ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Тайны Баден-Бадена
Замуж не напасть, или Бракованная невеста
Резня на Сухаревском рынке
Академия Арфен. Отверженные
Lykke. В поисках секретов самых счастливых людей
Бросить Word, увидеть World. Офисное рабство или красота мира
О чем весь город говорит
Эффект чужого лица
Люди в белых хламидах

Услышав признание напыщенного старого осла в бесстыдной манипуляции судьбой дочери, Филипп с удивлением обнаружил в собственной душе искреннее сочувствие и желание защитить Джейн. Заранее зная ответ, но желая вызвать раздражение, он все-таки поинтересовался:

– А почему бы и нет?

– Да просто потому, что она женщина, мальчик мой! – Чарльз взглянул на зятя так, словно тот задал самый нелепый на свете вопрос.

– О да, разумеется, – сухо согласился Филипп.

– Сыновей у меня нет, а потому уже несколько лет я готовлю себе преемника в лице Грегори. Правда, порой парень давал повод усомниться в деловых способностях, но последние планы развития бизнеса оказались настолько хороши, что не доверять ему просто грешно.

– Так, значит, вы полностью уверены в том, что Грегори – именно тот человек, который сможет успешно повести корабль вперед?

– Его план поистине великолепен. По-настоящему талантлив.

– Ну что же, прекрасно. Уверен, что, услышав новость, Джейн искренне обрадуется.

– Ее соображения меня мало волнуют. – Чарльз пожал плечами. – Но мне хотелось бы заручиться твоей поддержкой.

– В каком смысле?

– Когда я приказал Джейн немедленно выбрать себе мужа, то пообещал, что, выполнив все мои указания, она сможет вернуться домой через полгода семейной жизни. Может быть, она упоминала об этом условии?

– Да, пару раз.

– Я исходил из простого соображения, что шесть месяцев – срок вполне достаточный для того, чтобы женщина ощутила приближение материнства. В этом случае ни о чем ином она думать просто не сможет. Надеюсь, ты успешно работаешь в заданном направлении?

Филипп почувствовал, что неумолимо, предательски краснеет. Бесцеремонность тестя не знала границ.

– Это так важно, сэр?

– Разумеется, чрезвычайно важно. Ведь не позволишь же ты жене уехать в Портсмут!

– Нет. Я не собираюсь ее отпускать.

Филипп был искренне готов на все, лишь бы уберечь Джейн от тирании родственников.

– Отлично. Как бы там ни было, я все равно не приму ее обратно. Не хочу перекладывать проблему на твои плечи, но, видишь ли, Джейн чрезвычайно упряма и своевольна. А к тому же привыкла всегда и во всем поступать только так, как считает нужным. Полагаю, здесь моя вина. Всегда потакал ее желаниям. – Судовладелец отхлебнул бренди и неожиданно отчаянно откашлялся.

Еще совсем недавно болезненно красный, Фицсиммонс внезапно побледнел, с каждой секундой заметно слабея. Филипп не на шутку встревожился.

– Сэр, с вами действительно все в порядке?

– Присяду ненадолго. – Тесть сделал шаг к креслу, однако тут же остановился. С растерянным видом он начал хватать ртом воздух и вдруг рухнул на пол.

– Господи, Фицсиммонс! Что с вами?

Филипп в ужасе бросился в холл, чтобы позвать на помощь.

Глава 16

Джейн откинулась на спинку кресла, сцепила руки за головой и блаженно потянулась. Напряженная работа приносила удовольствие: так приятно заниматься тем, что действительно необходимо.

Выходя замуж, она даже представить не могла, что ее присутствие в Роузвуде окажется настолько важным и полезным. Все, кто жил и работал в огромном поместье, а вместе с ними и жители окрестных деревень, существование и благосостояние которых непосредственно зависело от процветания графского Дома, благодарно принимали и внимание, и руководство. Сама же Джейн с удивлением обнаружила, что тоже нуждается во всех этих людях; искренняя поддержка, живой интерес и неподдельное уважение трогали и привлекали.

Благодаря тактичным советам и мудрым предложениям Ричарда Фарроу огромное хозяйство постепенно вставало на ноги. Не пройдет и пяти лет, как оно начнет приносить солидный доход, а еще через десять снова станет одним из самых прибыльных в Англии.

Успехи и зримые результаты неустанной работы дарили странное, неожиданное удовлетворение. Крестьяне вернулись к исконному труду. Джейн очень скоро смогла найти для всех и каждого достойное, приносящее солидный доход дело. Люди снова обрели возможность кормить свои семьи и искренне благословляли молодую госпожу, постоянно заботившуюся об их достатке.

Странно, но, работая на отца, Джейн никогда не испытывала такого удовольствия от самого процесса труда. Ей не разрешали непосредственно общаться с теми, кто своими руками строил корабли, а потому круг знакомых ограничивался сидящими в конторе бухгалтерами и клерками. Все они были чрезвычайно любезны и вежливы, но никто не смотрел на Джейн с искренней благодарностью за хлеб насущный.

Что же касается отца… Джейн привыкла считать, что он ценит ее помощь, приветствует трудолюбие и восхищается способностями. Но теперь, оглядываясь назад, она поняла, что глубоко заблуждалась.

Верфь Фицсиммонса заполняла жизнь, воплощала мечты о будущем и честолюбивые устремления. Однако впервые в жизни мысль о возвращении домой не приносила радости. Порой, глядя на календарь, Джейн испытывала непредвиденное сожаление: вполне может случиться так, что уже через два месяца придется собираться в обратный путь, в Портсмут. И что же тогда? Что она обретет, возвратившись домой? Кто ее встретит? Резкий, требовательный и бесцеремонный отец. Прямолинейная, а порой и грубая сестра. Грегори… неужели зять снова начнет склонять ее к тому, на что она больше никогда и ни за что не согласится?

Лучше остаться в Роузвуде – если бы, конечно, не возникало сомнений в том, что ей здесь место. Эмили категорически отказывалась принимать неожиданно свалившуюся на голову мачеху. Поначалу Джейн решила оставить упрямицу в покое, чтобы та примирилась с женитьбой отца, однако сейчас такая тактика начинала вызывать сомнения.

Все остальные аспекты жизни наладились, так что пора было заняться и этим сложным вопросом. Но с другой стороны, разве можно склонить девочку одеваться как следует и прилично вести себя, если невозможно даже усадить ее рядом для покойной беседы?

Закрыв толстую конторскую книгу, Джейн подняла голову и увидела входившую в комнату Мег. В лучах ласкового деревенского солнышка горничная расцветала на глазах, кожа отливала нежным загаром и сияла свежестью, рыжие волосы блестели от мягкой воды и вольного ветра. Джейн улыбнулась:

– О, ты-то мне и нужна.

Мег принесла большую корзинку только что срезанных цветов и занялась их разборкой.

– Какой красивый букет! Сама собрала. Вам нравится?

– Прелестно. Вот эти – мои любимые.

– Так зачем же я вам понадобилась? – словно между прочим уточнила Мег, ставя цветы в вазу.

– Видишь ли, Грейвз когда-то вскользь упоминал о том, что ты одно время работала гувернанткой.

Пальцы Мег застыли, словно в оцепенении, а взгляд сосредоточился на букете. Наконец она вздохнула.

– Да, Джейн, это правда.

– Работа тебе нравилась?

– Если честно, то очень нравилась. – Мег с трудом перевелa дух. – Почему вы об этом спрашиваете?

– Постоянно думаю об Эмили. Почему-то кажется, что ты можешь стать для нее хорошей гувернанткой. Девочке срочно необходимо и руководство, и внимание. Никто не сможет справиться с задачей лучше тебя.

– О, Джейн! – Мег залилась пунцовым румянцем. – Как приятно, что вы такого высокого мнения обо мне!

– Конечно, а как же иначе?

– Боюсь, я не слишком подхожу на роль наставницы.

– Ничего подобного. Более подходящую кандидатуру даже невозможно представить.

– Но существует одно обстоятельство, о котором просто необходимо рассказать.

Джейн наклонилась и теплой ладонью накрыла руку Мег, которая уже успела стать верной подругой. Негромко, спокойно и уверенно произнесла:

– Ты вовсе не обязана ничего мне рассказывать. Я уже и так знаю все, что необходимо знать, а лишнее вовсе ни к чему. Воспаленное любопытство совсем мне не свойственно.

Мег пристально взглянула в глаза госпожи:

– Так вам известно о моем несчастье?

– Грейвз давно все рассказал.

– Негодяй!

– Не сердись. Он хотел помочь тебе, старался защитить.

42
{"b":"459","o":1}