ЛитМир - Электронная Библиотека

Леди Аделина, разделявшая подобные настроения, тепло улыбнулась американскому гостю и хотела что-то сказать, но Шарлотта ее опередила.

– И все же вы мне не ответили, сэр. Это ваш пропавший друг?

Мистер Баррет открыл, было, рот, собираясь что-то сказать, но пациент издал душераздирающий крик, и Шарлотте мгновенно стало не до гостя. «Наверное, открылась рана на плече…» – решила девушка и торопливо расстегнула на груди мистера Александра ночную сорочку, собираясь поменять повязку. Однако следов свежей крови видно не было… Раздумывая, что могло вызвать столь истошный вопль – с тех пор, как раненый очнулся, он еще ни разу так не кричал, – Шарлотта предположила, что мистер Александр кричит от острой, мучительной боли.

Девушка легонько прикоснулась к его лбу. Так и есть, лоб горячий, а по щекам внезапно разлился яркий румянец. Мистер Александр опять вскрикнул и резко умолк, задыхаясь: он явно пытался скрыть свои страдания.

– Бедняжка, – пробормотала леди Аделина, кидаясь к умывальнику. – Я положу ему на лоб холодное полотенце.

– Только бы температура опять не поднялась, – обеспокоенно нахмурилась Шарлотта.

Она повернулась к служанке.

– Пегги, сбегай к Тому. Пусть пошлет кого-нибудь за доктором.

Голова мистера Александра заметалась по подушке, а с губ сорвалось несколько коротких, отрывистых фраз. Потом он успокоился, тело его обмякло, глаза закрылись.

Когда больной умолк, мистер Баррет сказал:

– Увы, я явно попал к вам в неподходящий момент. Вам сейчас не до меня, милые дамы, вы должны посвятить себя уходу за больным. Поэтому позвольте откланяться и поблагодарить вас за гостеприимство. Не будете ли вы так добры позвать экономку, чтобы она проводила меня до дверей?

Шарлотта выпрямилась и в упор посмотрела на американца.

– К чему такая спешка, мистер Баррет? Нашему пациенту нездоровится, но я не думаю, что ему угрожает серьезная опасность… А вы, между прочим, до сих пор не ответили на мой вопрос. Этот человек – ваш пропавший друг?

Мистер Баррет глубоко вздохнул и с явным сожалением произнес:

– Нет. Мне кажется, мы с ним прежде не встречались. Если б это был мой друг, мне бы и в голову не пришло его бросить… О нет… Прошу меня извинить… Я так расстроен, ведь я возлагал на приезд сюда столько надежд… столько упований… – Он достал из кармана носовой платок и громко высморкался. – Увы, что толку терзаться понапрасну? Простите, что я ничем не могу помочь вам и вашему мистеру… ах да, мистеру Александру! Весьма сожалею, мисс Риппон, но это так. Сей молодой человек мне незнаком.

– Какая досада! – огорчилась Шарлотта. – Но вы скажите нам имя вашего друга, мистер Баррет, и опишите, как он выглядит. На всякий случай. Вдруг мы услышим про какого-нибудь другого раненого?

– Да-да, вы совершенно правы! Я непременно должен сообщить вам его имя. Моего друга зовут… э-э-э… мистер Джон О'Мелли. Да-да! Мистер О'Мелли! А особые приметы… Он молод, хорош собой, однако внешне ничуть не похож на вашего пациента. У моего друга… э-э-э… каштановые волосы и синие глаза. Он родом из Ирландии и говорит на ирландском наречии… Как, бишь, оно называется? Ах да! Гаэльское! Он прекрасно владеет гаэльским языком, что, впрочем, неудивительно, поскольку это его родной язык. Вот почему, услышав про раненого чужестранца, я решил, что это мой друг. Конечно, мистер О'Мелли говорит не только по-гаэльски, но и по-английски, иначе я бы не смог с ним объясняться, – мистер Баррет бросил быстрый взгляд на леди Аделину и презрительно усмехнулся. – Ох уж эти иностранные диалекты! Не правда ли, миледи? Так вот… У меня мелькнула догадка, что, получив от разбойников удар по голове, мой друг напрочь позабыл английский и теперь изъясняется только по-гаэльски. Мне доводилось слышать о подобных случаях в медицинской практике. Это называется частичной утратой памяти.

– По-моему, у нашего пациента с памятью все в порядке, – сказала Шарлотта. – Насколько я могу судить, он сохранил полную ясность мыслей.

Мистер Александр вяло повернул голову к мистеру Баррету и внезапно адресовал ему пару быстрых, отрывистых фраз. Как и следовало ожидать, американец непонимающе уставился на него. Мистер Александр разочарованно пожал плечами и отвернулся.

– Ну вот… опять… – с грустью промолвила леди Аделина. – Он, верно, считает, что, если долго твердить одно и то же, мы, в конце концов, его поймем.

– Вероятно, бедняга надеялся, что я понимаю этот язык, – предположил мистер Баррет.

– И, разумеется, ошибся, – сказала Шарлотта.

– Да, – чуть поколебавшись, подтвердил гость. – Как я говорил, мне не даются иностранные языки. Увы, на слух они все кажутся мне одинаковыми. Порой я думаю: насколько приятней стало бы жить на свете, если бы все иностранцы выучили английский!

Из угла, где стояла кровать, донеслось какое-то тихое похрюкивание, но, поглядев в ту сторону, Шарлотта увидела, что глаза мистера Александра закрыты, а рот плотно сжат. Она слегка нахмурилась и осторожно осмотрела его сломанные пальцы. Слава Богу, ни опухоли, ни оттока крови – доктор Макфарлейн сказал, что это самые опасные признаки, – нет… Шарлотта тихонько положила руку Александра на покрывало. Она никак не могла понять, чем были вызваны его странные, горячечные выкрики.

– Надеюсь, доктор не заставит себя долго ждать, – пробормотала Шарлотта. – А то я ума не приложу, что так мучает мистера Александра. Впервые за все это время он издает такие стоны.

Мистер Баррет поспешил ее утешить:

– На вашем месте я бы не тревожился понапрасну, мисс Риппон. Пациент хорошо выглядит. По-моему, он на пути к выздоровлению. Я уверен, что приступы боли скоро пройдут.

Выразив свое мнение, американец учтиво поклонился сперва леди Аделине, затем Шарлотте.

– Не смею вам больше докучать, милые дамы! Пожалуй, я не буду долее задерживаться в Гастингсе, ожидая известий о моем юном друге. Это просто глупо! Завтра утром я спозаранку выезжаю в Лондон. Надеюсь, мой друг О'Мелли пришлет мне туда записочку с объяснением, почему он не смог со мной встретиться.

– Да, мы тоже на это надеемся, – вздохнула леди Аделина. – Но нынче на дорогах столько бандитов-иностранцев, что, боюсь, с вашим другом всякое могло приключиться… Пойдемте в гостиную, мистер Баррет. Мы подождем там, пока подадут ваш экипаж. Я велю сказать конюхам, чтобы они запрягали лошадей, а вы тем временем расскажете мне про Бостон.

– С удовольствием, миледи, – откликнулся мистер Баррет и не преминул сказать комплимент Шарлотте: – Мисс Риппон, вашему пациенту сказочно повезло, что у него такая преданная сиделка. Ах, если бы я мог поведать вам о его прошлом!

– Да, это было бы весьма кстати, – кивнула Шарлотта. – Но философы учат нас не предаваться пустым сожалениям. Надеюсь, вам удастся что-нибудь узнать о вашем пропавшем друге, мистер Баррет. Мы тоже будем расспрашивать соседей, не доходили ли до них слухи о раненом или заблудившемся мистере Джоне О'Мелли.

– Вы несказанно добры, мисс Риппон! Я непременно напишу вам, как только приеду в Лондон. – Мистер Баррет на минутку задержался у постели мистера Александра и легонько погладил его по раненому плечу. – Прощайте, молодой человек! Не знаю уж как вас величать. Надеюсь, вы скоро поправитесь и по достоинству оцените то, с какой преданной заботой вас здесь выхаживали.

Мистер Александр заглянул в карие глаза мистера Баррета и что-то отрывисто буркнул.

Мистер Баррет поджал губы и печально покачал головой.

– Бедный малый! У меня разрывается сердце, когда я вижу, что он вот так бормочет и никто его не понимает, – он снова погладил раненого по плечу. – Берегите себя, мой дорогой. Надеюсь, вы скоро поправитесь.

– До-зви-данья, – вдруг сказал мистер Александр.

Все изумились, а мистер Баррет – особенно.

– Ну и ну! Я вижу, он быстро схватывает новые слова! И, может, слегка окрепнув, будет сносно говорить по-английски…

– До-зви-данья, – повторил раненый. Мистер Баррет добродушно улыбнулся.

7
{"b":"461","o":1}