ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Во время уборки он выдвинул ящик, где держал большие столовые приборы, и, положив лопаточку, взял пистолет.

Затем открыл воду и начал заполнять раковину горячей мыльной водой. Погрузив в воду грязные тарелки, принялся за дело, не спуская глаз с тостера. Когда его хромированная поверхность отразила легкое движение за спиной, он выдернул из-за пояса пистолет, развернулся и выстрелил.

С руки, держащей пистолет, на пол стекла струйка мыльной воды.

Глава 14

Обратный перелет Барри в Вашингтон был длинным и неспокойным. В Национальном аэропорту царил хаос, как на турецком базаре. Добираясь на автомобиле со стоянки до телестанции, она вконец вымоталась. Собираясь войти незамеченной, чтобы проверить свое рабочее место на предмет почты и сообщений, она надеялась так же тихо удалиться, не перемолвившись ни с кем и словом.

В компьютерной почте сообщений не было; четыре сообщения лежали в телефонном ящике. Два от знакомых, одно из химчистки — оказывается, там не смогли вывести пятно с блузки — и последнее от Чарлин. Та спрашивала, почему она не ответила ни на один из ее звонков.

Барри стала гадать, что за вспышка новостей была у Чарлин: проникновение терроризма в организацию бойскаутов, активность мафии среди эскимосов, цианид в кукурузных хлопьях?!

— Бедняга, — пробормотала Барри, уничтожая телефонные сообщения. — Возможно, она просто одинока и хочет с кем-нибудь поговорить.

— А кто не хочет?

— Черт побери, Хови! — воскликнула она, развернувшись в кресле. — Напугать меня вот так, до смерти, доставляет тебе какое-то нездоровое наслаждение?

— Ты бы так не подпрыгнула, если бы совесть у тебя была чиста.

— Не заводись. Я не в настроении.

— Правда? — воскликнул он пронзительным голосом. — А как же насчет меня? Именно я прикрывал твою задницу, когда федералы донимали расспросами. Именно мне ты наврала и выставила дураком перед Дженкинсом.

— Очень сожалею, Хови. Я вынуждена была солгать.

Она встала, чтобы уйти, но он преградил ей дорогу.

— Что ты расследуешь, Барри? Скажи мне.

— Нет, пока не получу достаточно информации.

— Почему бы тебе не взять с собой оператора? Она подумала, давно ли пришло в голову этого «Эйнштейна», что она даже не взяла фотографа, когда отправилась за крутым материалом. Ведь что такое телерепортаж без картинки?!

— Пока еще преждевременно брать оператора. Ты первым узнаешь, когда появятся первые показания на пленке.

Выражение его лица стало неприятным. Еще более неприятным.

— Мне осталось несколько лет до пенсии. Если ты думаешь, что я собираюсь потерять из-за тебя пенсию, то ты сильно ошибаешься. Большим риском было начинать с тобой, но я сделал на тебя ставку.

— За что я вам вечно благодарна. А сейчас я пересекла весь континент и два часовых пояса и потому устала, раздражена и хочу под душ. Я собираюсь забрать своего пса и отправиться домой. Спокойной ночи. — Она проскользнула мимо.

— Ладно, хорони себя заживо. Но не надейся утащить за собой и меня! Это последний раз, когда я ходил за тебя на ковер. — Она была уже почти вне слышимости, когда он сделал прощальный выстрел:

— И выглядишь ты отвратительно!

Сначала Барри хотела оставить Кронкрайта в питомнике до утра, но решила, что ей нужна компания. Кроме того, она не любила держать его взаперти без необходимости.

Барри приехала в питомник за несколько минут до закрытия. И служительница, и Кронкрайт — оба при виде ее чуть не прыгали от радости.

— Прекрасно воспитан, но ужасно избалован, — сказала молодая женщина, освобождая Кронкрайта.

— Да, знаю. Но он принц среди собак. — Барри присела на корточки и взъерошила его загривок. Он же без устали лизал ей лицо.

Проявление радости у него ничуть не уменьшилось и в машине.

— Обещаю, что ты получишь угощение сразу же, как только мы попадем домой, — бросила Барри, открывая дверцу. — Ну успокойся!

Так как кто-то занял парковочное место напротив ее дома, она вынуждена была при парковаться на пол-, квартала дальше.

— Кронкрайт, успокойся! — девяносто фунтов собачьего веса тянули поводок. Зная, что вот-вот и он дома и там его ждет угощение, пес был почти неуправляем.

— Ладно, ладно. — Барри отцепила поводок. Не сделай она этого, пес просто потащил бы ее за собой.

Почуяв свободу, он на долю секунды задержался, затем бросился вниз по улице, стуча когтями по тротуару.

— Заходи через свой собачий лаз, — вслед ему крикнула Барри.

Она нагнулась к сиденью, чтобы вытащить сумку и багаж.

Взрывная волна, словно гигантская рука, ударила и свалила ее на землю. Огромный пылающий шар взвился в небо, затопив все вокруг жутким красным сиянием ада.

— О мой бог мой бог мой бог! — Ей удалось наконец встать на четвереньки. Несколько секунд Барри ошарашенно смотрела на адское пламя в полуквартале отсюда, туда, где когда-то стоял ее дом. Черный дым клубился над этим местом, затмевая месяц. Несколько секунд она находилась в оцепенении, затем кровь прилила к голове. Пьяно пошатываясь, она поднялась на ноги и побежала вниз по тротуару. По крайней мере попыталась бежать. На самом деле это скорее напоминало какую-то нетвердую походку.

— Кронкрайт! — Крик ее еле отличался от мычания. — Кронкрайт! Сюда, мой мальчик! — Она не замечала жары, двигаясь по выложенной камнями дорожке, ведущей к центральному входу в дом.

— Леди, вы с ума сошли!

Чьи-то руки подхватили ее под мышки, мешая двигаться вперед.

— Кто-нибудь, помогите! — выкрикнул человек. — Она пытается войти внутрь.

Затем ее держали уже несколько пар рук. Барри боролась, но напрасно. Ее протащили через улицу в соседний двор, подальше от опасного места. Она пыталась объяснить, но из горла вырывались только рыдания.

— Кронкрайт, Кронкрайт…

— Я думаю, Кронкрайт — это ее пес.

— Больше нет. Если он был в этом доме, он…

— Кто-нибудь знает, что случилось?

— Чей это был дом?

Барри лишь смутно слышала какие-то голоса. Из ближайших домов повыскакивали жители. Тротуар и дорогу запрудили любопытные. Вдали послышался вой сирен.

Когда добросердечные соседи убедились, что Барри не собирается бросаться в пламя, ее освободили, и все разбрелись кто куда. Она забралась на изгородь между лужайками и, съежившись, с ужасом наблюдала, как ее владение разваливается на части. Никто не обращал на девушку внимания, прохожие переговаривались друг с другом, стараясь восстановить ход событий.

— Вон приехали пожарные. Интересно, во двор въедут?

— Хоть бы полили и нашу крышу.

— А внутри кто-нибудь был?

— Только собака. Говорят, пес хозяина. Барри неслышно всхлипнула:

— Кронкрайт…

Это было последнее, что она успела произнести, прежде чем огромная ладонь зажала ей рот и ее перебросили через ограду. Барри попыталась закричать, но ладонь лишь увеличила давление. Она кинулась было к газону соседа, но похититель сбил ее с ног. Когда они достигли аллеи за домом, Барри удалось довольно-таки сильно пнуть его по голени, он ослабил хватку, но лишь на время; она же упала на асфальт и ободрала колени. Девушка вскрикнула, но разве можно было услышать ее крик среди этого шума и хаоса?!

Она умудрилась подняться на ноги, но снова попала в удушающие медвежьи объятия.

— Заткнись или я тебя ударю!

Поверив ему, Барри прекратила сопротивление; ее тащили через какой-то двор, затем через аллею и еще один двор. Наконец они достигли машины, припаркованной у обочины, улицы за две от ее авто.

Когда похититель дотянулся до дверной ручки, Барри вонзилась зубами ему в ладонь и двинула локтем в живот. Он отступил и прорычал ругательства. Барри со всех ног бросилась в сторону.

Но свобода оказалась недолгой. Он схватил ее сзади за волосы и притянул к себе. Затем развернул и тряхнул так сильно, что она испугалась возможности развалиться.

— Кончайте воевать со мной, черт побери! Я пытаюсь сохранить вам жизнь.

25
{"b":"4631","o":1}