ЛитМир - Электронная Библиотека

Шарлотта решила не переводить этот разговор тетушке.

– А сколько сейчас жен у эмира? – пролепетала она.

– Нисколько. Они все умерли. Сейчас у него есть только наложницы. Если ты ублажишь его, он может сделать тебя своей женой. Отцу наверняка понравятся твои голубые глаза и золотистые волосы. – Судя по всему, эта счастливая мысль обрадовала Мириам, и она вприпрыжку сбежала вниз по ступенькам. – Калфы… Вы тоже так называете служанок, да? Так вот, калфы будут вам прислуживать. Я им велю так тебя приукрасить, что эмир просто с ума сойдет от желания. Главный евнух будет ждать вас в коридоре и отведет в ваши комнаты.

Девушка учтиво попрощалась, приложив руку к сердцу, губам и лбу, и упорхнула вверх по лестнице. Младшая сестричка следовала за ней по пятам.

Главный евнух постучался в дверь бани. Дверь тотчас же распахнулась, и показались три юные девушки, совсем еще дети. Они были в полосатых халатах и деревянных башмаках на подошве толщиной в четыре-пять дюймов. Евнух, как обычно, отдал краткие распоряжения, и одна из служаночек низко поклонилась, после чего взяла Шарлотту и леди Аделину за руки и осторожно потянула на себя, приглашая женщин войти.

– Господи, сколько места, а ванны все не видно! – сердито буркнула леди Аделина. – Heужели, эти глупцы держат ее в кухне и всякий раз приносят сюда, когда хотят помыться?

– Я думаю, тут не одна комната. Видите арку? Вон там… Наверное, ванна находится там под этим сводом.

– Но зачем тогда, скажи на милость, нужна комната, где мы сейчас стоим?

Шарлотта усмехнулась, глядя, как к ним решительным шагом подходят две другие служанки.

– Сейчас, наверное, все выяснится. Служанки жестами попросили их раздеться.

– Я полагаю, у нас нет выбора, – пробормотала леди Аделина. – Ладно, бери мой жакет, девочка. Он из тончайшей английской шерсти. Сомневаюсь, чтобы ты где-нибудь видела такое качество.

Когда англичанки сняли одежду и завернулись в большие льняные белые полотенца, служанки указали им на два мраморных возвышения, нечто среднее между столом и надгробьем. Улыбаясь, кивая и бурно жестикулируя, девушки заставили Шарлотту и леди Аделину взобраться на эти возвышения и лечь.

– Послушайте, милочки, – самым что ни на есть суровым тоном сказала леди Аделина; обычно тетушка говорила подобным тоном только с кухаркой, когда та проявляла неслыханное головотяпство (например, разбивала громадный горшок с какими-нибудь припасами), – послушайте, я принимаю ванну уже Бог знает сколько лет, и никто от меня не требовал, чтобы я изображала корову, ожидающую мясника. И сегодня я тоже не намерена изменять своим привычкам! Идите и принесите таз с водой. Я быстро вымоюсь – и дело с концом.

И тетушка уселась на краю мраморного стола, гордо выпрямив спину. Ее выправке мог бы сейчас позавидовать даже гвардеец, охраняющий Сент-Джеймсский дворец.

Служанки вежливо подождали, пока леди Аделина успокоится, а затем ласково, но решительно уложили ее обратно на стол. Одна из девушек уже держала в руках сосуд с приятно пахнувшим маслом, которое она принялась втирать в грудь, шею и плечи распростертой леди Аделины.

Возмущенное шипение тетушки постепенно стихло. Серьезно обеспокоенная Шарлотта соскочила со своего стола на пол и подбежала к леди Аделине, но обнаружила, что глаза ее закрыты, а изо рта периодически вырываются еле слышные блаженные вздохи.

Шарлотта завороженно наблюдала за служанкой, которая отделила яичный желток от белка, хорошенько взбила его и осторожно втерла в волосы тетушки Аделины. Ее щеки и кожу вокруг глаз намазала взбитым белком. Леди Аделина даже не пикнула. Она, вероятно, была уже в полуобморочном состоянии и могла принять все что угодно.

Пока две служанки усердно массировали леди Аделину, третья взяла другой сосуд с маслом, предварительно подогрев его над жаровней. Она подвела Шарлотту ко второму мраморному столу и велела лечь. В ловких руках служанки Шарлотта расслабилась и уже не сопротивлялась. Ее охватила приятная истома, и Шарлотта даже не возмутилась, когда ее ноги намазали какой-то клейкой массой, а потом начали эту массу соскребать инструментом, напоминавшим огромную раковину мидии с заостренным краем.

Массаж подействовал на Шарлотту так расслабляюще, что ею овладела дрема, и она с большим трудом встала со стола, когда служанка попросила ее жестами перейти в соседнюю комнату. Шарлотта прошла под аркой и оказалась в довольно тесном помещении со множеством альковов. В каждом имелся медный кран, украшенный резьбой. Из крана в овальный мраморный таз непрерывно лилась вода. Но никакой ванны или корыта в комнате не было!

Служанки наполнили горячей водой, лившейся из медных кранов, несколько медных ведер и принялись окатывать ароматной водой Шарлотту, пока не увлажнили всю ее кожу. Потом ее усадили на маленькую табуретку, стоявшую посреди комнаты. Шарлотта с усмешкой подумала, что никакой другой мебели она пока во дворце не видела, – и самая высокая служанка вылила ей на голову ведер шесть, не меньше, чтобы смыть с волос яичный желток.

Как только на Шарлотту вылили последнее ведро воды, служанки принесли полотенца и льняное одеяние до пят, в котором Шарлотта почувствовала себя очень удобно.

Но оказывается, в бане имелось еще одно помещение, и через несколько мгновений Шарлотта получила возможность в этом убедиться. Это был прохладный зал с высоким потолком и красивыми витражами, проходя сквозь которые солнечные лучи расцвечивались всеми цветами радуги и отражались на белом мраморном полу. Тетушка Аделина уже восседала на подушках и пила из маленькой фарфоровой чашечки какую-то дымящуюся, ароматную жидкость. За время путешествия по морю она сильно похудела, и ее некогда круглое лицо неожиданно стало изящным овалом. Волосы, вымытые яйцом, блестели и ниспадали на плечи густыми золотисто-каштановыми локонами. Шарлотта с удивлением осознала, что тетушка Аделина до сих пор еще может считаться привлекательной женщиной. Однако нельзя сказать, чтобы эта мысль ее успокоила. Уж кто-кто, а тетя наверняка в буквальном смысле предпочтет бесчестию смерть. Она ни за что не ляжет к эмиру Ибрагиму в постель!

– Иди сюда, – сказала леди Аделина. – Ты даже не представляешь себе, что я пью! Чай с мятой! Странное сочетание, да? Но удивительно освежает.

Шарлотта опустилась на подушки рядом с тетей и взяла из рук служанки чашечку чаю.

– Ну, как вам понравилась баня? – решила она поддразнить тетушку.

Однако леди Аделина благополучно избежала ловушки.

– Конечно, это совсем не то, что нормальная английская ванна, но лучше, чем можно было ожидать от таких дикарей. – Тетушка передернула плечами. – И знаешь, у здешних служанок очень проворные пальцы.

Тут им принесли одежду, в том числе и яркие шелковые шаровары. Леди Аделина поставила на пол пустую чашку и выпрямила спину.

– Сейчас же убери эту… эту одежду с неудобопроизносимым названием! – приказала она служанке, державшей в руках шаровары. – Я леди! Английская леди! И я никогда не надену столь вульгарную вещь.

Служанки заулыбались, поняв, что речь идет о шароварах, но, безусловно, не подозревая о возмущении леди Аделины. Желая продемонстрировать красоту шелкового одеяния, девушка взмахнула шароварами перед носом у тетушки, чтобы леди Аделина могла полюбоваться мягкими складками и золотой вышивкой.

Однако леди Аделина лишь содрогнулась.

– Я сейчас упаду в обморок.

– Еще чего! – заявила Шарлотта и сама поразилась резкости своего тона. – На корабле, где было гораздо больше оснований упасть в обморок, вы почему-то не падали. А раз так, то и сейчас незачем. Это все равно ничего не изменит.

Леди Аделина сверкнула глазами.

– Обморок не может быть бесполезным! Для женщины это наиважнейшее оружие!

Шарлотта рассмеялась.

– Может, вы и правы, тетушка, но я думаю, оружие следует приберечь до поры до времени. Надо использовать его в битвах, которые мы в состоянии выиграть. Видите ли, если вы не наденете эти штаны… – Леди Аделина снова содрогнулась, и Шарлотта поспешила поправиться: – Эту одежду с неудобопроизносимым названием, нас заставят идти голыми. Я думаю, главный евнух не собирается отдавать нам старую одежду. Так что подумайте. Может, эти шта… ну, вы понимаете… может, они все-таки лучше, чем ничего?

33
{"b":"461","o":1}