ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Задумчиво глядя на бутылочный ряд, она провела пальцем по блестящим стеклянным бокам. Слова по-французски, написанные на этикетках, ничего не значили для нее. Как, должно быть, веселится про себя Лесситер — если его на самом деле так зовут, — имея дело с необразованной дурой! Конечно, такую еще по всему штату поискать!

Бездумно взяла одну из бутылок, вытащила пробку. Повеяло слабым, похожим на запах увядших цветов ароматом. Налила в большой стакан изрядную порцию янтарной жидкости. Знала, что делает глупость. Ну и пусть! Что в жизни не глупость?

Терпкая жидкость обожгла горло, на глаза навернулись слезы. Кейтлин закашлялась, отерла слезы рукой. Потом, назло себе, осушила стакан до дна. Повертела в руке, поставила на полку буфета. Время шло, было грустно — и никакого веселья. Ей вспомнились глупые выходки, которые позволял себе Девон, когда перебирал текилы. Только мужчины веселятся от выпивки, а женщины всегда должны оставаться трезвыми, чтобы быть похожими на чопорных гусынь, которые носят в жару наглухо застегнутые платья, а зимой путаются в длинных юбках по сугробам…

Кейтлин опять опустилась в кресло и понятия не имела, чем заниматься дальше. Нашла в чем искать справедливости — в жизни! Да такое и в голову могло прийти только набитой дуре!

Потом стало тепло, и в голове странным образом прояснилось. Все, о чем до сих пор думала, беспокоилась, уже не казалось серьезным и гнетущим. Мелькнула мысль, что на самом деле проблемы никуда не делись, и стаканом виски, даже двумя стаканами, их не решить, но куда-то быстро пропала, затерявшись в бессвязном сумбуре, колесом закрутившимся в голове.

Ну и черт с ним, думала она, после того как выпила еще полстакана, а может, — больше. Черт с ним! Не было его в жизни и не будет! И ничего не будет!.. Сделалось жарко, захотелось смеяться. Громко, весело, так чтобы слышал он и не воображал, что без него она тут места себе не находит!

Потом все вокруг стало распадаться, разваливаться на части. На глаза попадались то ваза с фруктами, то каминная полка, а то и вовсе бессмысленный кусок ковра с крутящимся неудержимо узором. И за всем этим виделось почему-то лицо Джейка. Изо всех сил зажмуривая глаза, Кейт пыталась представить Девона, заставляла себя думать о том, что он делает сейчас в Лидвилле. Но черты брата дрожали, стирались, и перед глазами опять был Джейк. Он поглядывал насмешливо и о чем-то себе думал. О чем он мог думать? О том, какая она глупая? Ну и пусть!.. И не хотела она быть умной. Не хотела она родиться… как это он сказал? С серебряной ложкой во рту. Да плевать она хотела на все эти серебряные ложки!

Кейтлин громко рассмеялась. Серебряные ложки! Из того серебра, что украл у них Дюран, можно наделать миллион ложек! Вымостить этими ложками главную улицу в Денвере, только кому это нужно? Все равно это не сделает их равными… Никогда.

Кейтлин не помнила, пила ли еще. Перед глазами все плыло, а в желудок словно насыпали горячей золы. Щелканья замка она тоже не слышала, но, услыхав внезапно над самым ухом «К вам можно?», ничуть не удивилась.

— Я тут мимо проходила, — пояснила Паула.

— А, это вы. — Кейт развернулась так резко, что едва не выпала из кресла. — Чег-го угодно?..

— Я зашла спросить, чего вам угодно… Обещала Джейку присмотреть за вами.

— Ага, — энергично кивнула Кейтлин. — Да. Мне угодно еще выпить.

— А я думаю, — суховато заметила Паула, — что вам уже хватит.

— Может быть, — согласилась Кейтлин и пояснила доверительно: — Знаете, я первый раз в жизни пила виски… И выпила-то всего ничего.

— Да по вас и не скажешь, что пили.

— На самом деле?

— Ну, конечно, — заверила Паула, отбирая у нее пустой стакан.

Кейтлин старалась сосредоточить взгляд на лице Паулы, но у нее плохо получалось.

— А вы любите Джейка? — вдруг спросила она и сама испугалась. Ее очень удивило, что Паула отнеслась к этому вопросу очень спокойно.

— Совсем не так, как ты думаешь, — ответила она серьезно. — Я люблю Джейка. Но не влюблена в него…

— Вот. — Кейтлин не смогла сдержаться от глуповатого смешка. — А я, похоже, наоборот…

Паула не могла удержаться от смеха, но, видя, что Кейтлин пытается встать из кресла, положила руку ей на плечо.

— Не волнуйся, дорогуша. Все в порядке… По крайней мере — честно.

— И вовсе не честно, — мотнула головой Кейтлин. — А все из-за выпивки…

— Да нет, и с выпивкой все в порядке. Только не привыкай… Нет ничего отвратнее на свете, чем пьяная баба.

Кейтлин, слушая, попыталась опереться на подлокотник, но промахнулась.

— Ох! — вымолвила она, пытаясь сесть прямо. — Придет Джейк, рассердится!..

— Вполне возможно. Только я на твоем месте не стала бы об этом беспокоиться. Он отходчивый.

— Нет. Он может так сердиться… Он такой… — Кейтлин потеряла нить рассуждения и замолчала, — Такой…

— И что он сделает? Начнет кричать? Влепит затрещину?.. Что-то с трудом представляю.

— Джейк рассказал мне, что вы приютили его, когда ему было двенадцать лет. Почему?

Паула с глубоким вздохом придвинула себе стул и посмотрела на Кейтлин.

— Почему?.. Трудно сказать. Может, потому, что он выглядел таким несчастным, никому не нужным. Знаешь, как бродячий котенок…

— У него же была эта… сереб… ряная ложка во рту…

— Он тебе и об этом рассказал? — Паула покачала головой. — Значит, до сих пор не пережил… Серебряная ложка. Звучит шикарно. Только так получается, что даже серебряные ложки во рту не даются с гарантией на всю жизнь. И Джейк сполна испытал это на себе…

— Значит, он не богатый?

— Я этого не говорила. А сказать по совести — сама не знаю. Знаю только, что мать Джейка умерла, когда ему было лет десять, а отец подался куда-то на Запад, счастья искать. А Джейка оставил в каком-то городке в Техасе, возле самой границы. Бросил, можно сказать… Когда Джейк появился у меня, его от ветра шатало, а на теле живого места не было. И дикий был, как волчонок, не доверял никому… Может, это мне в нем и понравилось. Я сама не из доверчивых.

— Но почему?… Я имею в виду — его отец… — Кейтлин поморщилась, пытаясь поймать ускользающую мысль. Паула похлопала ее по руке.

— А вот об этом спроси у него сама. Если захочет — расскажет.

— Нет, — горестно вздохнула Кейтлин. — Не расскажет.

— Значит, это не так важно. — Взгляд Паулы сделался проницательным. — А если ты по-настоящему любишь его, не вороши того, чего он не хочет. Всему свое время…

— Разве я сказала, что люблю его?

— А то не видно, — усмехнулась Паула. — Ты просто слишком неопытная в этих делах… Только будь осторожна. С Джейком не так-то легко. Он по натуре — одинокий бродяга. Если ему вздумается уйти — не удержишь…

— Ага… Звучит очень одоб… обод… ряюще. — Кейтлин мотнула головой, и только тут, словно со стороны, услышала свою бессвязную речь. Ей стало стыдно. — Наверное, сейчас мне лучше всего поспать, — старательно выговаривая, произнесла она.

— Очень здравая мысль, — сказала Паула, поднимаясь со стула. — И пока ты не заснула, дам один совет. Будь поосторожнее с Джейком насчет его прошлого. У него есть мозоли, на которые лучше не наступать.

— Ну и ладно… — Кейтлин поудобнее устроилась в кресле и закрыла глаза. — У него свои мозоли — у меня свои… Ой, что-то мне нехорошо…

Кейтлин хотела встать на ноги, по все качнулось перед глазами и полетело куда-то вверх… и вниз одновременно. Дальше она помнила только крепкие руки Паулы, сжимавшие ее затылок и направлявшие лицо в фаянсовую раковину умывальника. И сразу, без перерыва — она падает на прохладные простыни и словно тает, растворяется в головокружительном полете.

Уолт Тирелл озадаченно ухмыльнулся и бросил только что зажженный окурок сигары прямо на пол.

— Ого, пусть меня черти в аду обуют, если это не Джейк Лесситер! А мы тут уж всяко думали…

— Неужели? — Джейк смерил его холодным взглядом. Слишком холодным, пожалуй, и дерзким, — Уолт, тебе платят не за то, чтобы ты думал.

36
{"b":"4635","o":1}