ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Бросить Word, увидеть World. Офисное рабство или красота мира
Драконий луг
Доктрина смертности (сборник)
Тайна нашей ночи
Мировой кризис как заговор
Стеклянная республика
Разбитые звезды
Шоу обреченных
Принц инкогнито

Пожалуй, впервые в жизни Шарлотта порадовалась, что дамам позволено по любому поводу падать в обморок.

– Я хотела помочь раненому слуге, – пролепетала она. – Но… тут столько крови… и грязи… и… и… О, все это так ужасно!

Она прижала окровавленную руку к груди и часто-часто задышала, старательно подражая тете Аделине. Потом испустила театральный стон и рухнула на холодную землю рядом с Вилли. Слава Богу, оба кучера обрядились в дорогу в теплые плащи, и Шарлотта умудрилась упасть точно на полу расстегнувшегося плаща Вилли. Это было очень кстати, иначе ее ротонда моментально бы промокла. А так… Может, ей все же удастся обойтись без воспаления легких?

– Иди сюда, Берт, – позвал Джем. – Этот девушк тоже с копыт долой. Придется его таскать карета. Хорошо хоть он не кричит, как тот, старый женщин.

Шарлотту подняли, поднесли к стоящей неподалеку карете, бесцеремонно опустили рядом с теткой и захлопнули дверцу. Вокруг царила кромешная тьма, поскольку занавески были плотно задернуты. Шарлотта обратилась в слух, стараясь понять планы разбойников. (Хотя и сама не понимала, зачем ей это нужно.) Однако, трое негодяев упорно хранили молчание. До нее доносились лишь цоканье конских копыт и дребезжанье сбруи. Шарлотта предположила, что похитители запрягают в карету своих лошадей.

Вскоре сэр Клайв приказал: «Трогай!», и карета покатилась по дороге.

Шарлотта чуть-чуть отодвинула занавеску, но в узкую щелочку ей были видны лишь темные контуры деревьев, уходящих за черный горизонт. Конечно, можно было выпрыгнуть из кареты, но даже если бы она не расшиблась, и разбойники не сцапали бы ее снова, рисковать, пожалуй, не стоило. Ведь тетушка Аделина и Александр все равно оставались в руках похитителей. Ну, доберется она до какой-нибудь деревни. А дальше что? Она ведь понятия не имеет, куда направляются негодяи. Сэр Клайв упомянул в разговоре порт, но на английском побережье полно портов.

О том же, чтобы удрать и просто бросить мистера Александра и тетушку на произвол судьбы, не могло быть и речи. Да, мистер Александр, наверное, способен позаботиться о себе, но тетушка-то не перенесет путешествия в Стамбул, если ее некому будет поддержать!

Слабая улыбка тронула губы Шарлотты. Бедная тетя Аделина, скорее всего, даже не знает, где этот Стамбул находится. Шарлотте, по крайней мере, было известно, что Стамбул – столица Оттоманской империи, расположенная на берегу Босфорского пролива, на стыке Европы и Азии. Однако мысль о том, что ее увозят в Азию, совсем не радовала девушку.

Путешествие казалось бесконечным. Впрочем, поразмыслив, Шарлотта решила, что у нее просто сместилось понятие времени, ведь ни тетушка, ни мистер Александр до сих пор не пришли в сознание, а значит, не так уж и долго длится эта поездка.

«Не мистер Александр, а Карим, – напомнила себе Шарлотта. – Карим, принц Оттоманской империи».

Она постепенно начала свыкаться с мыслью, что путешествие будет длиться вечно, но тут лошади неожиданно остановились. Дверцы распахнулись, и в карету ворвался соленый морской воздух. Шарлотта хотела было позвать на помощь рыбаков – она надеялась, что в порту всегда кто-нибудь есть, – но Джем заткнул ей рот своей вонючей ручищей.

– Тихо, молодой леди, а то капитан уронить тебя в воду.

Джем засунул ей в рот кляп, надел на голову плотный мешок, а затем грубо вытащил из кареты и поволок куда-то в кромешную тьму.

Глава 8

Придя в сознание, Александр страшно разозлился на себя за то, что недооценил сэра Клайва и не предвидел засады на дороге. Потом его пронзила боль. Проку ни от одного из этих чувств не было, а посему принц постарался сосредоточиться на другом.

Голова болела довольно сильно, но он стиснул зубы и заставил себя приподняться на правом локте. А чуть погодя, когда боль немного утихла и стала более или менее переносимой, Александр уже смог открыть глаза.

Он сразу понял, что лежит в тесной каюте корабля. В крошечном иллюминаторе виднелись серые волны и свинцовое небо. Александр облегченно вздохнул, сообразив, что его мутит не от слабости, а от морской качки.

На узкой полочке рядом с койкой стояли графин и оловянная кружка. Александр принялся жадно пить тепловатую воду. Напившись, откинулся на тощую подушку и разразился проклятиями. Ну почему его организм так медленно восстанавливает силы? Будь Александр здоров, для него не составило бы особого труда справиться с двумя тупоголовыми бандитами и одним денди, горделиво гарцующим на лошади. Но, увы, сил у него пока маловато, а потому вчера вечером он был вынужден покорно терпеть издевательства сэра Клайва, грозившего убить женщин, которым он, Александр, обязан своей жизнью.

Александр спустил ноги на пол и попробовал встать, не обращая внимания на адскую боль в левом плече. Но струйка крови, потекшая по руке, послужила ему грозным предупреждением: рана открылась. Внимательно осмотрев свою рубаху и найдя относительно чистое место, Александр зубами оторвал полоску ткани и плотно прижал ее к ране, надеясь остановить кровотечение.

«Хватит быть немощным калекой, – мрачно приказал себе Александр. – Пора найти сэра Клайва и потребовать от него ответа на некоторые вопросы. А главное – разузнать о судьбе Шарлотты и ее тетушки».

Только выяснив, какая участь постигла Шарлотту, он сможет узнать, куда делись драгоценный банковский чек и секретные навигационные карты, которые он должен был передать Баррету.

Если сэр Клайв выполнил свою угрозу и убил женщин, то… Однако Александр сразу же отмел эту безумную мысль. Он считал, что незачем заранее переживать и тем более предаваться бессмысленным сожалениям. Это было его девизом. Если Шарлотта и леди Аделина живы, он постарается их защитить. Если же их уже нет в живых… если их нет в живых, то ему останется только одно: позабыть о них. Он не может позволить себе роскошь скорбеть, потеряв друзей. Во всяком случае, до тех пор, пока ему и Хенку Баррету не удастся благополучно доставить в греческий порт продовольствие и оружие.

Но, черт побери! Выкинуть Шарлотту из головы оказалось нелегко. Память не желала расстаться с ее образом. Лицо красавицы с возмутительным упорством маячило перед мысленным взором Александра. Прохладное прикосновение пальцев Шарлотты к его лбу было абсолютно реальным. Как тогда, когда он метался в бреду. А еще Александру страстно хотелось услышать ее нежный, серебристый смех. И сколько бы он ни напоминал себе, что в борьбе за свободу Греции пострадало много невинных людей и Шарлотта не исключение, в глубине души, несмотря на многолетнюю привычку к суровой дисциплине, Александр надеялся, что Шарлотта и леди Аделина не пополнили длинный список мучеников.

Он встал на ноги, отчаянным усилием воли заставляя себя стоять прямо, хотя ему безумно хотелось повалиться обратно на койку. Да, он порядком изменился в доме Риппонов. И не только ранение тому причиной. Благодаря Шарлотте он впервые узнал, что значит жить в обстановке искренности, доверия и заботы друг о друге. Счастливица Шарлотта даже не подозревает, как тяжело все время быть начеку, в каждом госте, каждом случайном знакомом подозревать врага, гадать, а не подослали ли его специально, чтобы убить тебя… Порой, оставаясь наедине с Шарлоттой, Александр поддавался соблазну и начинал мечтать об обычном человеческом счастье. Но тут же спохватывался и говорил себе, что такие мечты невероятно опасны. Физическую слабость еще можно преодолеть, но стоит дать душевную слабину – привязаться к каким-нибудь людям или к месту – и человек уже становится послушным орудием в чужих руках, становится способен на измену и предательство. Он слишком часто бывал свидетелем подобных перемен и не допустит, чтобы это случилось с ним самим! Нельзя позволить, чтобы иррациональные желания взяли верх над доводами разума! И хотя он желает добра Шарлотте, это никоим образом не должно влиять на его действия!

Александр допил остатки воды и распрямил плечи, намеренно игнорируя боль. Какие странные последствия у этого ранения! Он никогда прежде столько не думал о женщинах. Не принимая взглядов отца, считавшего, как и положено верным мусульманам, что у женщин нет души, Александр, тем не менее, не думал, что счастье мужчины зависит от женщины. С Шарлоттой у них была приятная интерлюдия, но ведь это ничем не завершилось. И лучше ему больше не видеть эту девушку! Надеясь, что сэр Клайв пощадил ее, Александр одновременно лелеял надежду на то, что Шарлотта осталась с тетушкой в Англии.

22
{"b":"461","o":1}