A
A
1
2
3
...
69
70
71
...
92

Один из агентов в этот момент закашлялся.

— Хм. А мистер Бондюрант никогда не говорил с вами о Спенсере Мартине?

— Конечно, говорил. Все время. Они же приятели. Эти двое и президент, у них же это самое, — сказала она, скрестив два пальца.

— Он ничего не говорил вам о поездке мистера Мартина к нему в гости в Вайоминг?

— Да. На самом деле я побывала там за день или за два до приезда туда мистера Мартина. Я собиралась сделать репортаж о Бондюранте, типа рассказа о том, чем сейчас занимается наш бывший герой. Но на месте меня внезапно посетили интересные мысли, надеюсь, вы меня понимаете?.. Потом он последовал за мной в Вашингтон. Но я ничего вам не скажу прежде, чем выйдет этот репортаж. Теперь-то мне ясно, что он куда опаснее, чем я предполагала.

— Вы предполагали, что он опасен?

Она озарила агентов ангельской улыбкой:

— Для моего либидо.

— О-о!

— Он когда-нибудь высказывал враждебность по отношению к мистеру Мартину или президенту?

— Нет. Если честно, то он недавно виделся с президентом. — Она им подмигнула. — Но готова биться об заклад, вы, ребята, уже знаете об этом, не так ли?

— Вы слышали что-нибудь о Бондюранте после вчерашнего полудня?

— Нет. Извините. Может быть, теперь я уже могу ехать? Кладбища не относятся к числу моих любимых мест. — Она потянулась к дверце своей машины. — К тому же мне больше нечего сказать. Связавшись с мистером Бондюрантом даже на короткое время, я в который уже раз за последнее время сделала не правильный выбор. Думаю, вы в курсе моих дел и знаете обо всех этих грубых промахах. Мне хотелось бы забыть об этом. И чем скорее, тем лучше.

— Если вы что-нибудь о нем узнаете…

— Вряд ли. Когда я предложила ему пойти погулять, он так завелся, ну вы знаете, у мужиков это обычное дело. Стал кричать что-то вроде: «Как ты со мной разговариваешь! Я же венец творения господа Бога». И так далее.

— Но все-таки, если он будет с вами контактировать, дайте нам знать.

— Хорошо. — Она взяла визитную карточку, протянутую ей одним из агентов, и убрала ее в сумочку. — Я не желаю из-за него влипать, поэтому, если он появится в поле моего зрения, можете быть уверены, я обязательно позвоню.

Агенты поблагодарили ее за потраченное время и направились к своей машине. Барри наблюдала, как они удаляются, не испытывая по отношению к ним никакой злобы.

Эти агенты — всего лишь двое из тех замечательных парней, которые делают свое дело, как им приказано. Они получили точную информацию и теперь действуют в соответствии.

Чего не скажешь о группе наблюдения, окружившей своим вниманием и заботой дом Дэйл и. Он и еще не штурмовали дом в поисках Грэя, и это подтверждало подозрения Барри и Бондюранта. Эти люди хоть и числились в ФБР, но принадлежали к персональной армии Меррита. А командовал ими Спенсер Мартин, который вовсе не хотел, чтобы Бондюранта схватили и допросили.

Президент или его помощники в любой момент могли отдать команду уничтожить эту надоедливую банду саботаж ни ко в, что обосновалась в доме Дэйли.

Почему же они тянут?

Этот вопрос интересовал всех без исключения. Грэй считал, что они не начинают операцию потому, что готовят что-то зубодробительное. Какую-то грандиозную ловушку, в которую он, Барри у Дэйли попадутся сами.

Теперь Барри боялась, что Грэй прав.

Глава 38

Дэйли сделал знак хиппи, продававшему розы на бойком перекрестке, и буквально через пять секунд тот уже лежал на полу сзади. Уолш поехал на зеленый свет.

— Отличная работа, Дэйли, — сказал Грэй, снимая с головы ленточку и парик. — Они находятся в трех машинах от тебя и ничего не видели из-за этого автобуса.

— Я, похоже, делаю успехи, — ответил Дэйли с водительского места. — Как идет цветочный бизнес?

— Процветает, как и полагается. Так не хотелось бросать это дело. А это еще кто? — спросил он, указывая на пассажира Дэйли.

— Я зову ее Долли.

Долли, надувная кукла с огромными глазами, была одета в голубой пиджак Барри, а на голову ей нахлобучили темно-рыжий парик, еще более спутанный, чем хипповский хаер Грэя. Она была прикреплена к пассажирскому креслу ремнями безопасности.

— Это как бы я, — сказала Барри, возлежавшая на заднем сиденье.

Не задирая головы, Грэй рассмотрел куклу повнимательнее:

— Надо же, как похожа!

— Я рада, что тебе понравилось, — невозмутимо заявила Барри. — Так и быть, я не стану сдавать тебя в ФБР. — Она рассказала о том разговоре на кладбище, после похорон Хови. — Это случилось еще до того, как Армбрюстер признал свою ошибку и тебя вычеркнули из списка особо опасных преступников. Не знаю, что ты там ему наговорил, но, видимо, подействовало. Сегодня он был гвоздем вечерних новостей. Ругал на чем свет стоит систему правительственной связи, намекнул, что ответственность за ошибку лежит на персонале его офиса. Мол, настала пора пересмотреть профпригодность некоторых членов его команды. Меррит же устами сенатора заверил страну, что Спенсер Мартин улаживает некие «деликатные личные дела».

— Которые могут включать в себя все что угодно. От лечения геморроя до государственной измены.

— Вот именно. И он вернется к исполнению своих обязанностей в Белом доме, когда со всем этим будет покончено. Коллеги слегка покритиковали Клета, и он обещал учесть эту критику в будущем.

— Расскажи ему о том звонке из Министерства юстиции. — Как и было задумано, Дэйли просто бесцельно болтался по городу, пытаясь сбить с толку слежку, но он успевал следить и за их разговором.

— От одного из твоих информаторов? Она кивнула.

— На мой пейджер поступил сигнал, я перезвонила, но вместо того чтобы сообщить мне информацию, что твой розыск прекращен (а я уже об этом знала), он сам начал задавать мне вопросы.

— Интересно, что за вопросы?

— Из серии «Что это за фигня у нас тут происходит?» Конец цитаты. Потому что из-за этой неразберихи с Армбрюстером, Йенси и Отделом преступности ФБР у них там сегодня днем царил полный хаос. Если откровенно, мне это нравится. — Она нахально улыбнулась. — Вот такие пироги, дорогой. А что нового у тебя?

— Я нашел Табор-Хаус.

Барри с Дэйли не исключали, что Грэю удастся обнаружить клинику, и поэтому на всякий случай подготовились.

— Как считаешь, Дэйли, мы ушли от «хвоста»?

— Минут пять назад.

— В машине может быть электронный маячок, — заметил Грэй. — Я не обнаружил передатчика, но это ничего не значит. Надо срочно пересаживаться.

Следуя указаниям Грэя, Дэйли заехал на многоярусную стоянку, где на втором этаже их уже ждала другая машина, заблаговременно оставленная там Бондюрантом. Барри с Грэем вылезли из машины, Дэйли тоже вышел.

— Берегите себя, — пожелал он им на прощание.

— Я больше беспокоюсь за тебя, чем за нас, — откликнулась Барри. — Ты уверен, что у тебя в подушке достаточно кислорода?

— Да.

— Давай поезди еще немного, поужинай и держись как можно натуральней, — напутствовал его Грэй. — Отвлеки их на несколько часов. И никакой самодеятельности, понятно? Никакой!

— Да знаю я, знаю, — раздраженно буркнул Дэйли. — Сто раз уж проходили! Не забыл.

— Думаю, ты справишься, — сказал ему Грэй. — Поехали, Барри.

Она немного задержалась. Дэйли выглядел очень жалким. Автомобильные маневры из шпионских сериалов не очень-то вязались с кислородной подушкой.

— Что бы ни случилось, мы вернемся еще до восхода солнца. Я к тебе наведаюсь, как только появится такая возможность. Пообещай, что будешь осторожным.

— Я буду осторожным.

— И не будешь ругаться с Долли?

— Это не трудно. Она не ворчит по пустякам.

— И если тебе вдруг станет плохо, немедленно поедешь домой.

— Обещаю.

— Обещать-то ты обещаешь, а сделать не сделаешь, — сказала она с укоризной. — Уверена, что не сделаешь.

— Барри! — позвал ее Грэй, который уже давно сидел за рулем второй машины. — Давай быстрее!

70
{"b":"4631","o":1}