ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Знаешь, Витус, в Андалузии, – продолжал он, как ни в чем не бывало, – идальго изобрели одну игру. Они сражаются со взрослыми быками и пользуются для этого мечами, кинжалами и копьями, а у нас, на севере, полным-полно глупых волов – для них и дубинки хватит.

Взбешенный Алисон в третий раз бросился в атаку, держа меч прямо перед собой. Он хотел, воспользовавшись тем, что его меч куда длиннее деревянного дуссака Артуро, нанести ему прямой удар в живот.

Однако учитель фехтования, как и до этого, отступил назад и в сторону, так что Алисон, задыхаясь, остановился, выпучив глаза. До него начало доходить, что дело ему предстоит нешуточное.

– Следи за постановкой моего корпуса, Витус, – говорил Артуро. – Сейчас я предлагаю ему «кварт». – Он отставил правую руку от тела и отвел дуссак на уровне плеча налево. Тем самым правая часть его тела оставалась незащищенной. – Посмотрим, примет ли живодер это приглашение.

– Еще как! – прокашлял Алисон и с мечом в вытянутой руке бросился вперед, чтобы поразить противника в грудь.

Однако Артуро был начеку и в последний момент отбил меч в сторону. Когда Алисон опять пробежал мимо, учитель фехтования изо всех сил ударил его ногой по бедру. Алисон заорал и скорчился от боли.

И тут Артуро в первый раз нанес удар, он пришелся в спину противника между лопатками. Раздался хриплый болезненный крик. Алисон повалился на колени, жадно хватая воздух широко открытым ртом. Меч выпалу него из рук. Он мотал головой, ничего не понимая.

– Об ударах, которые я сейчас наношу, Витус, ни в одном учебнике фехтования не сказано, – Артуро говорил нарочито безучастным тоном, – а среди знающих людей то, что будет вытворять мой дуссак, называют еще «пляской».

Он подошел к беспомощному теперь Алисону и несколько раз прошелся по его бокам дуссаком плашмя. Удары были не сильными, но весьма и весьма болезненными и при этом рассчитанными так, чтобы не повредить внутренностей.

– Ну, живодер, поскольку я догадываюсь, что ты в конце нашего поединка все-таки выберешь жизнь, можешь сейчас же исчезнуть.

Не переставая кашлять и отплевываться, Алисон поднял с земли свой меч. Дрожащими от слабости руками он отнюдь не с первой попытки вложил его в ножны. С трудом распрямился во весь свой рост, стараясь при этом не смотреть в сторону учителя фехтования. Медленно направился к своей лошади.

– Ее оставишь здесь, живодер! – резко проговорил Витус. – Довольно ты ее помучил. Больше тебе ее не оседлать!

– Но как же я... такая грязь на дороге... я не могу... – пробормотал Алисон.

Артуро вопросительно посмотрел на молодого человека.

– Возвратишься в город на Изабелле, – решительно сказал Витус. – Довезя тебя до дома, она найдет обратный путь.

Так оно и вышло.

ТИРЗА

Я просто не могла дождаться, когда избавлюсь от своих болячек. Вчера вечером я впервые за долгое время ни на что не могла пожаловаться, и, как видишь, мне сразу удалось соблазнить тебя.

Дожди шли, не переставая, целую неделю, сильные, проливные. Влага проникала отовсюду, через каждую щелочку на крыше или потолке. Из-за нее плесневели продукты, отсыревала одежда, металлические предметы покрывались ржавчиной, на потолке появлялись бесчисленные мелкие капельки – влажность становилась повсеместной и всесильной. Небо словно открыло все свои большие и малые шлюзы, чтобы не оставить ни одного сухого клочка земли.

Дождь лил с утра до вечера и всю ночь до утра, а в те редкие минуты, когда дождь прекращался, циркачи пытались просушить одежду или разжечь костер.

Наверное, испокон веков здесь не было такого дождя.

Наконец на восьмой день сквозь толщу туч пробился солнечный луч, и люди перевели дух. Витус вышел из их с Тирзой фургона и, расставив руки, стал на солнце. Как славно вновь ощутить его тепло!

– Пока ты доберешься до Роденьи и попадешь к этому помощнику алькальда, пройдет никак не меньше двух дней. Как ты думаешь, Витус, ему полегчало? – спросила подошедшая к нему Тирза.

– Если донья Евгения выполнила все, что я ей сказал, да. Тем не менее мы с Магистром попытаемся добраться до города уже завтра.

У Тирзы сразу испортилось настроение:

– Твоя ассистентка – я. И в город, вообще-то, положено ехать мне.

Однажды вечером во время дождей к Витусу заглянул Артуро и предложил ему занять в их труппе место Бомбастуса Зануссуса. Витус поначалу не соглашался, в результате признал, что эта идея не из худших: в качестве врача труппы он мог бы вносить в общую кассу труппы дополнительные деньги и, самое главное, набраться бесценного опыта, потому что к нему будут подходить с самыми разными болезнями. Однако он настоял на том, что больных он будет осматривать и пользовать не на помосте, на глазах у всех, а около помоста, чтобы особого внимания к себе не привлекать.

Артуро, который с удовольствием воспротивился бы этому из рекламных соображений, был вынужден со своей стороны пойти на уступку. А когда они обо всем договорились, вдруг появилась Тирза и стала настаивать на том, чтобы Витус взял ее в ассистентки...

– Ты права, – согласился Витус. – Вообще-то меня должна была бы сопровождать ты. Но в данном случае, когда я буду обследовать подбрюшье дона Франсиско, твое присутствие было бы не совсем уместным.

– Ладно, нет – так нет, – Тирза силилась не выдавать своего разочарования. – Пойду взгляну на буланого. По-моему, он что-то приболел...

Как только драчливый Алисон «ускакал» верхом на Изабелле, Тирза занялась его лошадью. Это было видное животное с черной гривой, черным хвостом и тонкой черной полоской вдоль позвоночника. Тирза откармливала его отборным зерном и целыми днями от него не отходила, гладя его и разговаривая с ним. У Бьена, как она назвала буланого, обнаружилась экзема на шее и груди, которую девушка лечила, вспомнив заветные рецепты цыганской медицины.

– А чем, вообще говоря, ты смазывала его язвы? – как-то спросил Витус.

Тирза испытующе взглянула на него:

– Тебе известно, что я не вправе открыть этот секрет. Все рецепты цыган – секретны. Существует поверье, что, если расскажешь о них, они перестанут действовать.

– Ты сама в это не веришь. Я ведь тоже открываю тебе свои рецепты, от этого они не становятся менее действенными.

– Это совсем другое дело. – Она боролась с собой. – Ладно, тебе я скажу: нужно растереть буковый орешек в порошок и присыпать им язвы. Кроме того, животное в течение двух дней не должно получать пищи, чтобы ядовитые вещества поскорее вышли из организма. Единственное, что ему в это время можно давать, так это воду с медом. Через два дня следует растолочь две головки лука и добавить животному в корм. Только и всего.

– Что? Лошадь станет есть лук?! Как ты этого добилась?

– Ну, это вовсе не так уж просто. У меня было две моркови, в них я и втиснула толченый лук.

Тем временем они подошли к Бьену, который стоял за повозкой рядом с гнедым. Благодаря лекарству Тирзы язвы, можно сказать, совсем исчезли.

– Орешки бука! – удивлялся Витус. – Орешки бука и головки свежего лука! Никогда не подумал бы, что это может так подействовать. Но твой рецепт оказался правильным – и в этом все дело!

– Я рада, что ты так считаешь, – глаза Тирзы заблестели. – Бомбастус Зануссус нашу медицину и в грош не ставил и называл ее дьявольскими бреднями. А ведь у цыган столько народных рецептов и снадобий, сколько нет ни у одного народа на земле. Возьмем, к примеру, эту толстуху, что умерла, когда у нее вырывали зуб: я бы ни за что не дала ей капель из жижи.

– Я тоже. Вот что я тебе предлагаю: можешь применять любой из своих рецептов на приемах, но при одном условии – объясняй мне, что входит в состав лекарства.

Тирза колебалась недолго.

– Согласна, – сказала она и протянула ему руку.

Рукопожатие ее было теплым и крепким.

– Дай мне скальпель для удаления катаракты, Тирза. Такой, с роговой ручкой.

95
{"b":"447","o":1}