1
2
3
...
56
57
58
...
63

– Но ты хотя бы попытался исправить то, что сделал?

Чейз кивнул. Проклятие, как несправедлива жизнь! Харриет пожала плечами:

– Значит, ты сделал все, что мог.

– Ты так думаешь?

– Если ты хотя бы попытался все исправить, значит, никто не может упрекнуть тебя.

Чейз посмотрел на нее долгим взглядом.

– Хотел бы я сам верить в это. Может, это было бы верно в отношении другого человека, но я Сент-Джон, обладающий всеми мыслимыми благами. Моим поступкам нет оправдания.

– А что именно ты совершил?

– Я... – Он сглотнул, затем закрыл глаза. – Я убил человека.

Заставив себя вновь открыть глаза, Чейз приготовился увидеть осуждение в ее взгляде.

Она встретила его взгляд, бледная как смерть.

– Я не это имел в виду, – выдавил он из себя. – Я не убивал. В пьяном виде я несся по улицам Лондона в моем новом экипаже и сбил женщину. Она... – Он беспомощно пожал плечами.

Харриет прикрыла глаза.

– О, Чейз, – прошептала она. – Мне так жаль!

– Мне тоже. Со мной был один... нет, не друг, а просто один мой знакомый. Когда это произошло, я натянул вожжи, остановил лошадей и хотел выйти посмотреть, нельзя ли чем-нибудь помочь несчастной, но мой спутник запаниковал и потребовал, чтобы я немедленно уехал. Я был пьян, испуган и... послушался его.

– Но потом ты вернулся?

– Как только протрезвел настолько, чтобы осознать, что произошло. Приятель, который был со мной, помогал мне в поисках: он обошел все больницы, а я поговорил с каждым встречным на той улице. Увы, мы так и не нашли ее.

Отвернувшись от Харриет, Чейз натянул сапоги. Ему казалось, что он не вынесет разочарования в ее глазах.

– Я был на пути за границу, когда благодаря нелепой случайности попал сюда.

– Ты собирался за границу... Но зачем?

– Видишь ли, человек, который был со мной той ночью, постоянно шантажировал меня, вытягивал из меня деньги, грозя разоблачением. Я решил, что настало время решить проблему кардинальным образом.

– Покинув страну?

– Я должен был уберечь семью от скандала. Мои братья и сестра не знают правды – я так и не смог сказать им. – Чейз подобрал платье и белье Харриет и сложил его аккуратной стопкой.

– Тебе все равно придется это сделать.

– Нет. Я не хочу, чтобы кто-либо знал об этом.

Харриет в упор взглянула на Сент-Джона:

– А ведь ты сам сказал мне однажды, что я оказываю членам своей семьи плохую услугу, взваливая на свои плечи их заботы. Может, тебе будет полезно услышать свой собственный совет?

Чейз прикрыл глаза рукой. Да, он говорил ей это, потому что для нее в этом был явный смысл. Ну а для него?

– Не знаю, зачем я рассказал тебе о том, о чем моя семья даже не подозревает.

– Наверное, скрытность свойственна тебе, когда ты встречаешься с ними.

Харриет встала и по шуршащему сену, устилавшему пол амбара, направилась к большой бадье с водой, в которой долго и с шумом плескалась, а Чейз задумчиво смотрел на нее. Она походила на нимфу из старинной легенды, умывающуюся в бадье, и косые лучи вечернего света, пробивающегося сквозь щели в стенах амбара, ласкали ее гладкую кожу, придавали золотистый оттенок волосам. Но при всей ее внешней привлекательности именно внутренняя красота пленила, удерживала и не отпускала его. Несправедливость этой ситуации разрывала ему душу. Проклятие, ну почему он встретил ее лишь сейчас, когда у него нет другого выбора?! Он должен уйти, и с этим ничего не поделаешь.

Ощущая стеснение в груди, Чейз повернулся к двери амбара.

– Посмотрю, не надо ли помочь Стивену и Деррику, – небрежно сказал он.

– Они справятся, – внезапно заявила Харриет твердым, не терпящим возражения тоном. – Единственное, что ты должен сейчас сделать, – это собрать свои вещи и как можно скорее вернуться домой. – Она подобрала свою одежду и начала одеваться.

Чейз замер:

– Но ведь я никуда не убегаю, я только...

– Нет, убегаешь.

Харриет была права, и он знал это.

– Ты совершил ошибку, Чейз. Все мы совершаем ошибки.

– Но не такие, которые стоят жизни другому человеку.

– Какими бы ни были наши ошибки, они совершены без злого умысла – по неосторожности либо из-за того, что мы не задумывались об их последствиях.

– Боюсь, все не так просто.

– Разве? – Харриет спокойно встала перед ним, продолжая закалывать свои волосы. – Скажи мне, что ты делал после того несчастного случая?

– Делал? Не знаю. Много пил, пытался забыться...

– Ты купался в море жалости к самому себе, в этом твоя самая большая ошибка.

На это Чейз не знал, что ответить. В этот момент он завидовал Харриет, завидовал ее спокойной уверенности, ее непоколебимой решительности и силе духа. Как же ему повезло, что они встретились!

– Харриет Уорд, ты просто необыкновенная женщина.

– Во мне нет ничего особенного, – произнесла Харриет сердито, однако при этих словах краска залила ее щеки.

– Так ли? А разве не ты в одиночку управляешь всем этим хозяйством?

Харриет весело рассмеялась:

– Тут ты ошибаешься. Гаррет-Парком управляет целый комитет. Деррик заведует мелким домашним ремонтом – он вообще очень способный к лудильным работам. Стивен отвечает за конюшню, потому что всегда очень хорошо управлялся с лошадьми, хотя нам и пришлось продать большую их часть три года назад.

– Какая жалость...

– Стивен был просто в отчаянии, хотя так и не признался в этом.

– А чем занимаются твои сестры?

– София помогает с бухгалтерией – она почти так же хорошо разбирается в цифрах, как и в театральных пьесах. – Легкая улыбка коснулась губ Харриет. – На самом деле даже лучше, хотя я никогда не говорила ей этого.

– А твоя мать?

– Ну а кто, по-твоему, следит за тем, чтобы у нас каждую неделю имелось свежее постельное белье, чтобы еда была хорошо приготовлена, а полы вымыты и выскоблены? Она делает запасы еды на зиму, и она же балует нас платьями, которые сама шьет для нас.

Итак, семья, оставшаяся в нищете и несчастье, сплотилась и успешно выбралась из всех передряг. Впрочем, ему нетрудно было понять это – таким же образом действовали его братья, когда им приходилось противостоять враждебным обстоятельствам.

– Ну а как же неустрашимая Офелия?

– Она следит, чтобы мы не забывали вовремя оказывать знаки внимания соседям.

Чейз поморщился. После того, что он услышал о вкладе других в общее дело, это занятие показалось ему гораздо менее важным.

Видимо, Харриет без особого труда проследила за ходом его мыслей по его лицу.

– Еще Офелия тратит массу времени, помогая кухарке с травами. Она также готовит рождественские подарки и вообще делает гораздо больше, чем ей положено, – нахмурившись, добавила она.

– Подарки? А это еще зачем?

Харриет с удивлением взглянула на него:

– Соседи очень важны для всех нас. Когда наш коренник потянул переднюю ногу в разгар весенней пахоты, сосед с западной стороны, барон Уитфилд прислал одного из своих коней, чтобы заменить его, а когда Офелия заболела и нам потребовались лекарства, на помощь нам пришел мистер Нэш. Могу еще привести примеры, если хочешь.

– Пожалуй, этого не требуется. Просто я забыл... – Чейз пожал плечами. Он не мог забыть того, чего никогда не знал – ведь Сент-Джоны сами представляли собой целую общину, с помощью которой были в состоянии обеспечить себе все необходимое.

Харриет отодвинула засов и открыла дверь; и тут же солнечный свет залил амбар, превратив сено в золотую канитель.

Ее взгляд упал на кучу ножниц, и она рассмеялась:

– О, я чуть не забыла про них! – В ее глазах снова появился влажный блеск, а рот изогнулся в призывной улыбке... Как вдруг она выпрямилась и устремила взгляд на дорогу. – Там кто-то едет. Наверное, это с постоялого двора – матушка просила прислать нам еще вина.

Чейз бросил равнодушный взгляд на повозку и заметил Деррика, о чем-то оживленно беседовавшего с кучером. Затем Деррик указал рукой на амбар, и кучер стегнул лошадей.

57
{"b":"46","o":1}