ЛитМир - Электронная Библиотека

– Ага, а то я не видел, как вы общаетесь с Харриет.

Усмешку словно ветром сдуло с лица Чейза.

– Харриет – необычная женщина, она упрямая, несговорчивая и невыносимо заносчивая. Твоя сестра просто выводит меня из себя.

Чуть заметная улыбка тронула губы Стивена.

– Она всегда такая. Отец говорил, что у нее стальной хребет, а когда она не в духе, то одним взглядом любого может превратить в кусок льда.

– Ваш отец был умным человеком.

Стивен кинул взгляд на истертый ковер под ногами и поморщился.

– Кстати, об отце: будь у него голова на плечах, нам бы не пришлось сейчас так корячиться, чтобы сделать этот несчастный платеж.

– У кого нет недостатков...

Взгляд Стивена уперся во взгляд Чейза, твердый и неумолимый.

– Тогда какие же недостатки у вас?

Дерзкий тон требовал соответствующего ответа: Чейз не привык, чтобы его допрашивали таким тоном. Тем более у щенка еще молоко на губах не обсохло. Он уже открыл рот, чтобы поставить Стивена на место, когда вдруг заметил отблеск страдания во взгляде юноши.

Где-то в подсознании забрезжило слабое воспоминание. Чейзу было пятнадцать, всего на несколько лет меньше, чем Стивену, и он был безнадежно влюблен в божественную мисс Летицию Оверхилл, пышнотелую красотку с белокурыми волосами, голубыми глазами и восхитительными ямочками на щеках. Прекрасная Летиция была несколькими годами старше, и она положила глаз на виконта Рипли, старшего сына графа Сноутона. Чейз, являясь младшим сыном, не имел титула, и хотя его семейство было намного состоятельнее, чем Рипли могли стать когда-либо, все же Летиция сделала ставку на титул, который она жаждала получить любой ценой. Чейз был опустошен и уничтожен. Естественно, сейчас он благодарил небеса за счастливое избавление, хотя тогда поклялся, что больше ни разу в жизни не улыбнется.

– У меня масса пороков и недостатков. Не самым ничтожным из них является стремление смотреть на вещи со своей собственной позиции, и ни с какой другой, а также склонность убеждать себя, что некоторые проблемы исчезнут сами собой, если я смогу уклониться от них.

Произнося эти слова, Чейз внезапно содрогнулся – настолько правдивым и справедливым показалось ему это заявление. Видимо, что-то почувствовав, Стивен с интересом взглянул на него:

– А ведь это действительно серьезные недостатки.

– Верно, но я стараюсь преодолеть их. Увы, никто не совершенен. Даже мой отец, который был самым благородным человеком на свете, и тот имел свои недостатки. Он нежно любил всех нас, но ему не хватало терпения при общении с детьми. – Чейз указал на стул. – Иди сюда и садись, а то у меня уже шея болит смотреть на тебя.

– Но мне не хочется сидеть. Чейз раздраженно хмыкнул:

– Ты что, будешь противиться всему, чтобы я ни сказал? Похоже, в тебе намного больше общего с сестрой, чем ты думаешь.

Стивен скривил губы:

– Харриет ни за что не согласилась бы.

– Лишний повод считать, что мои слова – правда.

– М-м, наверное, вы правы. – Юноша вздохнул и, подобрав костыли, направился к креслу, по дороге не забыв снова наполнить стакан. Однако на этот раз Чейз благоразумно воздержался от комментариев.

Прислонив костыли к креслу, Стивен медленно опустился в него и, держа в руке стакан, уставился на Чейза, не выказывая ни малейших признаков уважения.

– Чего вы от меня хотите? И как вы можете войти в мое положение?

– Я старше, и я мужчина. Когда-то мне было столько же лет, сколько сейчас тебе.

– Да? И что это доказывает?

Чейз вытянул ноги и постарался расслабиться. Черт побери, парня просто распирает от самомнения.

– Ты упрям не меньше, чем твоя сестрица.

– А если даже и так?

– По крайней мере скажи мне, какая муха укусила твою красотку.

– Ей вряд ли понравилось бы, если бы она услышала, как вы о ней говорите.

– Но ведь она не услышит. – Чейз устроился поглубже в кресле, откинув голову на спинку. – В чем же тогда проблема?

– Да нет никакой проблемы. Во всяком случае, с ней. – Остатки угрюмости исчезли с лица Стивена. – Она сущий ангел.

– А если она ангел, то почему ты пребываешь в таком унынии?

– Потому что она для меня недоступна.

– Кто это сказал?

– Она сама.

Чейз вздрогнул.

– Ну и стерва.

– Нет, вы не поняли. Она не такая...

– Успокойся, все женщины стервы – все до единой.

Стивен сжал кулаки:

– Мне не нравится ваш тон.

Чейз внимательнее вгляделся в обиженную физиономию Стивена и сдержал вздох. Возможно, Харриет в чем-то права и он действительно чуточку эгоист. Когда, спрашивается, он просил кого-либо, кроме братьев, помочь ему в трудную минуту?

Сделав большой глоток бренди, Стивен отставил стакан в сторону и потянулся за костылями.

– Простите, может, я что-то не то сказал...

– Прости ты, если я чем-то обидел тебя. Просто я не привык быть исповедником. Ты мой первый опыт.

– Правда?

– Правда.

– Тогда почему вы начали с меня?

– Потому что мне было заявлено, будто я эгоист, и я решил доказать, что это неправда.

На лице Стивена возникла понимающая улыбка.

– А, так вы ругались с Харриет! Это в ее стиле – заявлять подобные вещи.

– А ведь ты нахал, парень, тебе никто не говорил этого?

Стивен, не выдержав, хмыкнул.

– Прошу простить меня. Не знаю, что на меня нашло...

– Любовь, любовь... Как говорят поэты, она делает глупцом любого мужчину. По крайней мере мой старший брат частенько повторял мне это.

– Он что, правда так думает?

– Он полагает, что это применимо ко всем мужчинам, кроме него. Как видишь, ему тоже свойственно ошибаться. Боюсь, когда Маркус влюбится, ему будет хуже, чем любому из нас, поскольку у нас уже был опыт, и мы набили себе шишки, а в наших сердцах образовались защитные мозоли. У него же, кроме гордости, для самозащиты ничего нет.

– Никогда бы не подумал, что гордость может послужить для самозащиты.

– Ты еще успеешь подумать об этом. К тому же сейчас мы говорим не обо мне и моей семье – мы говорим о твоих трудностях. Ты влюблен в девушку, которая полагает, что по уровню и положению она выше тебя...

Стивен угрюмо кивнул:

– Она выразилась не совсем так, но очень близко к этому.

– Что она точно сказала?

– Что... ну... – Стивен покраснел. – Говорит, что она старше меня. Так оно и есть, но всего лишь на два месяца. – Стивен с трудом удержался от улыбки.

– Постарайся беречь нервы.

Стивен поежился в кресле.

– Я же говорил вам, это очень неприятная ситуация.

– Расскажи мне подробнее о твоей таинственной красотке.

– Что вы хотите знать?

– Ну, самое обычное – цвет волос, глаза... – Чейз изобразил кривую линию в воздухе. – В общем, все детали.

– Да ладно, она не такая. – Стивен недовольно поджал губы.

Чейз наморщил лоб.

– Не такая? – Он начертил другую кривую в воздухе. Когда Стивен упрямо нахмурился, Чейз покачал головой:

– Ну, если она не такая, тогда нам действительно не о чем говорить.

– Мне это совсем не кажется смешным, сэр! Мисс Стриктон просто само совершенство!

Настоящая беда. Чейз покачал головой. Похоже, у парня полностью отсутствует чувство юмора.

– Полегче, ты, горячая голова. Беру свои слова назад.

Стивен задиристо вскинул подбородок, и это сразу напомнило Чейзу Харриет.

– Я знаю, вы считаете, что все это глупость. Детская влюбленность...

– Ничего я не считаю. Одним из основных признаков любви является то, что она всегда кажется настоящей, даже когда таковой не является.

– Моя любовь настоящая.

Чейз благоразумно предпочел не отвечать. Может, любая любовь – всего лишь мимолетное ощущение, которое приходит и уходит, капризное, как луна, и столь же холодное?

Конечно, его родители по-настоящему любили друг друга, хотя он всегда полагал, что их бросающаяся всем в глаза взаимная привязанность основывалась скорее на взаимопонимании и благоразумии, чем на эмоциях.

43
{"b":"46","o":1}