ЛитМир - Электронная Библиотека

Впервые с начала путешествия Трейс почувствовал неуемное желание подраться. Ему была необходима физическая разрядка, что-то, что помогло бы отвлечься от мыслей о Бетани.

Броуди немного отступил назад и внимательно посмотрел на Трейса. Однако здравый смысл взял верх, и мужчина покачал головой: Тейлор действительно был слишком быстр, а его молниеносный удар мог оказаться смертельным.

— Я достаточно умен, чтобы не вмешиваться в твои дела, Тейлор, — процедил он. — Но мне кажется, ты тоже не слишком умно поступаешь, положив на нее глаз. А за нас с Рейганом не беспокойся. Работы у нас будет много, путешествие предстоит долгое. Одно радует — Бентуорт обещал хорошо заплатить.

— Совать нос в мои дела тоже часть вашей работы? — Трейс совершенно не собирался успокаиваться, и Броуди пришлось сделать еще шаг назад.

— Ты никак не можешь забыть того, что случилось в Аризоне. Тейлор, не путай вчерашний день с сегодняшним. Нельзя думать обо всем сразу, не рискуя сломать при этом шею.

— Хочешь дать мне совет? Спасибо, Броуди. — Трейс зловеще усмехнулся. — А теперь позволь мне дать совет тебе — держись от девчонки подальше!

Броуди ничего не сказал, только многозначительно переглянулся с Рейганом. Трейс развернулся и пошел прочь, чувствуя легкую досаду оттого, что Броуди не дал ему возможности разрядиться. Он направился к роще, по следам, оставленным Бетани.

Трейс мысленно проклинал Бетани Брейсфилд, обвиняя во всем именно ее. С какой стати он напал на Броуди, что такого уж плохого тот сделал? Бог свидетель, он и сам бывал не прочь полюбоваться какой-нибудь красоткой. Трейс еще раз крепко выругался и ускорил шаг.

Помахивая хлыстом, с помощью которого она управляла мулом, Бетани не спеша углублялась в джунгли, наслаждаясь прохладной тенью деревьев и пением птиц. Ботинки немного терли ей ноги, и она мечтала хоть ненадолго снять их, чтобы дать отдых горячим ступням. После двух дней, проведенных в Куско, ей снова пришлось привыкать к седлу. И теперь ее бедра болели, а ягодицы, как ей казалось, были сплошь покрыты синяками.

Где-то вверху слышалось шуршание птичьих крыльев. Солнечный свет с трудом проникал сквозь густую листву. Обернувшись, Бетани убедилась, что она не ушла от лагеря слишком далеко: ей были видны мулы, мирно пасущиеся возле расположившихся на отдых людей.

Где-то впереди, скрытые высокими деревьями, сверкали на солнце покрытые снегом вершины гор, а далеко внизу, отрезанная ущельями и каменистыми спусками, раскинулась плодородная долина, окружающая Куско.

Дрожь возбуждения пробежала по телу Бетани: впервые с начала путешествия она по-настоящему почувствовала себя исследователем. Находясь недалеко от лагеря, она была уверена, что, ей ничто не угрожает. Не сомневаясь в том, что легко найдет обратную дорогу, она смело пошла дальше.

Заросли становились все гуще и гуще. Солнце почти не проникало сюда, и Бетани почувствовала холод. Приятный аромат нагретой солнцем травы сменился запахом гнили. В этом нет ничего необычного, успокоила себя Бетани, ведь под ногами постоянно гниют опавшие листья. Впереди что-то зашевелилось в кустах, и она испуганно замерла. Но тут из кустов вылетела большая птица с ярко-красными крыльями, и Бетани облегченно вздохнула.

Пройдя еще немного, она оказалась на берегу небольшого ручья, бегущего откуда-то с гор. Прозрачная, как хрусталь, вода стекала в небольшое углубление в каменном склоне, образуя подобие озерца. Бетани опустилась на колени у самой воды. Пользуясь такой прекрасной возможностью окунуть ноги в прохладную воду, она быстро сняла ботинки. Чуть попробовав воду, она обнаружила, что та не прохладная, а совершенно ледяная. Ручей бежал с покрытых снегом вершин, а его быстрое течение не давало воде нагреться.

Тишина вокруг нарушалась только птичьим щебетанием и журчанием ручья. Бетани зачерпнула ладонью воду и поднесла ко рту, чтобы сделать глоток.

— Не пей! — раздался голос сзади.

Бетани вздрогнула и, обернувшись, увидела Трейса.

— Я просто хотела выпить немного воды! — сердито воскликнула она, вытирая лоб мокрой рукой.

— И немедленно пожалела бы об этом, — сказал он, подходя к ней. Трейс схватил ее за руку и рывком поднял на ноги. — Нельзя пить ледяную воду на такой высоте. У тебя немедленно начнутся судороги.

— Я… я тебе не верю, — попыталась сопротивляться Бетани. — Это всего лишь вода!

— А какого черта ты вообще тут делаешь? — требовательно спросил он. — Ты не понимаешь, что нельзя ходить по джунглям одной?

— Я всего в нескольких ярдах от лагеря, — возмутилась она и высвободила руку. — У меня синяки останутся.

— Хорошо, если только синяки, — раздраженно бросил Трейс. От его взгляда не укрылось ни ее разгоряченное лицо, ни босые ноги. — Нужно было бы оставить тебя тут до темноты, чтобы преподать урок на всю жизнь.

Бетани увидела в его руках нож, и ее глаза испуганно расширились.

— Говорю тебе…

— Я знаю все, что ты можешь сказать: Но если мы так близко от остальных, почему ты не возвращаешься к ним?

Она неуверенно посмотрела на его сердитое лицо и пробормотала:

— Ладно, я пойду.

Нервничая под его взглядом, Бетани долго сражалась с ботинками, которые никак не хотели налезать на ноги. Наконец она поднялась с земли и сказала:

— Иди за мной!

Но все оказалось совсем не так легко, как она думала: не пройдя и нескольких шагов, Бетани поняла, что идет не в том направлении. Немного поколебавшись, она свернула в сторону и тут же уткнулась в грудь Трейса.

— Мы же всего в нескольких ярдах от лагеря, — передразнил он ее.

— Дай мне минутку! Сейчас я вернусь к ручью и начну все заново.

Трейс пожал плечами и пропустил ее вперед. Даже не оборачиваясь, Бетани знала, что он тихо посмеивается за ее спиной.

Оказавшись у ручья, она огляделась по сторонам и в ужасе поняла, что не знает, в каком направлении идти.

— Хорошо, признаюсь, я заблудилась, — вздохнула она. — Но этого бы не произошло, если бы ты оставил меня в покое. Ты меня отвлекал!

— Конечно. — Трейс не скрывал иронии. — И теперь ты потерялась и промокла. Конечно, все из-за меня.

Бетани нагнула голову и увидела, что ее рубашка намокла. Видимо, это произошло, когда она умывалась из ручья. Влажная ткань прилипла к груди, и было видно, а уж Трейсу и подавно, что соски стали твердыми от холода. Бетани закрыла грудь руками и с вызовом посмотрела на Трейса.

— И что? Это моя проблема, а не твоя. Рубашка высохнет!

Он прислонился спиной к стволу дерева и тоже скрестил руки на груди. Воздух тут же наполнился дивным ароматом: ствол дерева обвивала цветущая орхидея, и Трейс раздавил спиной один из цветков.

— Почему ты так смотришь на меня? — спросила Бетани, заметив пристальный взгляд Трейса.

— Тебе это не нравится?

— Не нравится!

— Почему? — Она молчала и медленно краснела под его взглядом. — А я знаю почему, — добавил Трейс так тихо, что Бетани едва расслышала его слова. — Ты говоришь, тебе не нравится, что я смотрю на тебя, но на самом деле ты не хочешь признаваться, что тебе это приятно. — Он улыбнулся. — Да, я прав. Это приятно не только мне, но и тебе.

— Не понимаю, о чем ты говоришь, — с трудом выдав она из себя.

— Ты все прекрасно понимаешь.

Трейс оттолкнулся от дерева и медленно подошел к Бетани так близко, что она ощутила запах табака, исходящий от него. Когда его руки обняли ее за плечи, она смогла только беспомощно вымолвить его имя. Умом она понимала, что должна бежать от него прочь, но соблазн насладиться его поцелуем был слишком велик. Поэтому она не сопротивлялась, когда его губы нежно приникли к ее губам. Но он не остановился на этом, и его рука накрыла ее грудь, заставив вздрогнуть от нахлынувшего желания.

— Остановись! — прошептала она. — Ты не должен… мы не должны этого делать!

— Почему?

Этот простой вопрос застал ее врасплох. Действительно, почему? Ее ощущения подсказывали ей, что она не делает ничего плохого, однако годы обучения в школе убеждали ее в том, что так поступать нельзя. Настоящие леди не должны позволять мужчинам вольности до свадьбы. Только после венца женщина обязана ублажать мужа. Но Трейс не был ее мужем и даже не заикался о свадьбе. Более того, Бетани не была уверена, что он ее любит. Да и то, что она испытывает к нему, возможно, не является любовью.

27
{"b":"4638","o":1}