ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Он больше не смотрел на Люси, однако чувствовал ее разочарование. Помолчав, она тихо сказала:

– Она уже давно уехала.

– Угу.

– Когда она вернется?

– Со дня на день, – солгал Эззи.

– Гм! – И опять наступило молчание. Затем Люси откашлялась: – Ну а пока она не вернется, я буду рада тебя кормить. В любое время.

Довольный тем, что все точки над i расставлены, Эззи улыбнулся.

– Это очень мило с твоей стороны, Люси. Спасибо. Доев пирог, он сделал последний глоток кофе и слез с табурета.

Обращаясь с ним скорее как с гостем, чем с клиентом, Люси проводила его до двери. С тех пор как Эззи вошел в кафе, погода сильно изменилась. Небо потемнело, ветер, словно парусом, хлопал висевшим над дверью тентом.

– Кажется, наконец пойдет дождь, – проговорила Люси.

– Похоже на то.

– Будь осторожнее, Эззи.

– Еще раз спасибо за пирог.

– Эззи! – Остановившись, он обернулся. Люси комкала в руках полотенце. – Однажды, после того как ты ушел, эти старые чудаки… – Она указала на стол, за которым те собирались каждое утро. – Они сказали, что Карл Херболд поклялся убить Делрея Корбетта.

– Больше это не имеет значения. Сердечный приступ все за него сделал.

– А почему он такое говорил?

– После того как он был осужден за убийство охранника в Аркадельфии, Карл написал апелляцию. Дело направили на пересмотр, но Карл уволил своего адвоката и попросил Делрея оплатить услуги нового. Делрей ответил, чтобы тот рассчитывал только на себя. Дескать, сам должен отвечать за свои поступки. И еще радоваться, что его не судят за убийство Пэтси Маккоркл здесь, в округе Блюэр. Карл клялся и божился, что не имеет отношения к ее смерти. Делрей назвал его лжецом и публично отрекся от него. Парень взбесился и наговорил кучу угроз. Новый суд он проиграл и возложил за это ответственность на своего отчима, который не дал ему возможности нанять лучшего адвоката. Собственно, он винил Делрея во всем. Говорил, что если бы Делрей их любил, то они с Сесилом могли бы стать другими.

– Может быть, он и вправду виноват в том, что они стали такими?

– Может быть. Но только отчасти. Эти мальчики были плохими уже тогда, когда он женился на их матери.

Взглянув на пустой стол, она посмотрела на Эззи тревожными глазами.

– Они также говорили, что… что Карл поклялся убить и тебя.

– Ты больше слушай стариков, которые только и делают, что перемывают другим кости.

– Но это правда? – настаивала она.

В некоторой степени, – с неохотой сказал он. – Он говорил, что попал в закоренелые преступники только из-за того, что я в детстве чересчур часто сажал его по пустяковым обвинениям. Якобы из-за меня судьи в Арканзасе отнеслись к нему слишком строго.

– Это тебя все еще беспокоит?

– Нет. Это только разговоры, Люси. Не стоит принимать их близко к сердцу.

– Нет, я говорю о смерти Маккоркл. Это дело до сих пор не дает тебе покоя.

Ее проницательность поразила Эззи. Или это видно невооруженным глазом? Плохо, если люди обо всем догадываются.

– Время от времени я о нем вспоминаю, – тем не менее честно ответил он.

Люси даже не моргнула, но было ясно, что такой ответ ее не удовлетворил. Почему оказавшиеся на его жизненном пути женщины столь догадливы?

– Ну да, Люси, меня это дело все еще беспокоит. Признаться, я много о нем думаю.

– Херболды так и не были наказаны за Маккоркл. – Ее покрытое морщинами лицо выражало сострадание. – И тебя это волнует, так как ты веришь, что они виноваты.

– Не совсем так, Люси. Я начинаю верить в их невиновность.

* * *

Снаружи ветер был еще сильнее, чем это представлялось Эззи, когда он сидел в «Трудолюбивой пчеле». Прикрывая глаза от пыли, он с трудом дошел до своей машины и, придерживая одной рукой шляпу, выудил из кармана ключи.

Недавно группа музыкантов из школьного оркестра обошла все припаркованные в центре города машины и подсунула под стеклоочистители листовки, призывающие посетить благотворительный ужин. Сейчас они кружились в воздухе, подобно стае розовых бабочек.

На другой стороне улицы сдуло с места детский плавательный бассейн, принадлежавший магазину «Перри бразерс». Его вынесло на мостовую, и какому-то автофургону пришлось уворачиваться от него.

Забравшись в машину, Эззи включил фары. Хотя до заката оставалось еще несколько часов, из-за низко нависших туч было темно, как в сумерках. По улице на огромной скорости один за другим проносились автомобили – их владельцы старались добраться к месту назначения до начала бури.

По дороге домой Эззи видел несколько опасных дорожных происшествий, едва не приведших к столкновению.

Сам он ехал с большой осторожностью, которая его даже раздражала. Желая поскорее попасть домой, чтобы обдумать то, что неожиданно для себя сказал Люси, Эззи рассматривал бурю как неприятную помеху своим планам.

Однако старые привычки взяли верх, и он стал рассуждать как официальное лицо, столкнувшееся с явлением, угрожавшим общественному порядку. Вполне может случиться наводнение, так что нужно огородить низинные участки, пока какой-нибудь дурак не въехал на своей машине прямо в реку.

Необходимо также привести в боевую готовность пожарных на случай смерча и мобилизовать всех помощников шерифа.

Поймав себя на том, что сворачивает к управлению шерифа, он вспомнил, что больше там не работает. С этой бурей справятся без него, как и со всеми остальными.

Приехав домой, он услышал первые раскаты грома, что отнюдь не улучшило его настроения. В доме было неестественно темно. Включая по дороге свет, он вышел на задний двор и поставил под навес садовую мебель и Корины любимые гибискусы.

Эззи захотелось позвонить жене и спросить, как там с погодой в западном Техасе, чтобы она почувствовала себя немного виноватой за то, что он один сидит здесь в бурю.

Однако, подумав, он решил этого не делать, чтобы вновь не нарываться на отказ. Не сейчас. Потом он будет ее умолять, давать обещания, которые, вероятно, не сможет сдержать, будет делать что угодно, лишь бы вернуть ее домой. Но пока он к этому не готов.

В последний раз, когда он звонил, она резко пресекла его робкие попытки заговорить об их воссоединении.

Собственно, что еще хуже, она их полностью проигнорировала, потратив его время и деньги на оплату междугородных звонков на разговор о похоронах Делрея Корбетта и о еде, которую он должен был отнести Анне. Наверное, он с самого начала ошибался. Когда обнаружили обнаженное тело мертвой девушки, он сделал поспешный, но вроде бы вполне логичный вывод. Возможно, он хотел, чтобы братья Херболд оказались в этом виновны, потому что ждал от них подобных неприятностей. Все равно не за горами было то время, когда они кого-нибудь убили бы. Эззи просто немного опередил события, вот и все. В Аркадельфии они получили замечательное алиби. Во время ограбления в продуктовом магазине их сфотографировали.

Однако, считая их виновными, Эззи подтасовывал факты. Не так чтобы очень, но подтасовывал. Ведь женщина, которая обычно носит туфли размером восемь с половиной, в общем-то может носить и восьмой. Так же поступил и Эззи.

Тем не менее уверения Карла в своей невиновности всегда беспокоили бывшего шерифа. Зачем Карлу сознаваться в других преступлениях, но яростно отрицать, что в ту ночь он уехал вместе с Пэтси? Раньше Эззи считал; что тот врет. Но, может быть, это и не так. Может быть, единственный раз в жизни Карл сказал правду.

Самое неприятное здесь заключалось в том, что если тогда не Карл с Сесилом ушли с этой девушкой из таверны, то это сделал кто-то другой. Таинственный незнакомец увез ее на берег реки, занимался там с ней сексом, а потом оставил лежать мертвой на траве. Он-то и может ответить на те вопросы, которые мучают Эззи вот уже четверть века.

Неужели он потратил значительную часть своей жизни, пытаясь доказать вину Карла и Сесила, когда на самом деле какой-то другой человек слышал, как она испустила последний вздох? Неужели он позволил виновному уйти от наказания?

63
{"b":"4623","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Создатели
Факультет уникальной магии. Возвращение домой
Очарованная мраком
Настоящая охота. Лучшие рассказы со всего мира
Одержимость
Хюгге. Датское искусство счастья
И снова девственница!
Октябрь
Смерть в поварском колпаке. Почти идеальные сливки (сборник)