ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Лагом. Шведские секреты счастливой жизни
Храню тебя в сердце моем
Стеклянная ловушка
Список желаний Бумера
Абхорсен
Всегда буду рядом
Кнопка Власти. Sex. Addict. #Признания манипулятора
Целуй меня в ответ
Пожарный
A
A

Да, Барри Трэвис и Грэй Бондюрант не лгали. Они раскрыли ему глаза на то, что он старался не замечать:

Дэвид Меррит заставил его дочь пройти через все муки ада, Дэвид Меррит убил его внука, Дэвид Меррит предал его, Дэвида Меррита следует уничтожить.

Но швырнуть ему в лицо необоснованные обвинения в вечерних новостях было бы недостаточно. Клет должен сокрушить Дэвида исподтишка, никому не сообщая о том, что он замышляет. Любые действия, кроме тайных, закончатся провалом.

У Бондюранта были шансы на успех, но только если бы он действовал один, без помощи журналиста, любого журналиста, а уж менее всего ему в помощники подходила Барри Трэвис. Да, надо действовать независимо от этой парочки, и действовать очень быстро, поскольку Дэвид поступает именно так.

Во-первых, надо срочно разыскать Ванессу, во-вторых, вырвать ее из рук Дэвида, ну а в-третьих, стереть с лица земли этого мерзавца!

Правда, сдерживают кое-какие обстоятельства, в частности собственные противоречивые эмоции Клета. Он ощущал, что предательство зятя занозой засело у него в сердце, и тем не менее нельзя позволить никаких сантиментов по поводу того, что может — и должно — случиться.

А действовать надо в высшей степени осторожно, чтобы, обрабатывая Дэвида, не подвергнуть себя ни малейшему подозрению. Уничтожить администрацию полностью и при этом не засветиться — дело очень сложное и требует искусного маневрирования.

Однако на маневрирование требуется время, а вот его-то, похоже, как раз и нет.

— Хови? Кого я вижу!

Хови чуть не подавился своим пивом с солью. Он вытер рот тыльной стороной ладони, прежде чем протянуть ее усатому в бейсбольной кепке, из-под которой торчали длинные волосы, собранные в хвостик.

— Э! А я уже было подумал, что ты не придешь. Человек криво усмехнулся.

— Сейчас я к тебе присоединюсь.

— Рад тебя видеть. Взять тебе пива?

Хови был рад встрече с этим человеком, которого, как он надеялся, может называть своим другом, но предложение его прозвучало не совсем искренне, ибо сейчас совместное времяпровождение было бы вовсе не кстати. Хови забежал в бар только на минутку — глотнуть пивка, а не вести душеспасительные беседы. Весь день он чувствовал себя не в своей тарелке — как шлюха в церкви, — то и дело ожидая Бондюранта, которому надо рассказать все, что он выяснил насчет местонахождения первой леди. Хови предполагал, что либо Грэй, либо Барри появятся на телестудии.

Но миновало семь часов, время, когда он сдает свою вахту редактору ночных выпусков новостей, а ни Барри, ни ее ужасный подельник так и не объявились. А вдруг, на его счастье, они забыли о нем или раздобыли информацию где-то в другом месте? Вряд ли. И чем дольше тянулся день, тем больше нервничал Хови.

Он сомневался, что они поверят в то, что при всем его старании ему не удалось ни у кого ничего выведать в Белом доме. Или в этом городе все врут, или действительно никто не знает, куда госпитализирована миссис Меррит. Но ведь не это хотели бы от него услышать Барри и Бондюрант!

Поэтому Хови решил чуток приврать Бондюранту, полагая, что этот бывший морской пехотинец так же «добр», как и его слова. И если Хови не выложит ему ничего нового, то рука у него не дрогнет.

— Спасибо, пиво сегодня отличное.

— Что? — спросил Хови, отрываясь от своих печальных мыслей.

— Может, еще по пивку? — Вновь обретенный друг в замешательстве уставился на Фриппа.

— О! Конечно, конечно. Просто у меня сегодня был очень трудный день. — Хови как бы извинялся за свою рассеянность. — Я сейчас.

Когда он возвратился с пивом, его знакомый, прямо как профессионал, уже натирал кий мелом.

— Ну сегодня держись! Я с прошлого раза здорово натренировался.

Его ухмылка сверкнула как оскал хищника с бегающими глазками и маленькими острыми зубами.

— Мм, на самом деле у меня, э-э, сегодня нет времени, — но, взглянув на сурово сдвинутые брови, Хови забеспокоился еще сильнее.

— Ну ладно, разве что одну маленькую партию.

— Отлично! Отыграться для меня — дело чести. Между ударами они болтали о всякой всячине. Хови играл плохо, не мог сконцентрироваться, постоянно думая о том, кто и что ждет его дома. А, может быть, Бондюрант наблюдает за ним прямо сейчас? Не он ли это смотрит вон из той будки на противоположной стороне улицы?

— ..о своих друзьях?

— Пардон?

— Я спросил о твоих коллегах. В широком смысле. Ты сегодня, похоже, чем-то озабочен. Если у тебя еще какие-то дела на сегодня, то…

— Нет, нет! — в ужасе вскричал Хови. — Извини.

"Да плюнь ты на это, старый идиот!» — подбодрил он сам себя. Что с ним в самом-то деле? Тут, в баре, отличный парень просто навязывается ему в приятели, а он как себя ведет? Ведет себя просто как задница. Вот и все.

На этот раз Барри ошиблась. И всегда ошибалась в нем. Теперь вот ошибся и Бондюрант. Ну кто они такие, чтобы врываться к нему в квартиру и измываться над ним, а? Да у них и силы-то не хватит. По крайней мере у Барри точно не хватит, а Бондюрант наверняка уже давно смылся из города, потому что ему прямо-таки не терпится ухватиться за юбку первой леди. Ну и хрен с ними! Если они сегодня снова заявятся со своими смешными угрозами, он на них натравит полицию, и все дела!

Воодушевленный новым поворотом своих мыслей, он потуже затянул ремень на брюках и сделал порядочный глоток пива:

— Ну теперь-то она у меня в руках!

— А не врешь?

— Поначалу мне это совсем не понравилось, — он скорчил гримасу сожаления, — но она так просила…

— А что тебе еще оставалось делать?

— Тоже верно. — Хови сделал лучший удар за весь сегодняшний вечер. Партнер поднял бокал с пивом, салютуя его успеху. — Хотя пора бы ей и честь знать;

— Вот как? — Соперник Хови готовился парировать. Шары смачно стукнулись, но в лузу не попал ни один. — Ты что, пишешь ей рекомендательное письмо?

— Нет, помогаю водной секретной работе. Как и предполагал Хови, на лице его приятеля отразилось сильнейшее удивление. Видимо, поразило, сколь таинственно и поэтично фраза прозвучала.

— Что это еще за секретная работа?

Уязвленное Бондюрантом самолюбие Хови взывало к мести — хотя бы словами. Ну что с того, что он поделится своими проблемами? Этому парню все равно. К тому же даже лучшие друзья постоянно подкалывают друг друга. «Почему бы ему, например, не подумать, что я несу чепуху? Так что все нормально».

— Она теперь работает внештатно: все раскапывает то большое дело. Помнишь, я тебе рассказывал? Но вот уперлась в глухую стену, и как ты думаешь, к кому она пришла за информацией? К вашему покорному слуге!

— Что за информация такая? Хови подмигнул:

— О внутренних делах в Белом доме.

— Ну и ты, конечно, добыл ее?

— Думаешь, так просто? — Хови многозначительно почесал грудь. — Раздобыть все это было очень непросто! Пришлось самому провести целое расследование, малость пошевелить мозговыми извилинами, но я докопался до той изюминки, которую ищет Барри.

— Ну, ты ее осчастливил!

— Да, пожалуй, она будет счастлива.

— А ты что, еще ей не рассказал? — Глаза собеседника загорелись, усы встопорщились, и он радостно хлопнул Хови по плечу. — А-а! Я все понял. Ты ей не скажешь, пока не получишь от нее кое-что взамен?

Хови радостно кивнул. Его новый друг понимал все так, как и хотел Хови: он хотел, чтобы его приняли за донжуана, мирового парня, за человека, с которым принято считаться.

— Сегодня вечером я ее увижу. И думаю, что, получив желаемое, она наверняка ответит мне взаимностью. Как считаешь?

В этот вечер Барри сидела за рулем «вольво», украденного сегодня днем со стоянки у медицинского комплекса. Она притормозила неподалеку от дома Хови.

— Где поставить машину? — спросила она Грэя.

— В конце квартала. Остановись и дай мне выйти. Я пойду первым.

— Через парадную дверь?

— Вчера ночью мы его здорово напугали своим театральным выходом, так что сегодня лучше будет действовать по-человечески.

61
{"b":"4631","o":1}