ЛитМир - Электронная Библиотека

Будыль посмотрел на него с удивлением и спросил:

– Ты чего, княжич?

– Не знаю, – процедил сквозь зубы Олегаст. – Но тем оврагом я не поеду.

– Брось, княжич, – засмеялся мечник Невзор. – Мертвые не кусаются.

Олег и сам не знал, что заставило его придержать коня. Вероятно, это было неясное чувство приближающейся опасности. От кого она исходила, он пока не понимал, но в ее существовании не сомневался.

– Что встали-то? – спросил Драгутин, обернувшись.

– Княжич зачудил, – сказал с усмешкой Будыль. – Кажется ему что-то.

– Не дури, – строго посоветовал сыну Драгутин. – В нашем роду трусы отродясь не водились.

– Не поеду я оврагом, – ощерился на него Олег. – Смерть в том овраге! И твоя, и моя.

Драгутин с изумлением уставился на юного ротария. Робким Олег не был, в этом боготур уже не раз имел возможность убедиться, тогда какого рожна он стал праздновать труса в этом месте, пусть и глухом, но совершенно безопасном?

– Ты пойми, Олег, – попробовал переубедить отрока Невзор. – Те покойники уже давно сгнили, их души ушли в страну Вырай, а упыри в наших лесах сроду не водились. Да и не осмелится упырь напасть на боготуров.

– Не поеду, – мрачно проговорил Олег. – Вам что, всем жить надоело?

Драгутин аж побурел от гнева. Вот ведь наградила его Хирменгарда отпрыском. Он, оказывается, темноты боится. Няньку, что ли, ему нанять, чтобы слюни вытирала?! Не поедет он, видишь ли! А воля отцовская на что!

– Погоди, – остановил разбушевавшегося боготура Осташ. – Надо разобраться. Пусть Невзор и Будыль проверят, не прячется ли кто в овраге.

Невзор в сердцах плюнул и зло покосился на Олега. Понять викингов можно было, от дома после двадцати пяти лет странствий их отделяло всего ничего, а тут изволь потакать причудам княжича, испугавшегося упырей. На их месте не только плюнешь, но и завоешь. Тем более что до оврага оставалось еще пройти пешком шагов четыреста, и это по глубокому снегу.

– Давайте я сам пойду, – предложил Олег.

– Сиди уже, – цыкнул на него Драгутин. – Провидец.

Викинги сдержанно засмеялись. Кто-то предложил зажечь факелы, дабы приободрить княжича, но Осташ запретил. Похоже, только он один среди всадников, сгрудившихся на лесной поляне, считал, что Олег задурил неспроста. Между тем в лесу совсем стемнело, и ночь, как назло, выдалась безлунной и морозной. Самое время было разводить костры и расседлывать лошадей. Однако боготуры медлили с приказом, и викингам оставалось лишь перешептываться и ждать.

Будыль с Невзором вынырнули из темноты столь внезапно, что Осташ невольно вздрогнул.

– Засада!

– Сколько их.

– Полсотни, наверное, наберется, – неуверенно отозвался Невзор. – Может, больше. Прячутся за деревьями вдоль оврага. Еще немного, и они нас стрелами испятнали бы.

– А княжич-то у нас вещий, – тихо засмеялся Будыль. – Кабы не он, быть нам убитыми у родного порога.

– Хазары? – спросил Осташ.

– Кто их разберет, – вздохнул Невзор. – Темно.

– Спешиться, – приказал Драгутин. – И чтоб ни единого звука.

Ган Кончак изрядно замерз в своей собольей шубе, рядом клацал зубами князь Стоян. Место для засады было выбрано с большим знанием дела, но кто же мог предположить, что к ночи ударит такой сильный мороз. Хазары и мечники глухо роптали, но от ругани пока воздерживались, дружно утаптывая сапогами рыхлый снег.

– А ты уверен, что они поедут именно этим оврагом? – в который уже раз спросил у князя ган Кончак.

– Уверен, – зло отозвался Стоян. – Другой дороги на город Торусин нет.

– Так, может, они заблудились или остановились на привал?

– Осташ в радимицких лесах не заблудится, – твердо сказал князь.

Кончаку ничего другого не оставалось, как ругаться да дуть на замерзающие пальцы. Дно оврага было перед ними как на ладони. Хорошему стрелку даже в полной темноте не составило бы труда поразить цель на таком расстоянии, но предусмотрительный Стоян приказал своим мечникам разложить по дну оврага кучи валежника, чтобы поджечь их по княжьему слову. Ган, неотрывно смотревший вниз, хоть и с трудом, но различал сгорбившиеся фигурки людей. Наверное, мечникам там было теплее, чем их товарищам наверху, где гулял пронизывающий ледяной ветр.

– Едут, – выдохнул над ухом замерзшего Кончака всадник, вынырнувший из темноты.

– Заметили тебя? – спросил Стоян.

– Нет, я шагов пятьдесят пробежал по снегу, а уж потом сел на коня.

Кончак почувствовал, как кровь быстрее побежала по жилам, возвращая членам утраченную было подвижность.

– Много их?

– Раза в два поменьше, чем нас, – отозвался дозорный.

– Приготовить луки, – негромко распорядился Стоян. – Натянуть тетивы.

Хазарский ган вздохнул с облегчением. Не зря, выходит, ждали. Теперь бы только не оплошать со стрельбой и не упустить добычу, попавшую в расставленные силки. Кончака охватил охотничий азарт. На всякий случай он попробовал, как вынимается из ножен меч, хотя вряд ли викинги, попавшие в засаду, сумеют выбраться из оврага по крутому склону, засыпанному снегом.

– Факелы, – ткнул пальцем князь Стоян в сторону огней, замелькавших в отдалении.

Огни явно приближались. Не было никаких сомнений в том, что боготуры и их люди втягиваются в овраг, где их поджидала неминуемая смерть.

– Пора, – выдохнул Кончак.

– Рано, – не согласился с ним Стоян. – Пусть втянутся поглубже.

– Что-то мало их, – робко заметил дозорный. – Вроде больше было.

Стоян уже открыл было рот, чтобы крикнуть давно ожидаемое слово «зажигай», но тут же рухнул на снег как подкошенный. Потрясенный Кончак оторопело уставился на стрелу, торчащую из спины князя.

– Это они! – крикнул дозорный и тут же рухнул на снег.

Вопли раненых и победный рык нападающих разносились по всему лесу. Опомнившийся Кончак рванулся было к лошадям, но вовремя сообразил, что не найдет там ничего, кроме смерти. Боготуры и их мечники с тыла напали на людей, томившихся в засаде. Тех, кто уцелел под градом стрел, теперь добивали мечами и секирами.

Гану пришлось скатиться в овраг и затаиться там под грудой валежника. Он слышал враждебные голоса прямо над своей головой, но, к счастью, его не обнаружили, да, кажется, особо и не искали. Судя по всему, боготуры и викинги торопились убраться из опасного места, и вскоре их зычные голоса утонули в ночи.

Ган выбрался из своего убежища и огляделся. Ночь сгустилась до полной беспросветности, и только на выезде из оврага мелькали факелы. Это на рысях уходили те, кому в эту ночь не суждено было умереть. Ган сделал несколько шагов по рыхлому снегу и упал, споткнувшись о неподвижное тело. Впрочем, если судить по вскрику, человек был жив.

– Кто такой? – негромко спросил Кончак.

– Чеслав, мечник князя Стояна.

– Дорогу знаешь?

– Выведу из леса с закрытыми глазами, ган.

Кончак вздохнул с облегчением. Кажется, ему крупно повезло в эту ночь. Значит, появляется возможность отомстить тем, кто так жестоко обманул сегодня и далеко не глупого Гана, и несчастного князя Стояна, повторившего судьбу своего отца.

– Зажигай костер, – приказал Кончак мечнику. – Может, еще уцелел кто-нибудь.

– А если боготуры вернутся? – испугался Чеслав.

– Не вернутся, – глухо сказал ган. – Место здесь проклятое.

Глава 3

ЦАРЬГРАД

Русы появились у Константинополя столь внезапно, что епарх Мануил едва успел выставить на стены «бессмертных», имевшихся в его распоряжении. От красных ладей, скопившихся в море, просто рябило в глазах, а русы уже хлынули на берег, сметая со своего пути все живое. Слава Всевышнему, перетрусившие стражники все же успели поднять цепь и тем самым перекрыли грабителям путь в гавань, но предместья ромейской столицы уже полыхали.

Епарх Мануил с ужасом наблюдал за черными клубами дыма, окутавшими царственный город. Первая его мысль была о том, что империю предали, ибо русы наверняка знали о том, что император Михаил отправился в поход на арабов, уведя с собой армию и флот. Юг был головной болью византийских императоров вот уже многие сотни лет, но с севера ромеи удара не ждали. Ведь говорил же епарх магистру Барде, что не следует трогать киевских купцов, но надменный дядя императора лишь бросил на него высокомерный взгляд. И вот – дождались. В том, что к берегам Византии прорвались именно русы, у Мануила сомнений не было. Только они красят свои ладьи в ярко-красный цвет. Не мог он пока что уразуметь, кто возглавил этот поход.

7
{"b":"448","o":1}