1
2
3
...
54
55
56
...
126

– Значит, ты думаешь, что убийство Джиллиан и сегодняшнее нападение на тебя связаны между собой?

– Я уверен в этом. Думаю, Мелина, ты тоже так считаешь. – Он посмотрел на нее в упор, и в его глазах отразилась полоска света из неплотно закрытой двери ванной комнаты. – Я знаю: что бы ни утверждал Лоусон, тебе кажется, что закрывать это дело было нельзя. Ты не уверена, что все происходило именно так, как он говорит. Ты сомневаешься, что Дейл Гордон действовал в одиночку. Разве я не прав?

Некоторое время они сердито таращились друг на друга в полутьме спальни и молчали. Сердце ее отчаянно стучало, к горлу подкатил сухой комок… Наконец она чуть заметно кивнула.

– Не выпить ли нам чаю? – спокойно спросила она.

ГЛАВА 19

– Чаю?!

– Иногда я пью цветочный чай, он помогает расслабиться.

– А как насчет бурбона?

– Бурбон тоже хорош, но лично я никогда не пробовала запивать виски болеутоляющие таблетки.

– И напрасно.

– Ладно, погляжу, может, что и найдется. – Она вышла, и Харт огляделся. Спальня Мелины показалась ему очень уютной. Обставлена она была с большим вкусом, но без особых женских изысков. На ночном столике в рамке из вишневого дерева стояла фотография обеих сестер, и Харт взял фотографию в руки, в который уже раз поразившись про себя потрясающему сходству сестер.

– Можешь отгадать, где – кто? – спросила Мелина, входя в комнату с подносом, на котором стояло два низких стакана.

– Нет. Не думаю. – Он взял один из стаканов. – Спасибо…

– Не за что. Кстати, бурбона я не держу. Могу предложить скотч с содовой.

– Годится.

– Прошу прощения, сэр, что я не подготовилась к нашей встрече, но я не ожидала, что вы заявитесь ко мне посреди ночи, – едко заметила она. – Кстати, на снимке я справа.

Он снова поглядел на фотографию, потом недоверчиво покачал головой.

– Я так и не оплакала сестру как полагается, – тихо сказала Мелина, указывая на фото в рамке.

– Ты не должна себя изводить из-за этого. Все это свалилось на тебя как снег на голову. Ты по-настоящему еще не осознала, что Джиллиан больше нет. Вот когда осознаешь, тогда и будешь горевать.

– Откуда ты знаешь? Ты сам терял близких?

– Да, семь лет назад я потерял мать. Мне тогда нелегко пришлось.

– Когда умерли наши родители – а это произошло почти одновременно, – мы с Джиллиан выстояли только потому, что были вместе.

– В вашей семье не было других братьев и сестер?

– Нас было только двое. А теперь осталась я одна… – Она задумчиво провела пальцем по ободку своего бокала. – А твой отец? Он жив? – неожиданно спросила она.

– Да, он еще жив, – ответил Харт отстраненно и холодно, и она поняла – распространяться на эту тему он не собирается.

Последовала долгая напряженная пауза, потом Харт сказал:

– Странная складывается ситуация, Мелли.

– Что ты имеешь в виду? – не поняла она.

Он усмехнулся. Она скорее почувствовала, чем увидела его усмешку, и поняла, а вернее – угадала, что он скажет. И предчувствие ее не обмануло.

– Как правило, – начал Харт, – когда мне случается оказаться ночью в спальне красивой женщины, я предпочитаю не Говорить, а действовать. Но сейчас я сижу и обсуждаю с тобой допросы жизни и смерти… А главное, я чувствую себя так, ¦ Словно… Ну, как будто так и надо! Она невольно улыбнулась:

– Для меня эта ситуация тоже необычна хотя бы потому, что по ночам я предпочитаю спать. Но смерть моей сестры все изменила.

– Тогда ты, наверное, поймешь меня правильно, если я скажу, что после встречи с Джиллиан моя жизнь полетела под откос. И зачем вы только поменялись местами!

Она поднялась с кровати так стремительно, что полы ее халата разошлись, оголив почти до бедра стройные ноги. Со стуком поставив стакан на стол, она повернулась к нему, и ее глаза гневно сверкнули в полутьме.

– Знаешь, что мне только что пришло в голову? Что, если бы не ты, с моей сестрой вообще бы ничего не случилось!

– Ты права. – Его спокойный тон отрезвил ее. Она ждала спора, яростных возражений, но, когда Харт ничего больше не прибавил, она обнаружила, что ей совершенно нечего сказать.

Харт внимательно наблюдал за ней.

– Ну, теперь ты готова слушать? – спросил он почти задушевно.

Все еще злясь на него, она поплотнее запахнула халат и снова села.

– Налить тебе еще? – осведомился Харт бесстрастным голосом, заметив, что ее стакан пуст. Но она только покачала головой.

– Достаточно… А теперь рассказывай!

– Окей. – Он слегка наклонил свою красивую голову. – Давай-ка припомним все известные нам факты и попробуем разобраться, что может за ними стоять на самом деле.

– Но зачем тебе это? – не удержалась она от вопроса. – Ведь в тот день, когда Лоусон собрал нас в полицейском управлении, ты совершенно ясно дал понять, что не хочешь ввязываться в эту историю ни в каком качестве, что ты – просто случайный свидетель и что единственное, к чему ты стремишься, это как можно скорее вернуться к своей обычной жизни.

– Вначале я и сам так считал, – кивнул Харт. – Я не желал, чтобы меня против моей воли втягивали в какую-то грязную историю. Ведь не я заварил эту кашу, и мне казалось, что расхлебывать ее должен тот, кому это положено по должности. Ты была совершенно права, когда назвала меня эгоистом, – это был действительно эгоизм чистой воды, хотя я до сих пор предпочитаю называть это чувство инстинктом самосохранения, присущим каждому нормальному человеку. – Он ухмыльнулся: – Впрочем, теперь я считаю иначе.

– С чего бы это? Неужели в тебе проснулась совесть? Или все дело в этом твоем «инстинкте самосохранения»? Ты понял, что и твоей жизни грозит опасность, и немедленно перестроился…

– Считай, что у меня проснулась совесть. – Харт улыбнулся, но она никак не отреагировала, и он снова посерьезнел. – Окей, Мелина, можешь считать, что я струсил. Я и вправду вел себя не очень достойно.

– Ты повторяешься, Харт. Ближе к делу!

– Я бы не хотел называть причину, которая привела меня к тебе сегодня. Пусть это останется моей тайной, ладно?

– Нет, не ладно. Пока ты не расскажешь мне честно и без утайки, почему ты пришел сегодня ко мне, я не смогу тебе доверять.

– Хорошо. Достаточно будет, если я скажу, что эта причина имеет отношение к Джиллиан?

– А ты не врешь?

– Клянусь, это правда! Мои мотивы по большей части связаны с твоей сестрой и с ее… с тем, что с ней случилось. – Харт не стал пускаться в подробности, но Мелине этого было достаточно.

– Окей. Говори.

– Мне пришло в голову, – сказал Харт, – что тот, кто убил Джиллиан, сегодня вечером пытался убить меня.

Одной этой фразы Харта хватило, чтобы полностью завладеть ее вниманием.

– Во всяком случае, – продолжал Харт, – меня заставили поверить, что моей жизни грозит серьезная опасность. Сегодняшний инцидент мог быть всего лишь предупреждением, а раз так…

– Ты испугался?

– Больше разозлился. Быть может, все дело в моей индейской крови, но… Короче, я вскипел. Никто не смеет безнаказанно прыгать на меня в темноте и еще грозить, что свернет мне шею, как цыпленку! Не в моем характере задрать лапки кверху и сдаться. Нет, тот, кто решит убить меня, быть может, в конце концов добьется своего, но сначала он получит хорошую драку!

– Но ведь убийца Джиллиан мертв.

– А откуда ты знаешь, что он действовал в одиночку? И что за ним никто не стоял, никакие силы?

– Какие силы, Харт?! Масоны? Коммунисты? Опомнись!

– Нет, предположить, что Гордон был одиночкой, – это всего лишь только логично.

– Если это логично, тогда почему вчера вечером ты снова побывала возле его дома?

Глаза Мелины округлились от удивления. Ее рот удивленно приоткрылся.

– Откуда ты знаешь?

– Я сам был там примерно в то же время, – признался Харт. – Гараж, в котором он жил, все еще был обнесен желтой полицейской лентой. Я… мне хотелось только убедиться, что Гордон действительно был тем самым убийцей. И что он убил Джиллиан исключительно из-за того, что в его гнилых мозгах полетели последние предохранители. Но около его дома я увидел тебя.

55
{"b":"4624","o":1}