ЛитМир - Электронная Библиотека

— Сюда, любимая, мой прекрасный Лунный Цветок… — Его п&пьцы накрыли ее руку и повели. — Вот так… да.

Как-то само собой брюки и рубашка Стефани оказались на земле, рядом легла одежда Райана. Под Стефани было толстое одеяло, она потянулась к Райану, и он улегся рядом.

Тени костра колыхались, создавая вокруг них волшебное марево, которое Стефани никогда не забудет. Несмотря на настойчивый призыв желания, Райан не спешил, давая Стефани время на полный отклик. Он нежно обнимал ее, не пытаясь утолить свой голод, осторожно ласкал мягкое тело. Почти загипнотизированная мерцанием страсти в дымчато-серых глазах Райана, Стефани не сделала ни единого движения, чтобы остановить его, и молча молила, чтобы эта темная рука не прекращала гладить ее белую кожу.

Райан не торопился. Он глазами ласкал ее маленькие крепкие груди с твердыми пиками, ждущими прикосновения, бледно-золотистую кожу живота, изящные бедра. Она была волшебницей, колдуньей, одарившей его своими чарами, и Райан чувствовал, как твердеет от желания затеряться, заблудиться в ней.

Он наклонил голову, теплый влажный рот нашел и подразнил розовый напряженный пик, язык обежал его по кругу, зубы слегка сдавили отвердевший бутон, в это время рука накрыта другую грудь. Поводив по ней большим пальцем, Райан услышал всхлип наслаждения, легкий вздох, и она вцепилась в его густые черные волосы и прижалась к нему. И когда губы Райана передвинулись с груди на ее рот, Стефани опустила руки ему на плечи и держалась за него так, как будто тонула.

Она и тонула, тонула в нарастающих волнах чувственности и страсти, все глубже и глубже, ей казалось, что она уже никогда не вынырнет.

Стефани хотела, чтобы Райан испытывал такое же удовольствие, и она дерзко пробежалась подушечками пальцев сверху вниз, по ребрам, по тонкой талии, к бедрам, просунула руки ниже, между их телами. Не выпуская ее из рук, он подвинулся, рот очутился на впадинке под горлом, потом тихонько укусил за шею.

Когда Стефани нашла то, что искала, и взяла в руку, Райан напрягся и тихо застонал, уткнувшись в ее волосы, разметавшиеся по казахскому одеялу. Стефани удивил размер и жар того, что она держала в руке, пальцы машинально сжались, и его руки надавили на ее ягодицы, прижимая к себе, а губы свирепо вжались в рот.

— Так, — сдавленно проговорил он прямо ей в рот, — держи меня так. Да, любимая. — Он направлял ее своей рукой, и оба дрожали от избытка чувств.

Стефани пришла в восторг, узнав, что может заставить его реагировать на нее так же, как она на него, что может вызвать в нем бешеное биение пульса. Она была как тот ребенок, которого эльфы оставляют взамен похищенного: страстное создание, желавшее только одного — почувствовать Райана в себе, сделать его частью себя самой, как она стала бы частью его.

Райан хрипло сказал:

— Остановись, милая, а то я буду спешить там, где спешить не следует…

Стефани замерла, не выпуская его из пальцев, и поразилась бархатистой поверхности. Это было новое открытие, более опасное и восхитительное, чем все ее прежние путешествия, — это было путешествие в туманный мир страсти. Никогда она не позволяла себе такое неспешное исследование. Ночь, проведенная с Райаном в хижине, не шла ни в какое сравнение с сегодняшними сладкими чувствами.

Огрубевший от страсти голос Райана возбудил Стефани еще больше, потому что она поняла, что может лишить его самообладания, что ее руки могут довести его до края, как он доводит ее. Упершись пятками в одеяло, она изогнулась, чтобы быть поближе к нему, и напряженные соски пощекотали ему грудь. Губы были приоткрыты, она быстро облизала их, глубоко вздохнула, глаза в упор посмотрели в затуманенные желанием глаза Райана.

Темное и светлое, горячее и холодное, мягкое и твердое — они были полной противоположностью друг другу, и каждый старался доставить удовольствие другому. Стефани почувствовала себя распутной, наглой, беззаботной. Она шарила по твердому мужскому телу руками, ртом, языком, доводя до предела.

Ему все труднее было сдерживать себя, и, когда Стефани оставила языком длинный влажный след на его животе, последние ниточки оборвались. Райан вплел пальцы в ее волосы, почти ожидая, что те растворятся, исчезнуть его руках, как лучи лунного света или утренний туман. Она казалась существом из сказки, она вся была соткана из лунного света и грез.

Райан осторожно потянул Стефани на себя, протащил ее тело по своему медленным, чувственным движением, руки сбежали от затылка и накрыли ягодицы. Она полулежала на нем, расставив ноги вокруг его бедер. Она наклонилась, поцеловала его глубоким, медленным поцелуем, язык толкнулся в его рот. Обняла его лицо руками, потерла щетину бороды, покрывавшую нижнюю половину лица.

Райан сдвинул руки с ягодиц во впадину между бедер, и Стефани застонала. Дыхание вырывалось из груди короткими всхлипами. Как будто почувствовав ее желание, Райан дотянулся ртом до кончиков грудей и поцеловал сначала один, потом другой, взял в рот и дразнил, пока волна удовольствия не прокатилась по телу Стефани. Словно поток искр ослепил ее, она с рыданием откинулась назад, потом согнулась и зарылась лицом в углубление под его плечом.

Он круговыми движениями поглаживал ее по спине, пальцами сплетал длинные волосы в серебряный шнур. Несколько мгновений Стефани лежала тихо, приходя в себя после взрыва восторга. Она такого не ожидала — она словно разбилась на тысячу кусков, и они звездами рассыпались по небу.

Губы Райана на щеке вернули ее к реальности.

— О Господи, — тихо вздохнула Стефани. — Я и не думала, что так бывает.

— Будет еще лучше, любимая.

— О Райан! По-моему… я больше не могу…

— Можешь, любимая, сейчас покажу.

Райан бережно положил ее на спину. Он снова целовал ее — рот, шею, впадинку под горлом, груди. Накрыв их ладонями, Райан один твердый сосок поглаживал пальцем, другой накрыл ртом и дразнил, пока Стефани снова не начала извиваться под ним. Когда он наконец коленом раздвинул ей ноги, она уже рвалась ему навстречу, прогибалась и только вскрикнула, когда он вонзился в нее плавным толчком.

Райан двигался не торопясь, наслаждаясь жаром окружившего его атласа, почти не слыша легких вскриков возле уха. Его ритм ускорился, когда Стефани положила руки на его напряженные ягодицы, потом длинные ноги скрестились над его талией. Теперь его тело стало входить в нее быстро и твердо, врывалось так, что она рыдала от наслаждения. Оба одновременно содрогнулись от прилива высочайшего удовлетворения.

Обессиленные, они лежали неподвижно, сплетясь телами, в свете умирающего огня, не желая нарушать глубокую интимность момента. Ночной воздух залетал в пещеру, остужая разгоряченные тела, и, когда они покрылись мурашками, Райан накрыл ее и себя еще одним одеялом. Он не ожидал такого наплыва нежности, накрывшего его с головой. Единственное, чего он хотел, — это лежать, обняв Стефани. Он мог бы признать, хоть мысль была неприятна, что их бросила друг к другу страстная влюбленность, но не знал, что делать с этим незнакомым чувством. Гордость боролась со страстью, любовь — с голосом рассудка, Райан тряхнул головой и крепче прижал к себе Стефани. Позже он придумает, как справиться с новым чувством.

Глава 21

Стефани проснулась внезапно, когда от костра остались только мерцающие янтарные угольки. Она вспомнила пережитое недавно чувственное опустошение и напряглась, и Райан крепче сжал ее в объятиях. Что он думает?

— Тихо, милая, — сонно пробормотал он. — У нас есть еще несколько часов в запасе… — Голос его затих, Райан снова спал.

Но Стефани проснулась окончательно. Никогда она не была столь бесстыдной! Как… как девица из заведения Лили! И она наслаждалась!: Она слегка вздохнула. Наконец-то проявилась ее подлинная натура. Райан Корделл сумел раздуть скрытое пламя, от которого она никогда не отрекалась. Даже сейчас, когда на теле еще держались следы любовной игры, она хотела его. Хотела почувствовать его губы, услышать, как он называет ее «милая», хотела ощутить волну страсти, которую он в ней вызывает. Она бесстыдница, решила Стефани, абсолютная бесстыдница. Она познала хватку темной стороны своего существа…

41
{"b":"4639","o":1}