ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Рецепты Арабской весны: русская версия
Дар Дьявола
Ведьма по ошибке
Мисс Магадан
Дори и чёрный барашек
Посольство
Вероломная обольстительница
Магическая академия строгого режима
Что не так в здравоохранении? Мифы. Проблемы. Решения
A
A

– Мы, артисты, считаем, что любое человеческое существо обладает достоинством вне зависимости от того, где и каким оно родилось.

– М-да... Тогда... – бородач был сбит с толку тем обстоятельством, что вместо доктора ему ответил Артуро. – Ну, значит, это... Я хочу, чтобы вы знали, что этот дурачок Рамон за многие годы обошелся городу в приличную сумму. Не забывайте, что мы обязаны каждый день кормить его и кто-то должен постоянно... э-э... убирать за ним. Город просто не может себе этого позволить. А учредить ради него одного дом для полоумных – тем более.

– Однако, однако!.. – на лице доктора появилось выражение сочувствия и понимания. – Если я тщательно осмотрю этого человека, то обнаружу у него прямо под теменной костью камень глупости. Сколько вам не жалко, чтобы я удалил его?

Бородач разинул рот и в недоумении посмотрел на остальных.

– После удаления камня глупости он через две недели выздоровеет и сможет заняться какой-нибудь работой, так что город перестанет на него тратиться, – вел свою линию доктор. – Думаю, одного серебряного песо это стоит, вы как считаете?

Бородач обсудил его предложение с остальными, потом кивнул в знак согласия.

– Мы, правда, не можем сейчас узнать мнение исполняющего обязанности алькальда, но уверены, что на такое дело он денег из городской казны не пожалеет. А мы заплатим эту сумму вперед.

– Тогда договорились! Достаньте его из клетки и посадите на мой операционный стул. Привяжите его к спинке стула и держите все четыре конечности!

Мужчины поспешили исполнить его приказ. Без труда вытащили из клетки слабоумного, который не понимал, что происходит. Он продолжал глупо улыбаться и что-то бормотать.

Не обращая на это никакого внимания, доктор взял большие ножницы и принялся тщательно выстригать волосы на темени Рамона. Волосы на затылке он не трогал. Покончив с этим, окунул свою кисточку в какую-то горчичного цвета жидкость и несколько раз провел ею по голому черепу.

– Этот наркотик необходим для местного обезболивания! – громко крикнул он стоявшим перед помостом горожанам.

Тирза держала наготове небольшой скальпель, но доктор отмахнулся.

– Дай мне большой, – прошептал он. – Пусть люди видят, что у меня в руке.

Она протянула ему большой скальпель. У него была серповидная ручка и лезвие длиной дюймов шесть.

– Так, люди добрые, операция начинается! – Бомбастус Зануссус быстро сделал надрез от лба до затылка. Слабоумный заорал от боли, но крепкие руки не давали ему пошевелиться. Последовал второй надрез, поперек первого, так что оба они образовали букву «Т». Кровь стекала по обе стороны черепа и обрызгала державших Рамона горожан. Рамон скулил и силился вырваться из их цепких рук.

– Т-образный надрез вплотную приближает нас к «камню глупости»! – комментировал хирург свои действия. Он вернул скальпель Тирзе, в руках которой перед этим что-то было, но никто на это внимания не обратил. Бомбастус Зануссус неожиданно резко рванул голову дурачка назад, так что никто его черепа некоторое время видеть не мог.

– Мы раздвигаем лоскуты кожи на черепе! – воскликнул он. – И вот уже видим... – он сделал нужную паузу. – Мы видим камень глупости! – В его руке оказался камешек величиной с голубиное яйцо, до боли похожий на обыкновенный дорожный камень.

Толпа захлопала в ладоши.

Дурачок хватал воздух широко раскрытым ртом.

– А теперь наложим два шва! – воскликнул доктор, держа наготове иглу с продетой суровой ниткой. – Затем перевяжем льняным бинтом – и дело сделано!

Вскоре он выпрямился и отошел от пациента.

– Посадите его обратно в ящик, – велел он горожанам, не повышая голоса. – До полного выздоровления его мозгу потребуется еще несколько дней. А до этого он будет казаться несведущим, все таким же полоумным.

– Если бы вы, доктор, знали, как мы вам признательны! – проговорил бородач, в то время как его приятели уносили ящик.

– Вам незачем благодарить меня, мой юный друг. А деньги примет от вас моя помощница.

– У нашего отца плева на глазу, господин доктор, – два мужчины, похожие друг на друга, как бывают похожи родные братья, помогли подняться на помост седому старику. – Он так плохо видит правым глазом, что способен только отличать свет и тьму.

«На вид этому человеку далеко за семьдесят», – подумал Витус.

Старик, простой, бедно одетый, крестьянин, с тяжелым вздохом опустился на стул. Бомбастус Зануссус запросто потрепал его по плечу. А потом, повысив голос, возвестил:

– У дедушки наслоение на глазной оболочке, или плева – как вы выражаетесь. Мы, ученые, называем это заболевание глаукомой. Ну-с, – наклонился он над стариком, – как вас зовут?

– Фелипе, – пробормотал тот. Ему было явно не по себе.

– Фелипе поможет лекарство, которое я с успехом применял сотни раз. Для приготовления этого средства следует взять яйца красных муравьев и положить их в стеклянную баночку, которую надо тщательно закрыть. Затем баночку ставят в сырое тесто. Из него формуют хлеб и выпекают его в печи. Когда хлеб остынет, баночку из него осторожно вынимают, и видят, что муравьиные яйца превратились в муравьиную жидкость. Эту жидкость следует пять-шесть раз в день закапывать в глаз, каждый раз по капельке, и очень скоро, уважаемый пациент, ваш глаз совершенно очистится.

На сей раз доктор голоса не повышал, но стоявшие в первых рядах его отлично слышали. К удивлению Бомбастуса Зануссуса вперед выступил один из сыновей старика:

– Таких рецептов наш отец перепробовал уже целую дюжину, доктор, и все коту под хвост. Мы хотели бы, чтобы опытный хирург сделал ему операцию. Если вы этого не можете, скажите прямо.

Витус тоже понял, чего хочет сын старика. Ему не терпелось увидеть, как отреагирует доктор.

– А если дедушка желает получить помощь через несколько минут, – прокричал доктор в толпу, будто слова сына вовсе не были произнесены, – то нет ничего действеннее, чем операция!

И снова обратился к старику:

– Вы согласны на операцию, уважаемый? – Фелипе испуганно кивнул. – Такая операция обойдется вам недешево, это я вам сразу скажу. За такую операцию я беру полпесо.

– Не беспокойтесь, доктор, – сказал второй сын. – У нас есть чем заплатить.

– Отлично. Посадите вашего папашу на солнце и, будучи заботливым сыном, поддерживайте ему голову сзади, а ваш брат пусть держит его за руки.

Бомбастус Зануссус подозвал Тирзу, которая дала ему нужную для прокалывания иглу. Доктор встал напротив старика, держа иглу в правой руке, но понял, что ее надо переложить в левую, потому что прооперировать предстояло правый глаз. Он не произносил ни слова, сосредоточившись. Потом большим и указательным пальцами правой руки раздвинул веки, а левой сделал прокол. Внешне его движения казались плохо скоординированными. Но вот он решительным движением сделал укол иглой в белок глаза со стороны виска. Старик застонал и попытался откинуть голову дальше назад, но руки сына не дали ему этого сделать. Вот игла проникла в зрачок. Доктор на несколько секунд позволил себе передохнуть и глубоко вдохнул. Старик замер, как суслик на солнце.

– Сейчас все кончится, отец, – успокаивал сын, державший его за руки.

Бомбастус Зануссус погружал иглу все глубже, вдавливая вниз помутневший хрусталик, пока он не скрылся. Как только это произошло, лекарь вытащил иглу и с облегчением распрямился.

– Вот и все! Вот и все! – воскликнул он. – Как, больной, видите вы меня?

Старик часто-часто заморгал, из глаза обильно сочилась жидкость.

– Да, правда – вижу! – воскликнул он некоторое время спустя. – Я правда вижу только контуры, но теперь гораздо четче, чем раньше.

– Вот и славно! – доктор был очень доволен. – Я сейчас сделаю вам примочку с моей муравьиной жидкостью, перевяжу оба глаза, чтобы вы ничего не видели и чтобы вам не хотелось поводить глазами. Восемь дней вы должны лежать в постели и набираться сил.

– Благодарю вас, господин доктор, – пробормотал старик, с трудом вставая на ноги с помощью сыновей. Он еще не отошел от операции.

88
{"b":"447","o":1}