дыхание. Все, собравшиеся вокруг молчали. Упади иголка, это было бы слышно.

Он торжествующе оглядел всех:

– Все это было со мной наяву, клянусь Пресвятой Девой!

Нина от удивления даже рот раскрыла. Какие у нее губы, а зубки!.. Озо был доволен собой. Люди не знали, что и подумать. Неужели этому мальчишке действительно явился Распятый на Кресте? Многие знали Озо как мальчишку ленивого и беспутного, а вовсе не богобоязненного. Но ведь им не раз приходилось слышать историю о том, как Савл превратился в Павла. Многие ощущали сейчас какую-то необъяснимую робость.

– Все это в самом деле случилось со мной, клянусь Пресвятой Девой! – еще раз заверил их Озо. Он увидел, что стоящие перед ним люди расступаются, пропуская кого-то вперед. Это к нему приблизился Орантес.

– Что здесь происходит? – зычно спросил он. Зычно, но не совсем внятно. – Кто здесь клянется именем Пресвятой Девы?

Слегка покачиваясь, он остановился перед близнецами. Когда никто на его вопрос не ответил, он напустился на первого из братьев.

– В последний раз спрашиваю, Антонио, что здесь происходит?

– Ничего особенного, отец, – с невинным видом ответил тот. – Вот Озо рассказал нам, что ему явился Господь наш Иисус Христос – только и всего.

– Это, конечно, людей заинтересовало, – поддержал брата Лупо.

– Озо? – Орантес огляделся. – Какой еще Озо?

– Это я, сеньор, – скромно проговорил Озо. Он хотел произвести благоприятное впечатление на отца своей возлюбленной.

– Да ведь ты Озо Перпиньяс, сын Марии? – Орантес оглядел его с головы до ног. Он довольно давно его не видел. Парнишка за это время здорово вытянулся, ростом почти с его близнецов. Но, если отвлечься от его мохнатых бровей, он еще сущий сосунок. Орантес признался себе, что этот мальчишка ему не нравится.

– Да, сеньор, – Озо попытался изобразить нечто вроде поклона.

– Нашему Озо в марте явился Господь наш Иисус Христос, – повторил Антонио.

– И предрек ему редкую судьбу: он, мол, станет самым богатым, самым счастливым и смелым человеком во всей Испании, – добавил Лупо.

Антонио часто закивал, как бы подтверждая слова брата.

– Он только что всем нам это рассказал, отец. А ты знал, что у Христа были светлые до плеч волосы и что ходил Он в ризе с кожаным коробом за плечами?

– Вы что, одурачить меня хотите? – в голосе Орантеса звучала нескрываемая угроза. И говорил он сейчас достаточно четко.

– Да нет же, отец! Хочешь – спроси Озо сам.

Орантес повернулся к подростку.

– Ну, правду они говорят?

– Чистую правду, сеньор, – Озо изо всех сил старался говорить спокойно и убедительно: – Я видел Иисуса Христа, всеми святыми клянусь. Это, если я не ошибаюсь, было в марте. Он шел вдоль берега реки.

55
{"b":"447","o":1}