ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Девонна скакала верхом по темной лесной тропе. Ельник кончился, потянулся лиственный лес, и дубровники указали ей короткую дорогу к заставе. Кроны деревьев смыкались над тропой, закрывая звездное небо, голые ветви хлестали по бокам лошади и по лицу вестницы.

Спокойная крестьянская лошадь не боялась сияния, которым Девонна освещала себе путь. Всадница низко пригнулась к лошадиной шее, чтобы какой-нибудь крепкий сук не выбил ее из седла.

– Только не загони, – вздыхал сосед, выводя лошадь из денника.

– Не загоню, – заверяла она мужика.

Тот сокрушенно качал головой, но если вестница, жена князя, прибежала среди ночи, разбудила весь дом и говорит, что ее муж в опасности, – как не поверить?

Он хотел седлать, но Девонна сказала:

– Седла не нужно.

Лошадь послушно приняла всадницу, и Шалый успел только с тоской посмотреть вслед хозяйке.

…Начались луга, перелески, кобыла несколько раз перескакивала через подернувшиеся льдом узкие ручейки и небольшие ямы. У себя дома, в лугах благословенного края, небожительница часто скакала верхом наперегонки с друзьями, ради забавы. В этих скачках никогда речь не шла о жизни и смерти, и кони там не уставали, не покрывались пеной и потом, и гонку всегда можно было прервать и превратить в спокойную прогулку под вечно цветущими деревьями. Сейчас Девонна чувствовала, что лошадь сдает, но вдали уже показались костры воинского стана, недостроенный частокол и очертания походных шатров.

Девонна тяжело дышала, глотая морозный воздух, от ветра слезы наворачивались на глаза.

На полном скаку небожительница ворвалась на заставу и сразу поняла: все живы и все спокойно спят. Она спрыгнула с лошади и бегом кинулась к шатру Яромира. Отдернула полог шатра, наклонилась над мужем.

– Вставай, скорее, – услышал он сквозь сон голос Девонны. Она тянула его за руку. – Вставай, беда!

– Девонна! – он сперва обрадовался и протянул руки к ней. Но тут взгляд Яромира прояснился. – Девонна, что случилось? В деревне что-то неладно?

– Нет, не в деревне, здесь, на заставе, вставай! – тянула его за руку вестница. – Земнородных разбудило чужое войско.

– Девонна… – голос у Яромира охрип. – Тебя не остановили дозорные? Не они тебя проводили ко мне?

Раньше, чем дождался ответа, он понял, что нет, вскочил, натянул сапоги; спал он в доспехах.

– Проверю секреты, – озабоченно сказал Яромир. – Побудь здесь, Девонна. Скоро вернусь.

Опоясавшись мечом, он вышел из шатра. Беспросветная ночь поздней осени накрыла его с головой. Яромир на миг даже потерял направление. Костры у шатров еле тлели. Яромир кинулся к своим дозорам. Он не понял толком, что произошло, но верил Девонне. Что ей могли сказать немые земнородные? Давно ли они проснулись, где видели вражье войско?

Углубившись в лес, Яромир вломился в густой кустарник. Радош и его молодые дружинники взялись охранять заставу, но их было мало, чтобы все время нести дозор. Яромир стал окликать дозорных по именам. Он всегда знал, кто нынче должен быть в секрете. В тревоге он не заметил, что Девонна пошла с ним. Он быстро оглянулся, увидев в темноте легкое сияние.

– Зачем ты пришла?! – крикнул он.

– Чтобы тебе посветить, – тихо отвечала она.

Заросли окутывал густой мрак. Только сияние вестницы создавало небольшой светлый круг. Приглушенный вздох вырвался у Яромира: его взгляд упал на тело одного из дозорных, прислоненное к стволу дерева – голова свесилась, вся кольчуга на груди залита кровью. Перерезали горло… Другой лежал ничком, убитый в спину ударом ножа. Разведчики вардов расправились с ними.

– Тревога! – закричал Яромир.

Его стан, раскинувшийся за строящимся частоколом, спал. Голоса Яромира не хватало, чтобы пробудить всех. Он выхватил меч:

– Тревога! Девонна, беги назад, скачи в деревню. Они идут!

Яромир понимал, что истекают последние минуты затишья. Раз дозоры уже сняты, то и варды где-то здесь. Сияние небожительницы осветило заросли, и вдруг в сплетении ветвей Яромир различил размытые темнотой фигуры чужаков.

– Кто там? Эй! Тревога! – закричал кто-то из-за недостроенного острога.

– Тревога, варды, Девонна, беги! – Яромир с мечом в руке загораживал собой заставу и жену.

Девонна отступила к самому частоколу. Ее сияние стало ярким, точно ее охватил белый огонь. Но сияние вестницы не могло остановить вардов: его силы не хватало, чтобы озарить всю заставу и привести в замешательство целое войско. Яромир в одиночку уже схватился с передними, зазвенели мечи.

Девонна почувствовала, как в лесных окрестностях заставы, в дуплах и зарослях, замерли в страхе и оцепенении здешние полевицы и лесовицы. Они были беспомощны и сами ждали защиты. Поле и лес затаились. А неглубоко под землей, повсюду вокруг, где только могла ощутить Девонна, дремали ночницы. Их было множество. Эти маленькие земнородные, похожие на бабочек, забились под корни высохшей травы, чтобы спать до весны.

И вдруг ночницы проснулись…

Их вспугнул звон мечей и крик Яромира, яркое сияние Девонны и охвативший каждую ветку и корень страх. По всей округе ожили мохнатые ночные бабочки, выбрались из-под корней и поднялись в воздух огромным роем. В темноте внезапно вспыхнул свет, затопивший весь воинский стан. Шатры и частокол озарились – это ярко засветилась пыльца на тельцах и крыльях ночниц.

Разбуженные светом ратники Яромира выбежали из шатров. Раздались крики: «Тревога!..», «Пожар!..» и «Да это ночницы!».

Переливающаяся белым светом туча мохнатых светящихся бабочек покрывала заставу, они путались в окрестных зарослях, волосах и бородах воинов, осыпали пыльцой их кольчуги и шлемы, увядшие поредевшие листья кустов и деревьев. «Тревога! Варды!»

А по всему полю и перелескам, среди кустов, прямо перед глазами наступавших врагов продолжали подниматься из травы новые и новые ночницы. Они зависали в воздухе и садились на листву, ползали по травяным стеблям. Девонна стояла у частокола, подняв лицо к рою ночниц, и ее собственное сияние меркло в их свете.

Войско вардов охватил страх. Они собирались напасть на спящую заставу. Военачальники повторяли, что в стане у мятежников нет порядка, что это толпа, орда, которая беспомощна без твердой руки настоящего государя. Варды слышали, что бояться богоборца незачем, он простой смертный. Сам лорд Эймер накануне говорил войску, что они разобьют северян, а их самозваного князя Яромира приведут в цепях в Анварден.

Но взлет ночниц был похож на засаду. Как будто богоборец ждал неприятеля, позволил подойти и с помощью своих тварей осветил, выдал, подставил ничего не ожидающих вардов под внезапный удар. Теперь с любой стороны воины Эймера ожидали враждебных чудес. Войско заколебалось, передние стали отступать, ломая строй задних рядов. Гонец доложил Эймеру Орис-Дорму, что происходит, но лорд и сам уже видел вдали за деревьями странный свет. Услышав, что его войско бежит, Эймер отчаянно крикнул: «За мной, за мной!» – вскочил на коня и увлек за собой личную охрану.

Разбуженная застава оборонялась беспорядочно, но смело. У ратников Яромира было чувство, что ночницы – подмога им от их князя или его волшебной жены. Они уже не впервой видели ночниц вокруг заставы, хотя ни разу – так много, и не боялись этих светящихся бабочек.

– За Обитаемый! – прохрипел Яромир в гуще свалки; еще раньше с него сбили шлем, он дрался с непокрытой головой; голос он сорвал, пока кричал: «Тревога!»

Девонна так и замерла, прижавшись к столбу недостроенного частокола и обхватив его обеими руками. Ее собственное сияние угасло.

– За короля! – услыхав Яромира, бросил клич лорд Эймер.

Но рядом с ним держались только самые верные, взысканные его милостью воины. Войско бежало от яркого света ночниц. «Пленников не бить! Кто бежит, тех не трогать!» – приказал своим ополченцам человек, которого лорд Эймер когда-то описал королю Неэру: «большого роста, силач, волосы и борода темно-русые». Этот же бородатый силач кричал самим вардам на их родном языке: «Бегите, бегите, что вам умирать!»

29
{"b":"451","o":1}