ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Глава 27

Перестань, — проворчал Дэйли. Барри включила телевизор на полную громкость.

— Грэй считает, что дом под наблюдением.

— И жучки установлены?

— При современном уровне техники жучки вовсе не нужны, — откликнулся Грэй. — Они могут прослушивать и без них, находясь в квартале отсюда.

— Они?!

— Люди Спенса.

— Ублюдки, — проворчал Дэйли. Затем, кивнув в сторону Грэя, добавил:

— Я думал, он уехал.

— Я тоже так думала. И была несказанно удивлена, увидев его вчера.

— Я после фестиваля вернулся поздно, всю ночь волновался за тебя.

Виноватым голосом Барри ответила:

— Я забыла позвонить.

Дэйли жестом предложил им сесть.

— Насколько я поняла, эта история еще не закончилась? Вы по-прежнему считаете, что смерть ребенка не была несчастным случаем?

— Думаю, что так, — ответил Грэй. — С этого все и началось. И сейчас превратилось в нечто страшное. Дэвид пытается это скрыть, но у него плохо получается. У Спенса со мной ничего не вышло, дела в доме на озере у Джорджа Аллана со смертью медсестры пошли наперекосяк.

— Ее смерть привлекла внимание к Аллану в тот самый момент, когда ни он, ни Дэвид этого совсем не хотели. Аллан вынужден был прекратить лечение Ванессы. — Барри продолжила:

— Из-за того что смерть медсестры рано или поздно привлекла бы внимание к Ванессе, ему пришлось быстро… как бы это сказать, восстановить ее и отправить назад в Вашингтон.

— И в то утро на пресс-конференции она вновь предстала перед избирателями, — закончил Грэй. — И тем, кто не знал ее близко, казалась нормальной. Я же думаю, что она по-прежнему в опасности.

— С чего бы это? — спросил Дэйли. — Мне все кажется вполне обычным. Нили зачитал благодарность медсестре от имени первой леди. Меррит молится за ее семью. Бла-бла-бла.

— Ванесса дала понять, что она в беде. Она не надела обручальное кольцо своей матери, — объяснил Грэй. — Она носила его на безымянном пальце правой руки, после того как Клет надел его ей в день смерти матери. В то утро она старалась сделать отсутствие кольца заметным: когда телекамеры были обращены к ней, она соответствующим образом держала руку. Думаю, она хотела показать кому-то, что кольца нет.

— Ты в самом деле думаешь, что она давала знак и просила о помощи? — спросил Дэйли.

— Да.

— Может быть, кольцо стало ей велико — она ведь похудела. Или ей захотелось от него отдохнуть. А может, отдала ювелиру, чтобы он почистил. Есть множество объяснений.

— Верно. Если бы, будучи в Вайоминге, я увидел ее по телевизору без кольца на руке, я бы слегка удивился, но не встревожился. Однако, — продолжал он, — поскольку Спенса послали меня убрать, поскольку я знаю, почему взлетел на воздух твой дом, поскольку видел за тобой слежку, у меня есть основания быть встревоженным.

— Наверное, ты прав, — согласилась Барри. — Пресс-конференция стала первым публичным появлением Ванессы со времени ее «уединения». Если она так здорова, как утверждает Белы и дом, после пресс-конференции ее бы отправили назад.

Она неожиданно подняла телефонную трубку и стала по памяти набирать номер.

— Кому ты звонишь?

— В офис Ванессы.

— Не забудь — все, что ты скажешь, будет записано на пленку.

— У меня в запасе разные штучки. Выключи телевизор.

Тишина обрушилась словно дикий грохот.

— Доброе утро, — вежливо произнесла Барри в телефонную трубку. — Меня зовут Салли Мэй Хендерсон. Я представительница организации «Дочери американской революции». Хотелось бы от имени нашей организации вручить первой леди награду за заботу о бездомных.

Она подчеркнула, что представители организации хотели бы сделать это лично:

— Это привлечет внимание к проблеме бездомных.

Вежливо, но твердо ей ответили, что в ближайшее время встреча невозможна. Первая леди еще слаба после недавней болезни.

— Что ж, понимаю, передайте ей наш горячий привет. Мы еще позвоним. — Она повесила трубку и повернулась к Дэйли и Грэю:

— Персонал получил указания не назначать никаких встреч с ней, пока доктор Аллан не даст добро.

Грэй снова включил звук и сказал:

— Дэвид готовится к решительным действиям.

— Похоже на то.

Дэйли озабоченно почесал подбородок.

— Догадываюсь, о чем вы думаете, — сказал он.

Бондюрант продолжил:

— Ванесса стала помехой, а Дэвид уничтожает все помехи.

— Ну, это только предположение.

— Конечно. — Грэй снова сел на диван. Некоторое время все молчали. Наконец Барри произнесла:

— В работе я часто попадаю мимо цели. Временами меня подводит интуиция. На сей раз я не ошиблась. Наш президент — преступник. — Она посмотрела на Грэя. — Я могу не верить своей интуиции, но верю тебе.

— Спасибо. — Он посмотрел на Дэйли, затем снова на нее.

— Вам обоим надо устроить себе отпуск и провести его где-нибудь за границей. Дэвид увидит, что вы бросили расследование, и утратит бдительность. А я тем временем спасу Ванессу. До того как он приступит к плану В.

— Это невозможно! — горячо возразила Барри. — Мы говорим о попытке убийства первой леди. Как гражданка этой страны, я не могу оставаться безучастной. Я была первым человеком, к кому Ванесса обратилась за помощью. Если бы я правильно поняла ее знаки, возможно, они с Клетом были бы сейчас в безопасности. Из-за моей ошибки она по-прежнему остается во власти своего мужа. Из-за этого предателя я потеряла все, что мне дорого, — Кронкрайта, дом, работу. Я буду мстить этому сукину сыну из Овального кабинета. Берегись, мерзавец, ибо я самый страшный твой враг! Враг, которому уже нечего терять.

— Кроме этого дома, где ты можешь укрыться, — перебил Дэйли.

— Нет, кроме тебя, — нежно поправила она.

— Не смотри на меня так, девочка. Ты безумна. Вы оба, — поправился Дэйли и перевел взгляд на Грэя.

— Разве можно скрывать правду о Меррите? — мягко спросила Барри.

— Вы оба сошли с ума. Сами послушайте, что говорите. Он ведь, черт возьми, президент Соединенных Штатов! Самая высокая должность в мире, самый могущественный человек на Земле. Да вас просто убьют!

Барри посмотрела на Грэя и нашла в его глазах понимание. По иронии судьбы то, что их разделяло, сейчас связывало воедино.

Повернувшись к Дэйли, Барри сказала:

— В то время как Меррит собирается меня убить, я собираюсь драться, а не сидеть сложа руки. Но как я могу подвергать опасности тебя? Возьми отпуск и уезжай.

— Лучше всего сегодня днем. Сразу же после того, как соберешься, — поддержал ее Грэй.

— Куда бы ты хотел поехать, Дэйли? В Мексику?

— И подхватить там дизентерию? Ну уж нет!

— А как насчет Багам?

— Сейчас в Карибском море тайфун. Вы что, не смотрите новости?

— Австралия?

— Я никуда не поеду, — твердо заявил он. — Почему я должен уезжать и оставлять все это удовольствие вам?

— Удовольствия здесь не будет, Дэйли, — произнес Грэй загробным голосом. — Тебе не надо вмешиваться. Эти люди очень опасны. Речь идет о жизни и смерти.

— Для меня это уже не вопрос, — возразил Дэйли и обвел рукой свою жалкую комнату. — Мне и в самом деле нечего терять в отличие от Барри. Я неизлечимо болен, у меня нет жены, детей — ничего. Насколько я понимаю, если я вам помогу, то умру небезызвестным.

Барри быстро приблизилась к нему, и поцеловала в макушку.

— Милый, ты больной и некрасивый, но я люблю тебя.

— Перестань. Я не люблю этого. — Он отстранился от нее. — Итак, Бондюрант, с чего начнем?

Глава 28

На пороге дома Джейн Гастон стояла улыбающаяся Барри.

— Здравствуйте, мистер Гастон. Я Барри Трэвис. Помните?

— Слишком хорошо. Что вам надо?

— Я принесла цветы. — Она протянула ему букет голубых незабудок. — Можно войти?

Он замялся, решая, стоит ли с ней говорить, затем посторонился:

— Только быстро.

Ральф Гастон-младший был обходительным полнеющим мужчиной лет тридцати пяти. Он жил в аккуратном кирпичном доме в пригороде Вашингтона, так же как многие другие люди среднего класса. Барри нашла его по телефонной книге.

50
{"b":"4631","o":1}