ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Помахав гостям рукой и вернувшись в квартиру, Блэр увидела, что Шон исчез. Это обидело ее. Никогда еще она не чувствовала себя такой одинокой. Несколько минут она в растерянности ходила по квартире: опустошенная, унылая, неприкаянная.

Она – никто и ничто. Та нереальная жизнь, которую она пытается построить здесь, в Тайдлендсе, – лишь мыльный пузырь, не более. Она не вписалась в местную жизнь, да и не могла вписаться. У нее есть только одно, и это остается неизменным.

Вдруг, преисполненная решимости, Блэр схватила сумочку и выпорхнула из квартиры. Как и обещала Пэм, ее машина стояла у порога. Блэр включила мотор и поехала к студии. Она не думала о том, разумно ли поздно ночью войти одной в пустой зал.

Подойдя к двери, Блэр отперла ее, направилась к кабинету и включила проигрыватель. Потом достала из ящика стола колготки и быстро натянула их. Надев балетные туфельки, она завязала ленточки вокруг лодыжек. Скинув юбку, подошла к станку и проделала упражнения для разминки. В зале было почти темно, его освещал только свет из кабинета.

От волнения тело ее покрылось потом. Блэр выбрала пластинку и, встав в нужную позицию перед зеркальной стеной, стала двигаться в такт музыке. Темп все ускорялся, и через несколько минут Блэр уже вихрем кружилась по залу.

– Черт возьми, что ты тут делаешь? – неожиданно раздался из темноты голос Шона.

Блэр продолжала упражнения, стараясь не допускать ошибок. Не испытав никакого смущения, она ответила:

– Я делаю то, для чего рождена.

7

Шон, встревоженный поведением Блэр, тем, как самозабвенно она носится по залу, подошел к проигрывателю и поднял рычаг. Музыка оборвалась. Воцарилась гнетущая тишина.

Блэр раскрутилась в обратную сторону, как игрушечная балерина в музыкальной шкатулке. Несколько мгновений она стояла, ссутулившись, опустив от отчаяния голову и плечи? Когда она подняла голову, Шон увидел, как слезы льются из ее глаз.

– Не надо прерывать меня, – робко попросила она. – Я должна танцевать. Прямо сейчас. Немедленно. Пожалуйста, не мешай мне.

– Ты навредишь себе, тебе будет плохо.

Блэр нервно стиснула пальцы.

– Мне сейчас плохо! – вскричала она.

Шон посмотрел на нее со смешанными чувствами. Ему казалось, что никогда еще он не видел ее такой красивой. Ее волосы блестели как шелк и спускались на плечи. Наполненные слезами глаза выражали отчаяние. Шона пронзила жалость к ней. Она пыталась отрицать несомненное.

Шона охватил гнев. Почему она позволила этим идиотам разрушить счастье, к которому так стремилась? Ему хотелось взять ее и как следует встряхнуть, чтобы она поняла, как мало значит их мнение. Но тут же он ощутил жгучую любовь к Блэр и необходимость защищать ее. Этот порыв любви был таким мощным, что Шон затрепетал. Какой смысл в его силе, если он не может поддержать ее? Он с ужасом ощутил свою слабость.

– Что, по-твоему, мне делать? – спросил он хриплым шепотом.

– Поставить иглу на начало третьей части и помочь мне.

– Помочь тебе?

– Да! Танцуй со мной.

В другой момент Шон расхохотался бы. Его можно было принять за кого угодно: за лесоруба, портового грузчика, громилу-головореза, футболиста, борца, но только не за танцора.

Но сейчас ему было не до смеха. В голосе Блэр слышалась мольба, а он с горечью осознавал, что не может выполнить ее просьбы.

– Блэр, прости, я даже не знаю, с чего начать.

– Я все тебе скажу. Ты должен только держать и поднимать меня.

Шон вытер внезапно повлажневшие ладони о шорты.

– Я не уроню тебя?

– Нет. – Блэр покачала головой. – Не уронишь. Я знаю. Ну, пожалуйста!

В такой горячей просьбе он не мог ей отказать.

– Ну, хорошо. – Шон словно со стороны услышал свои слова. Он подошел к проигрывателю и поставил иголку на конец второй части, чтобы успеть подойти к Блэр.

Когда он приблизился, она стояла в пятой позиции.

– Становись за мной, – сказала она. – Первые несколько минут я танцую одна. Ты просто повернешься ко мне. Я скажу, когда надо будет меня поднять.

Упоительная музыка Рахманинова наполнила зал, и Блэр продолжила прерванный танец. Она скользила вокруг Шона, и он изумился тому, как быстро Блэр вошла в образ. Сейчас перед ним была женщина, полная любви, чувственная, зовущая, танцующая для своего возлюбленного. Каждое ее движение было прекрасно и гармонировало с музыкой.

– Сейчас, когда я приближусь, возьми меня за талию так, чтобы я могла прогнуться назад до самого пола.

От страха сделать что-нибудь не так у Шона перехватило дыхание. Он сам удивился, когда ему удалось вовремя взять ее талию своими большими ладонями, и Блэр, вытянув ноги, почти коснулась головой пола, а он склонился над ней. Интуитивно он понял, когда надо помочь ей подняться. После этого Блэр, танцуя, стала удаляться от него.

– Когда я снова приближусь, подхвати меня и подними над головой, – попросила она, вращаясь и приближаясь к нему.

Он чуть было не упустил нужный момент, но в следующее мгновение она взлетела над головой Шона, подхваченная его сильными руками.

– Теперь медленно иди по кругу, – весело потребовала Блэр.

Подняв голову, он увидел ее изогнутую спину и широко разведенные руки, похожие на крылья парящей птицы. Да и весит она не больше, подумал Шон.

– Потихоньку опускай меня, – приказала она, обхватив руками его плечи. Шон слегка оторопел, почувствовав ее колени на своей груди. Чувственно прижимаясь к нему, Блэр медленно опускалась, пока ее туфли не коснулись пола.

Шон продолжал выполнять ее команды. В какой-то момент, когда ритм музыки ускорился, Блэр снова, кружась, приблизилась к нему.

– Встань на одно колено, – сказала она, тяжело дыша.

Зазвучали последние аккорды. Блэр тут же вскочила на согнутую в колене ногу Шона и перегнулась через его правое плечо.

Когда музыка смолкла, они еще несколько мгновений оставались в том же положении. Потом Блэр быстро приподнялась на плече Шона. Он при этом успел положить ладонь ей на живот, помогая выпрямиться. Блэр спрыгнула и прислонилась к нему спиной. Он, продолжая стоять на одном колене, осторожно повернул ее к себе.

Ее лицо было залито слезами, но теперь это были слезы радости.

– Спасибо. Это было… прекрасно.

– Это ты прекрасна. – Он провел руками по ее телу, словно желая убедиться, что это земная женщина из плоти и крови, а не ангел, спустившийся с небес, чтобы очаровать его. Шон притянул ее к себе и уткнулся головой в ее живот.

Она обхватила ладонями его голову и еще сильнее прижала ее к своему телу. Он чуть-чуть приподнял лицо. Теперь Блэр чувствовала его горячее дыхание. Шон поцеловал ее живот раз, другой, постепенно спускаясь к бедрам.

– Шон! – хотела воскликнуть Блэр, но не смогла. Он взял ее на руки как ребенка, и начал жадно целовать. Язык Шона проник в ее рот, с готовностью принявший его. Его ладони пробежали по ее волосам, шее, плечам. Его стремительность сдерживало лишь то, что она, так же истосковавшаяся по нему, даже не сопротивлялась. Блэр обхватила голову Шона и, притянув ее к себе, приникла к его губам.

Когда ему наконец удалось перевести дыхание, он проговорил:

– Пойдем отсюда.

Через несколько минут они были уже в машине Шона. Автомобиль семейства Дельгадо второй раз остался на приколе Ехать к Блэр было нельзя, ведь там только что побывала компания ее друзей, и Шону не хотелось снова бередить ее раны.

Он привез Блэр к себе. Внеся ее в дом, Шон прошел через веранду, которая так понравилась Блэр, через комнаты первого этажа и направился к широкой скрипучей лестнице. Голова Блэр покоилась на груди Шона. Ее поза выражала полное доверие. Когда он опустил ее на пол в большой спальне, она застенчиво взглянула на него.

– Мне нужно принять душ.

Шон ласково улыбнулся.

– Мне тоже. Это там, – показал он.

Блэр пошла к двери ванной. У нее на ногах еще были балетные туфельки, которые сейчас странно выглядели. Шон, последовав за ней, не стал зажигать люстру, включив лишь инфракрасный обогреватель, который залил комнату неярким оранжевым светом.

23
{"b":"4626","o":1}