ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Приключения желтого чемоданчика
Скажи, что ты моя
Солнце мрачного дня
Пятьдесят оттенков свободы
Не открывать! Липко!
Пенсия или безбедная жизнь?
Разведенная жена, или Черный квадрат
Вы нам подходите
Блокада Ленинграда

– Ты была в клинике «Уотерс»? Джиллиан кивнула.

– У этой клиники отличная репутация и… высокий процент успеха, к тому же мне понравился врач – он был так внимателен и терпелив! Он подробно объяснял мне все, что он собирается делать. В общем, о своем решении я не жалею.

И это было видно по ее лицу. Джиллиан буквально сияла от радости.

– Жаль, ты ничего не сказала мне, – промолвила Мелина. – Я бы пошла в клинику с тобой. Хотя бы просто для того, чтобы тебя поддержать!

– Я знаю, ты готова поддержать меня в любых обстоятельствах. Ты и Джем – единственные люди, с которыми я обсуждала этот вопрос. Сейчас я жалею, что ничего тебе не сказала, но… – Взгляд Джиллиан стал влажным от сдерживаемых чувств. – Прошу тебя, пойми и ты меня… Ведь в конечном итоге, что бы вы с Джемом ни говорили, именно я должна была подвергнуться искусственному оплодотворению. И если бы все прошло удачно, вынашивать этого ребенка пришлось бы мне, поэтому и решение должна была принять я сама. Я собиралась тебе сказать, но, когда я уже приняла решение, ничто не могло меня поколебать.

– Что ж, кажется, я тебя понимаю. – Мелина протянула руку и сжала руку сестры в знак поддержки. – А Джем ходил с тобой в клинику?

– Нет.

– Понятно. – Мелина бросила еще один быстрый взгляд на живот сестры. – Но как… Как все это происходит?

– Довольно просто. Вчера мне сделали анализ мочи, который показал рост количества гормонов. Это означает, что в течение двадцати четырех – тридцати шести часов произойдет созревание яйцеклетки. Я позвонила в клинику и записалась на процедуру. Все. Это занимает всего несколько минут и проводится при помощи катетера, который вводят в матку.

– Это… не больно?

– Да нет, просто неприятно.

– А откуда берется сперма?

– А ты как думаешь?

Мелина ухмыльнулась:

– Я имела в виду географию, а не анатомию.

– Вообще-то у клиники «Уотерс» есть собственный банк спермы, однако они стараются не использовать местные… гм-м… образцы на пациентках, которые проживают в городе или его окрестностях.

– Весьма предусмотрительно!

– Мой образец прибыл из банка донорской спермы в Калифорнии. Его доставили самолетом сегодня утром. Сперма, разумеется, находилась в специальном охлаждающем контейнере, поэтому сначала ее пришлось разморозить, пропустить через центрифугу…

– Это еще зачем?

– Затем, чтобы получить… – Джиллиан рассмеялась. – Я бы назвала это семенным суперконцентратом!

– И как ты теперь себя чувствуешь? Так же или есть какие-то новые ощущения?

– Пожалуй, нет. Знаешь, после процедуры я даже задремала. Вообще-то после введения этого сулерконцентрата надо полчаса полежать. А я заснула и проснулась, только когда в смотровую пришла сиделка и велела мне одеваться и идти в кабинет врача. Он, впрочем, не сказал мне ничего нового – только бормотал что-то насчет высокой вероятности успеха и просил меня не расстраиваться, если с первого раза зачатия не произойдет. Потом я поехала прямо сюда.

Уверенность, с которой говорила Джиллиан, успокоила Ме-лину. Откинувшись на спинку кресла, она смотрела в лицо, как две капли воды похожее на ее собственное.

– Так-так… – проговорила она с улыбкой. – То, что ты рассказываешь, просто… ошизителъно!

Они обе улыбнулись, вспоминая слова официанта, потом Мелина сказала:

– Как это, оказывается, просто! Похоже, теперь самым трудным для тебя будет писать на эти узенькие бумажки!

– Для этого действительно требуется некоторая ловкость, но я уже приноровилась.

– И все же… – Мелина не договорила. Она даже взмахнула рукой, словно отгоняя от себя глупые мысли, но Джиллиан догадалась, что собиралась сказать сестра.

– Ты собиралась сказать, что предпочитаешь традиционные методы, не так ли?

– А ты и вправду меня неплохо знаешь! – воскликнула Мелина.

– Папа всегда говорил, что у нас мозги устроены одинаково.

– Можешь считать меня распущенной, – промолвила Мелина, с преувеличенным равнодушием пожимая плечами, – но я всегда предпочитала плоть и кровь всяким научным штучкам – катетерам, инъекторам и прочему. Холодный металл и стекло не заменят волосатых ног и теплой задницы, в которую так приятно запустить коготки. Я уже не говорю о других атрибутах…

– Мелина, ради бога!

– Что такое? Разве не приятно вспомнить учащенное дыхание, нарастающее возбуждение и ощущение приятной тяжести в животе? Разве не здорово чувствовать, что жизнь по-настоящему прекрасна? Неужели тебе все это безразлично, Джилл?!

– Ты говоришь о разных вещах – секс и дети. Я хотела завести ребенка… И он у меня будет!

Мелина посерьезнела:

– Я просто шутила, Джилл. Я знаю, что ты хочешь ребенка.

– Вот именно. И в этом все дело.

– Я понимаю и рада за тебя. Действительно рада. – Мелина с любовью посмотрела на сестру. – Жаль, что у твоего Джема все выстрелы холостые. Согласись, приятно иметь два удовольствия, так сказать, в одном флаконе. Секс и дети, я имею в виду…

Подошел официант с салатом из авокадо и креветок. Салат был искусно украшен свежими анютиными глазками, так что его было даже жалко есть.

Держа в руке вилку, Джиллиан отодвинула в сторону несколько цветков.

– Джему сделали вазэктомию[2] задолго до того, как он встретил меня.

– После чего он превратился в живой вибратор, – заметила Мелина и слегка приподняла бокал, словно тостуя. – Не мужчина, а сокровище!

– Мелли! – Джиллиан неодобрительно нахмурилась.

– Извини. – Но ее извинение не было искренним, и Джиллиан хорошо это понимала.

– Я знаю, ты не очень-то жалуешь Джема… – начала она.

– Джем – пустой, никчемный человечек, – резко перебила сестру Мелина. – Не думаю, что он сумеет сделать тебя счастливой.

– Это неправда. Я счастлива.

– Позволь тебе не поверить, дорогая. Во всяком случае, я бы не сказала, что ты влюблена в него по уши. Или, возможно, я чего-то не знаю?

– Должно быть, ты действительно чего-то не знаешь, потому что я люблю Джема. Просто в мире не существует идеальных отношений. Нельзя получить сразу все – в одном флаконе, как ты выразилась. Ни один мужчина не способен удовлетворить все требования своей половины.

– Но в данном случае речь идет не о пустых капризах. Ведь ты хочешь ребенка, а Джем не может тебе этого дать. А насколько это для тебя важно, я-то хорошо знаю… Помнится, еще в детстве ты все время возилась с куклами, а я гоняла на роликах, на скейте.

– Ты все еще мечтаешь принять участие в Большом дерби?

– Уже нет, потому что с тех пор изменились правила проведения соревнований скейтбордистов. Катание на доске стало практически безопасным и… скучным.

Джиллиан рассмеялась.

– Я помню, мама отличала тебя от меня по разбитым коленкам.

– Да, это правда, колени у меня постоянно были в царапинах и ссадинах, – подтвердила Мелина и тоже засмеялась, однако ее улыбка довольно быстро погасла. – Но если ты действительно хочешь иметь ребенка, попроси Джема, чтобы он сделал себе еще одну операцию. Насколько я знаю, в его случае все поправимо.

– Однажды я намекнула ему на это. Но он не захотел об этом разговаривать.

– Хотела бы я знать, как он отреагировал на твое решение прибегнуть к искусственному оплодотворению.

– Совершенно спокойно. Джем даже поддерживал меня, когда я начинала сомневаться.

– Гм-м… – Мелина была явно удивлена. – Странный он у тебя. Впрочем, я уже не раз тебе об этом говорила.

Джиллиан чуть заметно поморщилась:

– Знаешь, давай не будем больше про Джема, ладно?

– Почему?

– Потому что каждый раз, когда мы о нем заговариваем, дело заканчивается спором, а я не хочу, чтобы что-нибудь испортило мне сегодняшний день. Что же касается Джема, то… Давай договоримся, что у каждой из нас может быть свое мнение, окей?

– Окей.

Некоторое время они молча поглощали салат, потом Мелина сказала:

– Еще одно, последнее… Если искусственное оплодотворение удастся и ты забеременеешь, это будет серьезная проверка его чувств.

вернуться

2

Вазэктомия – хирургическое иссечение семявыводяшегоканала.

2
{"b":"4624","o":1}