ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Они миновали несколько чистых комнат, правда, на полу были разбросаны игрушки.

— Жена с детьми ушла в магазин, — пояснил он, переступая через игрушечную газонокосилку.

— Очень жаль, что я их не застала. Я хотела всем вам выразить свои соболезнования.

Они вышли на крытый задний дворик, где Гастон, по всей видимости, до ее прихода смотрел по телевизору футбол. Он выключил звук и отхлебнул из бутылки пиво, ей выпить не предложил. Барри села на предложенный стул и попыталась ему объяснить, что их беседа — не интервью.

— Я здесь не как репортер. Вам, может быть, приятно будет узнать, что меня уволили с телевидения.

— Да, мне и в самом деле приятно это слышать, — буркнул он. — Вы получили по заслугам, мисс Трэвис. Моя мать была настоящей леди с чувством собственного достоинства. Она редко привлекала к себе внимание, а вы выставили ее смерть на посмешище. После того цирка, что вы устроили в больнице, мне трудно быть с вами вежливым.

— Что ж, ваше право. Весьма сожалею, что ваше горе было вынесено на публику.

— Вы пытаетесь извиниться?

— Да, я извиняюсь.

— Извинения принимаются. — Он встал. — А сейчас, если вы меня простите…

— Ваша мать, должно быть, была рада, когда доктор Аллан предложил ей работу, — перебила его Барри, стараясь узнать как можно больше, пока он ее не выставил.

— Почему вы так думаете? Резкий тон его голоса удивил ее.

— Ну, потому что ей было оказано высокое доверие.

— Да, — произнес он уже гораздо спокойнее. — Она считала эту работу большой удачей. И была польщена тем, что у нее такая важная пациентка.

В Барри проснулся профессиональный азарт. Здесь что-то явно не так. Она действительно пришла извиниться перед Гастонами, но, помимо этого, встреча с сыном сиделки была частью придуманного ею и Грэем плана освобождения Ванессы. Не могли же они обратиться в городскую полицию и обвинить президента в преступлении! У них не хватало улик, чтобы обратиться в Департамент юстиции. Не могли они и напасть на Белый дом. Их атака должна быть гораздо тоньше.

По мнению Грэя, и Барри с Дэйли согласились, администрацию следовало уничтожить изнутри. Пусть погибнет сама, как падающая звезда. Энергия Меррита должна привести его к собственной гибели.

Единственным доступным для них оружием была информация. Им необходимо было точно выяснить, что случилось в доме доктора Аллана на озере, и Барри вызвалась начать с сына Джейн Гастон. Когда она ехала сюда, то не предполагала узнать что-либо важное, но, возможно, она недооценила информированность Ральфа.

Он использовал слова «удача» и «польщена», когда говорил об отношении матери к работе в качестве личной сиделки первой леди. Создавалось впечатление, что она чувствовала себя недостойной этого места. «Почему?» — подумала Барри.

— У вашей матери были проблемы с сердцем?

— Только в последние два года, — ответил Ральф, словно оправдываясь, — но она не придавала этому большого значения. Она относилась к своей работе как к религии. Фанатично любила свое дело и была прекрасной медсестрой.

— Именно такие отзывы о ней я и слышала. Доктор Аллан ее очень хвалил и президент тоже.

— Он прислал на похороны цветы.

— В самом деле? Однажды он и мне прислал цветы.

Это было в другой жизни. Тогда она еще не знала, что президент — убийца.

— А раньше у нее бывали сердечные приступы?

— Несильные. Она быстро поправлялась. Это не мешало ее работе.

— Никто никогда не подвергал сомнению профессиональные качества вашей матери, мистер Гастон.

Он потер ладонями колени. Похоже, Гастон нервничал.

— Если мама подходила для того, чтобы ухаживать за первой леди, она была достаточно хороша, чтобы ухаживать за кем угодно.

— Естественно!

— Ее квалификация была выше всяких похвал.

— Нисколько не сомневаюсь. А ей нравилось работать у доктора Аллана?

— Что вы имеете в виду?

Барри широко улыбнулась Ральфу.

— Просто любопытно. Знаете, как эти доктора бывают эгоцентричны? Считают, что весь мир крутится только вокруг них. Я просто подумала, а вдруг и доктор Аллан такой же.

— Мама об этом никогда не говорила. Барри сразу почувствовала, что он лжет.

— Значит, ваша мать была удовлетворена тем, как идет лечение первой леди?

— Миссис Меррит вовсе не больна. Просто ей нужен длительный отдых.

— Конечно. И я о том же.

— Нет, — покачал головой он. — Вы хотели сказать, что моя мать сознательно не обращала внимания на то, что пациентку лечили не правильно.

— У меня и в мыслях не было, мистер Гастон. Президент благодарил вашу мать и доктора Аллана за прекрасный уход за миссис Меррит.

— Тогда что вы имели в виду?

— Как грустно, что, несмотря на весь свой врачебный талант, доктор Аллан не смог спасти вашу мать.

— Он сказал, что сделал все от него зависящее.

— И вы ему поверили?

— Почему бы и нет? Он выдающийся доктор и порядочный человек. Он предоставил маме возможность в то время, когда все отвернулись.

— Возможность?!

— Работать. — Внезапно он вскочил на ноги. — Я больше не хочу говорить на эту тему. Моя мать умерла всего несколько дней назад, мне очень плохо.

— Конечно, конечно. Простите, пожалуйста. Барри решила не давить на него. Уходила она, узнав больше, чем надеялась по дороге сюда. Хотя, на самом деле, сейчас вопросов гораздо больше, чем ответов.

— Было очень любезно с вашей стороны уделить мне время.

У двери Барри крепко пожала сыну медсестры руку и подумала, что Ральф Гастон, как и вся страна, нагло обманут человеком, в руках которого сосредоточена огромная власть. Поэтому, несмотря на грубость Гастона, она испытывала к нему чуть ли не материнскую жалость.

— Пожалуйста, передайте мои соболезнования остальным членам вашей семьи. И еще раз простите за ту боль, которую я вам причинила.

Ральф Гастон-младший, стоя у окна, проводил Барри Трэвис взглядом. Убедившись, что она села в машину и уехала, он быстро направился к телефону и набрал номер.

На другом конце провода трубку сняли почти сразу же.

Ральф разговаривал с федеральными агентами дважды в своей жизни — позавчера, когда они подошли к нему перед самыми похоронами и попросили поговорить наедине, и сейчас. И тогда, и сейчас его рот был сухим, а ладони влажными.

— Вы просили меня позвонить, если появится эта журналистка. Так вот, она только что от меня уехала.

— Вы разговаривали с ней?

— Да, сэр. Мне хотелось захлопнуть дверь у нее перед носом, но я сделал, как вы меня просили.

— Зачем она приезжала?

— Хотела извиниться.

Он пересказал их разговор. Затем со старанием только что завербованного агента ответил на вопросы.

— В основном она интересовалась здоровьем моей матери и тем, как доктор Аллан лечил миссис Меррит.

После напряженного молчания правительственный чиновник произнес:

— Вы поступили правильно, мистер Гастон. Президент Меррит будет благодарен вам за помощь.

У Ральфа от гордости подступил комок к горлу. Полученные им указания исходят от главного человека в стране. Ему сказали, что Барри Трэвис из-за своей болезненной ревности к первой леди старается причинить вред Белому дому и поэтому является врагом нации. Непонятно, правда, как далеко она может зайти, но после инцидента в Шинлине надо действовать осторожно. Поэтому президент попросил, чтобы его немедленно известили, если она в поисках информации позвонит Гастону.

— Я сейчас же доложу все президенту, — услышал Гастон. — Вы прекрасно справились с заданием.

— Спасибо, сэр. Рад стараться. Чем могу быть полезен еще?

— Пожалуйста, известите меня, если она снова приедет.

— Вряд ли. Ее уволил и с телевидения. Сегодня она была здесь не как репортер.

— У меня есть серьезные основания сомневаться в этом.

Спенс положил трубку и повернулся к президенту:

— Звонил Гастон. Он по-прежнему думает, что имеет дело с агентом ФБР. Угадай, кто только что был у него в гостях?

51
{"b":"4631","o":1}