ЛитМир - Электронная Библиотека

– Я вышла на веранду вытрясти пыль из ковриков и вдруг увидела, что Шермана и Гарриет нет в загоне.

Сон с Ханны как рукой сняло, и она моментально соскочила с постели. Кое-как облачившись в халат, она пулей вылетела из дома и понеслась к загону. Огороженный забором дворик был пуст. Баран и лошадь словно испарились.

– О, Шерман, как же ты выбрался?.. – бормотала Ханна, осматривая каждый уголок загона и бросая вокруг огорченные взгляды в поисках пропавших животных.

Она не слишком волновалась насчет их исчезновения, ведь рано или поздно животные устанут, проголодаются и вернутся домой. Гораздо больше ее беспокоили возможные осложнения отношений с соседями. Ханна обследовала тяжелую щеколду на деревянных воротах. Господи, как только Шерману удалось сначала сбросить щеколду, а потом отворить массивные ворота? А Шерман ничего и не делал, подумала она с упавшим сердцем. Шерман мог за считанные секунды съесть несколько цветочных клумб, он мог запросто растоптать небольшой садик, но отпереть ворота… на такое он не был способен. Только человеческие руки могли так тщательно выполнить все операции. Возможно, те самые руки, которые не пожалели краски, чтобы изуродовать ее сарай. Ханна с нехорошим предчувствием посмотрела на крольчатник и горестно охнула. Дверь клетки была распахнута, а все пушистые крольчата бесследно пропали. Даже енота Рокки, который редко спускался с дерева, своего импровизированного дома, нигде не было видно.

– Черт бы побрал их! – в сердцах пробормотала она, и горькие слезы навернулись ей на глаза. Почему они над ней издеваются? Что значит эта направленная лично против нее вендетта? Как ей бороться с невидимым врагом, который нападает и моментально растворяется в темноте ночи?

– Ханна? – За ее спиной появилась Эдна и положила ласково руку ей на плечо.

– О, Эдна… – вздохнула она, с трудом скрывая дрожь в голосе, потому что знала, какой эмоциональной становится Эдна при виде переживаний своей любимой хозяйки. – Кто-то выпустил животных на свободу и наверняка распугал их, ведь поблизости не видно ни одного зверька.

– Животные обязательно вернутся, – произнесла Эдна, чтобы хоть немного утешить Ханну.

– Вернуться-то они вернутся, но когда прекратится это издевательство?! – Она повернулась к Эдне лицом. – Сколько еще раз мне придется красить сарай и рыскать в поисках животных? Если такое будет продолжаться, то сколько еще времени Эдвард будет удерживаться от искушения выселить нас? – Глубоко подавленная, Ханна провела рукой по спутанным после сна волосам. – Мне лучше немедленно приступить к поискам нового жилища для нас – наверное, где-нибудь на севере штата или вообще в Коннектикуте.

– Значит, вы сдаетесь? Оставляете победу за этими подонками? – Эдна неодобрительно покачала головой. – А как же ваши обязательства перед пациентами? Вы просто бросите их на произвол судьбы, да? А что будет с маленькой Кэрри? Вы сами говорите, что вот-вот пробьетесь сквозь стену ее молчания. Неужели вы сможете уехать и бросить крошку в ее печальном замкнутом мирке?

– Боже, Кэрри! – Глаза Ханны распахнулись. – Эдна, который час?

– Почти половина десятого, а что?

– Сеанс Кэрри назначен на одиннадцать. За последнее время она очень привязалась к кролику Питеру. Что с ней будет, когда она приедет и не найдет его в клетке? – Стрелы панического страха пронзили Ханну. – О, Эдна, тогда она мгновенно вернется в прежнее состояние, в котором я застала ее в нашу первую встречу! Нужно найти кролика, и непременно до ее приезда!

– Идите одевайтесь, – спокойно сказала Эдна, которая всегда сохраняла ясность мысли в критические минуты. – А я тем временем поищу кролика около клетки. Потом мы объединим наши усилия и перевернем камушек за камушком, перероем куст за кустом, пока не найдем его!

Ханна согласно кивнула и поторопилась вернуться в дом. Одеваясь, она перебирала в уме все возможные места, куда могли убежать животные. Шерман наверняка двинулся в направлении восстановленного цветочного сада Алекса. Лошадь могла ускакать туда же – перед густой, сочно-зеленой травой газона Алекса ей будет трудно устоять. А вот найти кроликов – почти невыполнимая задача. Внезапная мысль пришла ей в голову, и стальные тиски страха сжали ее сердце. Ведь люди, которые выпустили кроликов, могли унести их с собой или даже покалечить… Нет, они не могли поступить так жестоко!

* * *

Ханна спешила к выходу, когда ее остановила трель телефонного звонка. Она рывком подняла трубку и коротко бросила:

– Да?

– Ханна? Это ты?

– О, Алекс, сейчас у меня нет времени разговаривать. У нас тут случилась катастрофа: кто-то выпустил всех животных на свободу, а в одиннадцать назначен сеанс с Кэрри, и если мы к тому времени не разыщем Питера, то мне страшно представить, как это воспримет Кэрри, – слетела с губ доведенной до отчаянья Ханны бессвязная путаница слов.

– Ханна, милая, сбавь обороты. Я совершенно не понимаю, что ты говоришь. Повтори все еще раз, и помедленнее, – попросил ее Алекс.

Ханна заново изложила ему ситуацию – медленно и четко. Когда она закончила, Алекс спросил: – Во сколько начинается сеанс с Кэрри?

– В одиннадцать.

– Отлично. Ты начинай искать, а я как можно скорее выеду на помощь. Если быстренько все уладить, то смогу прибыть через сорок пять минут.

– Алекс, ты же сейчас на работе. Я справлюсь сама, не отрывайся от дел… – запротестовала Ханна, глубоко тронутая уже одним предложением Алекса. – Ты, правда, ничем не сможешь помочь.

– Я смогу помочь тебе с поисками и смогу успокоить тебя. Дружеское плечо тебе сейчас не помешает. – Долгое молчание. – Ханна, ты меня слышишь?

– Слышу, – откликнулась она. Соленые слезы опять обожгли ее веки. – Ты прав, мне не обойтись без дружеского плеча.

– Ты не успеешь оглянуться, как я прибуду к тебе, – пообещал Алекс и повесил трубку.

Потом он вспомнил, что с минуты на минуту должен будет отправиться на встречу, которая продлится не менее получаса. Встреча должна была проходить между Алексом, его адвокатом и представителем профсоюза. Будущие результаты переговоров имели огромное значение. От них зависело, выполнят ли рабочие одного из предприятий Алекса свои угрозы начать забастовку или пойдут на компромисс. Когда Алекс обдумывал, на какие сроки будет лучше перенести встречу, он продолжал непрестанно вспоминать недавний разговор с Ханной. Ее голос дрожал от едва скрываемого отчаяния. Алекс так и не смог придумать отговорку для представителя профсоюза, которой мог бы объяснить перенесение встречи на более поздний срок, и махнул рукой. Он знал только одно: ради Ханны он отложит на потом что угодно. Алекс нажал кнопку внутреннего телефона.

– Анна, отмените мое совещание с Томом Ричардсом и мистером Ватсоном, и пусть из гаража выведут машину и припаркуют у входа. Меня срочно вызывают домой.

– Да, сэр… – ошеломленно ответила секретарша.

Минуту спустя Алекс уже сидел в машине и мчался в направлении Лонг-Айленда, мчался к Ханне. Он вспомнил, какими изумленными взглядами провожали его секретарши. И неудивительно – Алекс никогда прежде не срывался из офиса посреди рабочего дня. Обычно уже в течение долгих лет Алекс приходил на работу первым, а уходил последним. Странно – когда он выходил из офиса и садился в машину, то ожидал вполне оправданных укоров совести, но вместо чувства вины с удивлением ощутил уверенность в правильности своего поступка. Мало того, Алекс начал им гордиться. Ханна нуждалась в нем и его помощи, и Алекс впервые в жизни почувствовал, как это здорово – быть кому-то нужным.

Ханна внесла новое измерение в его жизнь, и он твердо намеревался выяснить, какой путь им предстоит пройти вместе. Алекс мог смело утверждать, что Ханна увлечена им. Но какой-то кусочек души этой женщины продолжал оставаться для него тайной, и Ханна пока что не собиралась открывать ее. Она отказалась лечь с ним в постель не только по той простой причине, что не чувствовала себя готовой к близости. Ее останавливал голос какой-то частички ее сердца, которую Ханна тщательно оберегала от посторонних. Алекс понятия не имел, сколько усилий должен приложить, какие слова подобрать, чтобы полностью раскрыть для себя сердце этой женщины.

28
{"b":"463","o":1}